Часть 4

Театр встретил её запахом пыли, старого дерева и утренней тишины — той особенной, какая бывает только за час до первой репетиции, когда коридоры пусты, а в буфете ещё не закипел чайник.

Анна вошла через служебный вход в 8:30, сжимая в руке чёрную визитку. Она не спала почти всю ночь — ворочалась, прокручивала в голове вчерашний разговор с Машей, потом снова телефонный звонок, потом тот момент, когда Анастасия сказала «Я знала». Будто ждала этого звонка. Будто заранее знала ответ.

В коридоре ей встретилась Катя — костюмерша, маленькая суетливая женщина с вечно полными карманами булавок.

— О, Леонова! Ранняя пташка, — Катя улыбнулась, но тут же заметила что-то в лице Анны и остановилась. — Ты чего?

— Кать, — Анна глубоко вздохнула, — я буду сниматься у Егоровой.

Секунда. Две. Катя выронила булавки — они рассыпались по полу с тонким звоном.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

Костюмерша не стала ничего говорить — просто крепко обняла Анну, колючим свитером впиваясь в щёку. А потом побежала рассказывать дальше — и новость, как круги по воде, пошла по театру.

В гримерку заглянул Саша, администратор, и сказал, чуть охрипшим голосом:

— Ну, Леонова... теперь ты нас на премьеру позовёшь? Или забудешь?

— Не забуду, — улыбнулась Анна, хотя внутри всё сжалось.

Партнёр по сцене, тот самый «Ромео-дерево», которого звали Илья, пожал ей руку и буркнул: «Давно пора. Ты здесь переросла».

Даже директор театра, вечно недовольный Игорь Семёнович, вышел из своего кабинета — что само по себе было событием — и, кряхтя, сказал:

— Леонова. Молодец. Егорова — баба с характером, но талантливая. Ты держись. И если что — мы тут всегда...

Он не договорил. Но Анна поняла.

«Мы тут всегда тебя примем обратно, если сломают».

В 9:15 она вышла из театра. Сумка через плечо, в голове — звон.

Она поймала такси до киностудии. Водитель включил радио, играла какая-то попса, но Анна её не слышала. Она смотрела в окно на серый московский пейзаж: спальные районы, торговые центры, пробки, люди спешат по своим делам. И думала: через час она будет в том месте, где решается судьба. Где Анастасия Егорова смотрит на неё и решает — подходит или нет.

Киностудия «Восьмая» находилась в промзоне за Третьим кольцом — внешне неприметное здание из серого бетона, без вывески, с шлагбаумом и охранником в чёрной форме.

— Вы к кому? — спросил охранник, заглянув в окно такси.

— К Егоровой. Пробы.

Охранник сверился с планшетом, кивнул и махнул рукой — проезжай.