Глава 11 - Капитан Ягодка

Мир начинается с тепла. Оно тянется от печки, пульсирует в воздухе, наполняет стены старого деревянного дома живым дыханием. Сквозь занавески пробивается свет — ещё не яркий, но уже золотой, как мёд на солнце. Он ложится пятнами на пол, на края ковра, на щёки девочки, проснувшейся в своём маленьком, большом мире.

— Мам, — шепчет Энн, потирая сонные глаза, — а мне приснилось, будто Руби стала лошадью. Такой... огромной! С гривой из облаков. И мы скакали с ним по небу.

Голос её всё ещё немного сиплый от сна, с тонкой, почти сказочной интонацией. Её голосок — как лёгкое касание ветра, что шевелит занавеску у окна.

— А потом? — спрашивает мама, не оборачиваясь. Её руки помешивают кашу на плите, и ложка стучит о края кастрюли, как метроном.

— Потом мы упали. Прямо в пруд. Но он был не водой, а киселём. Тёплым. Розовым! — с восторгом она раскрывает глаза. — Я не испугалась. Это был вкусный пруд.

— Вишнёвый или малиновый? — спрашивает Эшли с улыбкой, тихо, будто боится разбудить само утро.

— Малиновый! — девочка захихикала, схватив край пижамы, — Но без косточек.

Папа, сидящий у стены в кресле, уже завязывает шнурки, прислушиваясь. В его взгляде — спокойствие. Привычная радость.

— Понятно, — говорит он, — значит, теперь Руби у нас и транспорт, и десерт.

— Не смей её есть! — возмущается Энн, торопливо забегая под стол, откуда, будто поняв свою роль, приподнимает голову рыжий пёс с белым пятном на лбу. — Она всё слышала! Она затаит обиду!

Мама ставит миску на стол. Каша с яблоком, орехами и аккуратной каплей мёда в центре. Запах — как из самого сердца детства.

— Осторожно, горячая.

— Я не боюсь, — твёрдо говорит Энн и в ту же секунду обжигается, резко втягивая воздух. Но не жалуется. Только сдвигает брови и, посерьёзнев, дует в ложку с важностью профессора.

В углу беззвучно работает телевизор. На экране — очередная новинка: человекообразный робот подносит чай женщине в кресле. Под ним подпись: «DOMEX 12 — ближе, чем семья».

Папа смотрит краем глаза, цокает.

— С каждым днём всё более похожи. Вот только сердце не приложили.

— А мне нравится, — говорит девочка, отрываясь от каши. — Я бы хотела маленького робота. Чтобы с глазами и голосом, и... чтобы он носил свитер!

Лукас усмехается:

— Чтобы ещё и спицы взял, сам связал?

— Да! И чтобы мог делать бутерброды. И мультики!

Эшли сдержанно улыбается, смотрит на дочь, как будто старается вырезать этот миг в вечности. Она не говорит, что всё может измениться. Она просто гладит девочку по волосам.