Глава 36.

Тем же вечером они приняли обоюдное решение переехать в дом Сириуса.

Разговор был долгим и непростым. Барти-старший поначалу категорически возражал. Он ходил по гостиной взад и вперёд, заложив руки за спину, хмурился и то и дело бросал на Сириуса тяжёлые, оценивающие взгляды.

Для него Дженни всё ещё оставалась ребёнком.

Его ребёнком.

И мысль о том, что она будет жить в доме восемнадцатилетнего парня, который ещё вчера сам учился в школе, явно не приводила его в восторг. Но он всё же не знал всей правды.

Он был уверен лишь в одном – у его дочери сложная беременность, и ей нужен покой.

В конце концов он тяжело опустился в кресло и долго смотрел на Сириуса, словно пытаясь понять, насколько можно доверить ему самое дорогое, что у него есть.

— Ты понимаешь, — произнёс он наконец медленно, — что теперь отвечаешь не только за себя?

Сириус не отвёл взгляда.

— Понимаю.

Барти некоторое время молчал, затем коротко кивнул. После этого он позвал Дженни.

С ней разговор был ещё дольше. Тише. Мягче.

Когда она вышла из кабинета, глаза её были влажными, но на губах появилась слабая улыбка. Барти-старший всё-таки благословил их. Неохотно. Но искренне.

Вайолет согласилась быстрее. Хотя и поставила условие.

— Я буду приходить каждый день, — заявила она твёрдо. — И если хоть что-то пойдёт не так, ты немедленно сообщишь мне.

Сириус только кивнул.

На следующий день они собрали вещи.

Дженни официально переехала. Но вместе с чемоданами в дом Сириуса переехало и напряжение между ними. После той сцены в комнате они почти не говорили. Только по необходимости. Обычные фразы.

— Тебе нужно зелье?
— Нет, спасибо.
— Ты поела?
— Да.

И всё. Между ними словно появилась невидимая стена. Не злость. Скорее страх. Каждый из них думал о том, о чём боялся сказать вслух.

Прошло несколько дней.

Ранним утром Дженни проснулась от лёгкой боли в животе. Сначала она даже не открыла глаза.

Просто лежала, пытаясь понять, что именно чувствует. Это было не похоже на те боли, которые она уже знала. Не то истощение, не та тяжесть.

Это было иначе.

Она нахмурилась. И вдруг почувствовала новый толчок. Небольшой, но отчётливый. Словно кто-то изнутри мягко ударил ладонью.

Дженни резко распахнула глаза.

— Что...?

Ещё один толчок. Она медленно села в кровати. Сердце забилось быстрее.

— Сириус.

Он не проснулся.

— Сириус!

Она тряхнула его за плечо. Он мгновенно подскочил, будто его окатили холодной водой.

— Что? — хрипло выдохнул он, всё ещё сонный. — Что случилось? Что-то болит?

Он уже тянулся к палочке, лежащей на тумбочке.