Часть 10

Первую сцену снимали в декорации театральной гримёрки — намеренно тесной, с ободранными обоями и тусклой лампой. Лиза сидит перед зеркалом, смывает грим после провального выступления. За спиной стоит режиссёр (актёр Олег Ветров, известный своим тяжёлым характером) и молчит. Долго. Нереально долго. Потом говорит: «Ты умеешь только красиво страдать. А жить не умеешь».

Эта сцена шла в самом начале съёмочного графика — Анастасия объяснила: «Вход в роль должен быть резким. Как прыжок в холодную воду».

Анна села перед зеркалом. Ассистент крикнул «Мотор!». Олег вошёл в кадр. Встал сзади. Тишина.

Десять секунд. Двадцать. Анна чувствовала его дыхание на своей шее — тяжёлое, с запахом кофе. Руки непроизвольно сжали ватный диск.

— Стоп, — сказала Анастасия.

Все замерли. Она подошла к Анне, наклонилась к уху и прошептала так, чтобы не слышал звукооператор:

— Ты не боишься его. Ты боишься меня. Играй это.

Анна кивнула.

Второй дубль. Олег произносит фразу. Анна поднимает глаза на своё отражение — и смотрит так, будто в зеркале не она, а кто-то другой, кто её вот-вот уничтожит. Глаза наполняются слезами, но не текут. Она улыбается — той самой улыбкой человека, который хочет, но не может поверить.

— Снято, — сказала Анастасия. И добавила тихо, для Анны: — С первого дубля. Так держать.

Олег хлопнул Анну по плечу — тяжело, по-мужски одобрительно. Но в коридоре, когда она шла за водой, услышала, как он сказал ассистенту: «Егорова на неё молится. Смотри, до добра не доведёт».

Анна сделала вид, что не услышала.

Через неделю слухи стали громче.

Съёмочная группа — человек сорок, не считая массовки — быстро раскалывается на лагеря. Те, кто работает с Анастасией не в первый раз, привыкли к её фаворитам. Новые — шептались.

«Ленская приезжает на её машине».
«Егорова сама поправляет ей воротник перед дублем».
«Они уходят с площадки вместе, даже когда у Анны нет сцен».

Всё это было правдой. Анастасия действительно подвозила Анну после съёмок — потому что «по пути», потому что «всё равно одна еду». Она действительно поправляла воротник — один раз, когда Анна выходила из гримёрки и не заметила, что бирка торчит. Они действительно иногда уходили вместе — потому что Анне нужно было обсудить роль, а в гримёрке сидела ещё одна актриса, и Анастасия говорила: «Поехали ко мне, там спокойно».