Новости

Любовь может обойтись без взаимности, но дружба - никогда.

___________________________________________

Казань.1989 год.

- Я подтянусь, - голос Лии прозвучал неожиданно твердо, несмотря на её бледность. В её глазах горела решимость, не желающая мириться с ролью пассивного наблюдателя.

- Об этом не может быть и речи, - мгновенно отрезала Рина, её тон был лишен всяких сомнений. Она стояла у кровати Лии, сложив руки на груди, и её взгляд говорил о непоколебимой опеке.

- Рина, я не хочу быть в стороне! - Лия попыталась приподняться, но слабость тела тут же дала о себе знать.

Рина осторожно, но настойчиво положила руку ей на плечо, заставляя вернуться в исходное положение.

- Лия, нет. Тебе не положено по здоровью.

- Анька, но ты-то куда? - Лия перевела взгляд на Аню, ища поддержки.

Аня лишь развела руками, демонстрируя свою беспомощность.
- Аля сказала строгое «нет».

- А где она? - спросила та, чувствуя себя всё более отрезанной от происходящего.

- С Москвой договаривается, - ответила Яна, стараясь не вдаваться в подробности, чтобы не расстраивать Лию еще больше.

В этот момент дверь палаты тихо отворилась, и на пороге появился знакомый всем Вахит. Он держал в руках пакет, из которого выглядывали ярко-оранжевые апельсины. Увидев его, лицо Лии мгновенно преобразилось: на нём расцвела широкая улыбка, обнажая все её тридцать два зуба, и глаза заблестели искренней радостью.

- Ну, мы пойдём, - проговорила Яна, вставая и потягивая за собой остальных девушек.

- Но мы только недавно пришли! - возмутилась Ана, явно не желая уходить.

- Анька, пойдём, - не дожидаясь ответа, Рина схватила её за руку и решительно, но мягко вытолкнула из палаты. Она понимала, что их присутствие, особенно разговоры о предстоящих событиях, только тревожит Лию и не даёт ей спокойно восстанавливаться. Вахит же, своей теплотой и нежностью к ней, мог отвлечь её от тяжелых мыслей.

- Ринка, ну пожалуйста! - голос Аны был полон отчаяния, она шла вровень с подругой, почти наступая ей на пятки, пытаясь достучаться до неё. - Ты же понимаешь, если не вместе, то я одна пойду! Мне не нужен твой риск, но я не могу оставаться в стороне, когда девчонка лежит покалеченная.

Рина нахмурилась, её взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно она прокручивала в голове все возможные последствия.
- Але это не понравится, - спокойно, но твердо ответила она. - Да и всем остальным это не понравится, Анька. Ты знаешь наши правила. В такие авантюры не ходят втайне.

- Мы им не скажем, - прошептала Ана, её глаза лихорадочно блестели от решимости. Она явно не собиралась отступать.

- Они всё равно рано или поздно узнают это, - Рина покачала головой, в её тоне сквозила усталость от бессмысленного спора. Она знала, что в их кругах секреты долго не живут. - Это не тайна, которую можно долго скрывать.

- Ну, будем надеяться, что поздно, - Ана перехватила её взгляд, и в нём мелькнула нотка иронии. - Тебе что, не жалко девчонку? Ты же видела, в каком она состоянии. Разве ты можешь просто сидеть сложа руки?

Это был удар по самому больному месту Рины, по её совести. Она замедлила шаг, глубоко вздохнула. В её голове пронеслись образы пострадавшей девушки, воспоминания о боли и несправедливости. Она не могла отрицать, что её сердце сжималось от жалости.

- Жалко, - тихо произнесла Рина, наконец, признавая свою внутреннюю борьбу.

- Согласна? - мгновенно подхватила Ана, в её голосе появилась надежда.

Рина остановилась, прищурилась, тщательно взвешивая каждое слово. Это было рискованно, но и сидеть сложа руки она тоже не могла. Если Ана пойдет одна, это будет еще хуже.
- При одном условии, - начала Рина, устанавливая свои правила, - я буду на шухере. Буду прикрывать тебя, отвлекать внимание, контролировать ситуацию снаружи. А ты... ты делаешь всё остальное. Я не буду участвовать в основном процессе.

Лицо Аны расплылось в широкой, облегченной улыбке.

- Хорошо! Отлично! Пошли быстрее! - она тут же схватила Рину за руку, дёрнула её вперёд, торопясь воплотить свой план в жизнь, пока Рина не передумала. В этот момент для Аны не существовало никаких препятствий, только цель.

Дело в том, что когда одна из девушек, входящих в состав группировки «Кобры», патрулировала улицы своего района, на неё совершили жестокое нападение «Орлы». Парни, как и в случае с Лией, ясно дали понять свою принадлежность к «Орлам» своим агрессивным и бесцеремонным поведением. Девушка осталась жива, но её состояние было крайне тяжёлым, что лишний раз подтвердило растущую дерзость и безжалостность противника. Этот инцидент стал очередным тревожным звонком, указывающим на то, что «Орлы» готовы действовать жёстко и без предупреждения.

