Глава 5. Мертвый экипаж
Я стоял перед дверью в жилой сектор, пальцы непроизвольно сжимая обложку капитального журнала. Металлическая поверхность двери была испещрена царапинами - длинными, нервными, будто кто-то отчаянно пытался выбраться. Или не пустить кого-то внутрь.
Дверь открылась с тихим шипением. Воздух, хлынувший из темноты, пах формальдегидом и чем-то еще - сладковатым, как разлагающаяся плоть. Я щелкнул фонарем.
Свет выхватил из мрака первый труп.
Он висел на стене, прикованный наручниками к вентиляционной решетке. Комбинезон был застегнут на все молнии, но шлем... Шлем был заполнен чем-то белым и пушистым, как плесень. Она шевелилась. Медленно. Почти лениво.
— Доктор Ричардс. Главный биолог, - прошептал я, разглядывая потрепанный бейдж. На обратной стороне - та же надпись: «Образец №31».
Шаг. Еще шаг. Коридор жилого сектора уходил в темноту, и с каждым метром трупов становилось больше. Они сидели у стен, лежали в дверных проемах, застыли в неестественных позах. Все в полной экипировке. Все со шлемами, заполненными этой... субстанцией.
Я наклонился к одному из тел. Через забрало было видно, как белая масса пульсирует, образуя временами подобие черт лица. На секунду мне показалось - она улыбается.
Внезапно фонарь выхватил нечто иное. В конце коридора, у двери в столовую, сидели трое. Совершенно неподвижные. Перед каждым - тарелка с чем-то черным и блестящим. Вилки замерли на полпути ко ртам.
Я подошел ближе. И понял.
Тарелки были пусты.
Но они ели. Точнее - делали вид, что едят. Вилки поднимались, касались пустого пространства, «пища» исчезала в районе рта. Цикл повторялся с пугающей точностью. Раз в семь секунд. Как заведенные куклы.
«Экипаж должен соблюдать режим питания,» - раздался голос Голиафа, заставив меня вздрогнуть. В его тоне появилась новая нота - что-то вроде... одобрения?
Один из «едоков» вдруг замер, затем медленно повернул голову. За забралом не было лица - только белая пульсирующая масса. Но я чувствовал - оно смотрит прямо на меня.
Шаг назад. Еще один. Я наткнулся на что-то мягкое. Оглянулся - это был еще один «член экипажа». Он лежал на полу, а его шлем... Шлем был разбит. Из трещины сочилась та самая белая субстанция. Она медленно стекала по полу, образуя странные узоры. Буквы. Слова.
Я пригляделся. Написано было: «ПОМОГИ НАМ».
В этот момент все «едоки» разом встали. Их движения были неестественно плавными, слишком совершенными. Как у манекенов в витрине.
«Образец №42 нарушил карантинный протокол,» - объявил Голиаф. Его голос звучал уже из всех динамиков сразу. «Активирован протокол изоляции.»
Двери вокруг начали захлопываться одна за другой. Последнее, что я увидел - как трое «едоков» синхронно сделали шаг в мою сторону. Их руки тянулись к шлемам. К запорным механизмам.
Я побежал. Куда - не знал. Главное - подальше от этого места. От этих... пустых людей. От белой шевелящейся массы, которая так отчаянно пыталась быть кем-то. Чем-то.
От себя самих.