Свадьба на краю пропасти

Лето после дерзкой переправки Гарри было похоже на жизнь в подвешенном состоянии. Безопасный дом, сначала переполненный людьми, постепенно опустел. Орден рассредоточился, каждый выполнял свою часть работы в тени. Астра, её рана постепенно затягивалась, оставив после себя некрасивый, багровый шрам и постоянную, ноющую слабость в руке, оставалась с Фредом и Джорджем, помогая им по мере сил. Магазин «Уизли-пранк» работал вполсилы, служа скорее штабом и мастерской, чем местом торговли.

И вот, в эту напряжённую, серую полосу жизни ворвался луч света — пусть и тревожный, мимолётный, но свет. Свадьба Билла и Флёр. После всех потерь и ран это событие казалось чудом — актом отчаянной веры в будущее, в любовь, в то, что жизнь, несмотря ни на что, продолжается.

Свадьба проходила в Саду Норы, который Молли Уизли и энтузиасты из Ордена превратили в оазис волшебства и нежности. Астра, стоя рядом с Фредом в роли одного из гостей, смотрела на это буйство красок, запахов и улыбок и чувствовала странную смесь радости и грусти. Здесь, среди цветов и смеха, было так легко забыть о войне за стенами сада. Но забыть было нельзя. Каждый приглашённый был настороже, каждый взгляд, брошенный на небо, был полон скрытой тревоги.

Она была в простом, но изящном платье цвета морской волны, которое удалось раздобыть с помощью Тонкс. Шрам на плече был скрыт кружевной накидкой. Фред, в своих лучших (и всё равно слегка помятых) праздничных одеждах, не отходил от неё ни на шаг, его рука то и дело находила её талию, как будто проверяя, что она здесь, живая.

Они наблюдали, как Билл и Флёр, сияющие и безумно влюблённые, произносят клятвы. Астра ловила себя на мысли, что смотрит не только на них, а на Фреда. На его профиль, на его глаза, в которых отражались огоньки фейерверков, которые устроили в честь молодых он и Джордж. Она думала об их собственном обещании, об их отложенной «брачной ночи», об их будущем, таком хрупком в этом мире.

Потом был пир. Музыка, танцы, смех. Астра, соблюдая осторожность, всё же сплясала с Фредом один медленный танец, прижимаясь к нему здоровой стороной и чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её.
— Когда-нибудь, — прошептал он ей на ухо, — у нас будет своя. Без этой тревоги за углом. Только мы, музыка и, возможно, парочка взрывающихся тортов для антуража.
— Обещаешь? — тихо спросила она.
— Это единственное, в чём я абсолютно уверен, — ответил он, и в его голосе не было ни тени шутки.