Глава 3 - 2294 год, Дом

В отсеках нет ничего лишнего: кровать, комод, стол, стул. Душ, туалет, столовая — общие. На каждом этаже сто отсеков, одиночные и семейные.

Лил пришла к себе и, не снимая комбинезона, легла на кровать.

В голове крутились последние отчёты о том, что за окнами. Огни, маленькие, как лампы в отсеках, не давали ей покоя.

Она долго не могла уснуть и решила: утром зайдёт к маме. Может, та подскажет, как действовать. Лил было страшно — ещё никогда за её службу за окнами ничего не происходило.

Мать жила в соседнем отсеке, что одновременно и раздражало, и радовало. Как бы Лил ни казалось, что она взрослая, но, переступая порог родительского отсека, она снова становилась тем маленьким ребёнком.

Утром она долго сидела на кровати, прежде чем выйти. Комбинезон был уже на ней — она так и не сняла его вчера. Волосы спутались, в голове муторно.

Мать открыла почти сразу, будто ждала.

— Ты бледная, — сказала она вместо приветствия. — Не спала?

— Спала, — соврала Лил. — Плохо.

Она вошла. В отсеке матери было так же, как у неё: кровать, комод, стол, стул. Только на столе лежали не папки с отчётами, а вязанье.

— Садись, — мать кивнула на стул. Сама села на кровать.

Лил села. Молчала.

— Что случилось? — спросила мать.

— Отчёты, — сказала Лил. — Люди видят странное. Свечение. Тени. Огни за окнами. И некоторые отчёты пропадают.

Мать нахмурилась. Потом медленно сказала:

— Это случалось и раньше. Редко. Очень редко.

Лил замерла.

— Когда?

— Твоя бабушка видела такое дважды за всю жизнь, — мать говорила тихо, почти шёпотом. — Она говорила, что между нами и тем, что снаружи, есть что-то. Стена. Не из камня. Она иногда сбоит. И тогда видно то, чего обычно не видно.

Лил почувствовала, как по спине побежал холод.

— Почему ты мне раньше не говорила?

— Потому что я думала, это сказки, — мать вздохнула. — Бабушка была старой. Я не верила.

— А теперь?

Мать посмотрела на неё долгим, тяжёлым взглядом.

— А теперь я не знаю, что думать. Ты говоришь, что люди видят. Не один. Много. Значит, что-то меняется.

— И что мне делать?

— Не знаю, — мать покачала головой. — Но если они забирают отчёты — значит, боятся. А если боятся — значит, это важно.

— А если Совет узнает, что я копаю?

— Узнает, — мать пожала плечами. — Вопрос в том, что ты будешь делать, когда они придут.

Они помолчали.

— Будь осторожна, — добавила мать. — И не смотри на восток одна.

Лил кивнула и вышла.

Она вернулась к себе, села на кровать и уставилась в стену.