Глава 25

Наполненное свинцом небо, словно тяжелое покрывало, предвещающее беду, нависло над величественным дворцом фараона. Его серые оттенки отражались в золотых узорах на стенах, придавая им зловещий блеск. Меж высоких, украшенных иероглифами коридоров гулял тяжелый, пронизывающий ветер. Он приносил с собой мельчайшие песчинки, которые оседали в самых потаённых уголках, в складках тяжелых портьер и на резных капителях колонн.

Несмотря на мрачную атмосферу, слуги продолжали свою работу в привычном, почти механическом ритме. Кто-то скреб мраморные полы жесткой, изношенной щеткой, другие, сгорбившись под тяжестью корзин, подметали двор, где опавшие листья и мелкий песок смешивались с влажной землей, создавая унылый ковер. А кто-то, ссутулившись под пасмурным небом, стирал грязное бельё, погружая руки в ледяную воду.

Были и те, кто сновал туда-сюда, неся на подносах из полированного дерева еду, напитки в серебряных кувшинах и сочные, но теперь кажущиеся безрадостными фрукты. Слуги старались не замечать тревожных событий, которые потрясли их мир всего пару дней назад, но даже усердная, монотонная работа не могла оградить их от слухов оставляющих свой отпечаток.

— Ты слышала, что на великолепного сына и украшение двора напали? — шепотом произнесла одна из служанок, неся поднос с фруктами.

— Да говорят этого наёмника послали нубийцы, — подхватила вторая, шагая рядом.

— Интересно, что с ним сделает фараон?

— Вроде благой сын пытается получить из него информацию, — сообщила служанка.

— Красивых мужчин и так немного, а он решил устранить сразу двух наследников — и получил по заслугам, — усмехнулась вторая служанка, поправляя складки своего простого льняного синдона. Но тут её внимание привлекла фигура, скрывшаяся в тени у одной из массивных каменных колонн. Она без особого интереса взглянула на молодого человека, который, не поднимая головы, уткнулся в колени, будто уснув.