Лето отражений и яда
Лето после второго курса в поместье Малфоев было иным. Не столько из-за внешних событий, сколько из-за внутренней трансформации Элары. Она привезла с собой не только книги и учебники, но и маленький флакон с ядом василиска, спрятанный в потайном отделении сундука под слоями защитных чар. Эта склянка была символом её скрытого знания, её тихого участия в событиях, о которых все только громко кричали.
В библиотеке она стала вести себя иначе. Теперь она целенаправленно искала труды о парселтанге, о Салазаре Слизерине, о магии крови. Она делала это с предельной осторожностью, маскируя свои изыскания под интерес к общей истории Хогвартса и чистокровных семей. Люциус, поглощённый своими тёмными делами и растущим беспокойством среди Пожирателей Смерти (ходили слухи о неудачах и провалах), не обращал на неё внимания. Нарцисса же, казалось, чувствовала перемену в племяннице. Её взгляды стали длиннее, оценивающее.
Однажды вечером, когда они сидели за чаем в зимнем саду, Нарцисса негромко спросила:
«А что случилось с той историей в Хогвартсе? С Тайной Комнатой? Говорят, Поттер снова оказался героем.»
«Да, — Элара аккуратно положила ложку. — Оказалось, что всё это устроил не наследник, а память, запечатлённая в дневнике. Тома Реддла.»
Она произнесла это имя ровным тоном, наблюдая за тётей. Нарцисса чуть замерла, её пальцы сжали ручку чашки.
«Реддл… Да, я слышала это имя. Опасные игры с памятью и душами. Подобное никогда не кончается хорошо.»
В её голосе прозвучало нечто большее, чем просто осуждение тёмной магии. Это было предостережение.
«Он пытался вернуться, — продолжила Элара, словно рассуждая вслух. — Использовал для этого чужую жизненную силу. Но в итоге был уничтожен тем, чью силу считал своей. Иронично.»
«Очень, — сухо согласилась Нарцисса. — Сила, взятая в долг или украденная, всегда обращается против вора. Истинная сила… она должна быть своей. Выращенной изнутри.»
Она посмотрела прямо на Элару, и в её глазах читалось немое понимание: Я знаю, что ты ищешь. Будь осторожна с тем, что найдёшь.
Это был самый откровенный разговор, который у них когда-либо был. Элара кивнула, принимая невысказанное предупреждение. Она поняла: Нарцисса подозревает или знает о её поисках, о её кровном наследстве. Но не препятствует. Она лишь обозначает границы опасности.