Глава 5

Карета остановилась перед массивными железными воротами, за которыми возвышалось величественное, но мрачное поместье Грандфорд. Его каменные стены, покрытые влажным налётом от нескончаемых дождей, казались неподвижными стражами, охраняющими тайны этого дома. Крыша, украшенная узорными фронтонами, утопала в густой тени, а высокие окна смотрели на Эстею, словно холодные, безжизненные глаза.

Двор был тих. В саду, который, скорее, напоминал запущенный пустырь, росли спутанные кусты, их ветви гнулись под тяжестью вечернего дождя. Дорожки были облеплены грязью, трава пожухла, а редкие деревья стояли, будто остовы прошлого, заброшенные и забытые. Всё вокруг дышало сыростью и одиночеством.

Эстея выдохнула, прежде чем слуги поспешили к карете. Они склонили головы, аккуратно взяли её сумки и направились в дом, оставив её на мгновение в одиночестве. Дождь становился гуще, холодные капли скользили по её лицу, но она не двигалась. Внутри неё поселилась пустота.

Как только она пересекла порог поместья, её взгляд пробежал по интерьеру, и сердце сжалось ещё сильнее. Она ожидала увидеть роскошь, элегантность, свет... но вместо этого её встретили каменные своды и тёмное дерево. Высокие стены были покрыты тяжёлыми гобеленами с мрачными сценами, на которых охотники гнались за оленями, а в углах стояли массивные статуи рыцарей, их лица были суровыми, как сама атмосфера дома.

Канделябры отбрасывали слабые тени на пол, их свет был недостаточным, чтобы разогнать полумрак, заполнивший помещения. Пол был выложен крупными плитами холодного камня, и даже шаги слуг глухо отражались в тишине. Поместье казалось ей чужим, неуютным. Здесь не было тепла.

Она шла по коридорам, стараясь не встречаться взглядом с редкими слугами, что бесшумно, склонив головы, проходили мимо. Её привели в комнату, ту самую, где ей предстояло жить с герцогом.

Как только она переступила порог, её дыхание на миг замерло.

Комната была просторной, но не уютной. Высокие окна, завешанные тяжёлыми бархатными шторами, пропускали лишь слабый отсвет уличных фонарей. Кровать была массивной, с резными колоннами и тёмным покрывалом, а напротив неё стоял камин, в котором едва мерцало пламя.

И в этом полумраке, у окна, сидел герцог. Его поза была расслабленной, а пальцы лениво обхватывали бокал с коньяком. Он мельком взглянул на Эстею, затем, будто не проявляя особого интереса, сделал глоток.

Он поднялся, неспешно поставил бокал на резной столик и, не отрывая взгляда, подошёл к молодой девушке.