Именно после этого вопиющего случая подруга Рины выдвинула дерзкое и весьма необычное предложение, которое могло бы подорвать боевой дух и планы противника. Она предложила подсыпать сильное слабительное в напиток «Орлов» во время их еженедельной традиции «Чахнух».

«Чахнух» - это не просто традиция, а целый ритуал группировки «Орлов», известный среди всех уличных. Каждую среду они собираются вместе, чтобы приготовить и совместно выпить огромный чан крепкого, особо заваренного чая. В их представлении, этот обряд имеет глубокий символический смысл: он знаменует их победы, отгоняет все недуги, способствует очищению, а также, по их убеждению, невероятно усиливает физическую силу и боевой дух каждого члена группировки. Они верят, что именно благодаря «Чахнуху» отступают все слабости и к ним приходит невидимая мощь.

Некоторые относятся к нему с иронией и посмеиваются над ними, считая его лишь наивным суеверием. В то время как другие, впечатлённые или из суеверия, попытались перенять эту традицию, адаптировав её под свои нужды, надеясь на схожий эффект. Предложение подруги Рины заключалось в том, чтобы использовать этот ритуал против самих «Орлов», превратив источник их силы и единства в причину их слабости и унижения.

- И как только ты добыла их точку? - тихо, почти беззвучно прошептала Рина, её взгляд, полный нескрываемого удивления и некоторого восхищения, перескочил на Аньку. Они пригибались за деревянной, чудом уцелевшей будкой, вероятно, когда-то служившей сторожевым постом, а теперь ставшей идеальным укрытием. За ней простирался силуэт заброшенного завода - его щербатые стены, выбитые окна и разрушенные пролёты идеально маскировали присутствие. Именно там, судя по разведданным Аны, разместилась одна из частей группировки «Орлов». Было очевидно, что они решили разбросаться по городу.

- Связи, Ринка. Просто связи, - бросила Ана, нетерпеливо взглянув на заводские ворота. Её голос был едва слышен, но в нём звенела стальная решимость. - Пошли!

Не успела Ана сделать и шаг, как только хотела начать стремительно бежать ко входу, как внезапно её потянуло назад мощной, крепкой рукой. В тот же миг чья-то широкая ладонь резко прижалась к её рту, глуша любой крик.
С Риной произошло то же самое, но она, более дикая и настороженная по натуре, немедленно начала брыкаться и отбиваться. Её локти работали как поршни, ноги пытались найти опору, чтобы нанести удар, а в глазах вспыхнул яростный огонь. Она пыталась вырваться из захвата, зарычать, но ладонь на её рту была слишком сильной.

- Тише, колючка, - прошептал ей кто-то прямо на ухо, низким, хриплым голосом, почти ласково.Этот голос, это прозвище, произнесенное в такой интимной близости, мгновенно сработало.Она перестала брыкаться.Она знает кто это.

Резкий хлопок по ладони заставил крепкую руку отпустить Рину. Освободившись, она тут же обернулась, в её глазах горел гнев, а голос, хоть и был приглушенным, звенел стальной яростью:
- Вы что тут забыли?!

Прямо перед ней, словно возникнув из воздуха, сидели на корточках Турбо и Гвоздь. Лицо Турбо было весёлым он смотрел на Рину и улыбался, а Гвоздь же выглядел раздраженным и хмурым.

- За вами следим, - прямо и без малейшего стеснения, с спокойствием ответил Турбо, словно это было самым очевидным делом на свете.

Гвоздь, наконец, разжал хватку, освобождая Ану. Та сразу же схватилась за грудь, тяжело дыша, и обвела всех присутствующих вопросительным, а затем и гневным взглядом:
- Что значит «следим»?! Вы вообще понимаете, что сейчас только что полностью сломали мой план!

- Какой, к чёрту, план?! - взорвался Гвоздь, его голос был полон возмущения. - У нас война на носу, а вы тут, две дуры, разгуливаете по базам «Орлов»! Это же самоубийство! Да и вообще, вы вели себя слишком странно. Мы стояли около ДК и заметили, как вы впопыхах куда-то несетесь, прячась по углам. Турбо начал вам кричать, пытаясь привлечь внимание, но вы, как будто ничего не слышали, даже не обернулись. Вот он и решил проследить, что за фигня происходит?

Рина, игнорируя Гвоздя, резко повернулась к Турбо, в её глазах полыхала ярость:
- Ты больной?! Совсем мозги отбило?!

- Если бы тогда повернулась, когда я тебя звал, - тон Турбо оставался абсолютно спокойным, что еще больше выводило Рину из себя, - то сейчас вы бы сидели за этой будкой вдвоём.

- Ну простите, что я не услышала ваше высочество! - саркастично выплюнула Рина, делая ударение на каждом слове.

- Прощаю, - с улыбкой до ушей отозвался он, словно делая ей величайшее одолжение.

Это была последняя капля.
- Ах ты..! - Рина не выдержала и, сжав кулак, попыталась замахнуться на него, но Турбо легко увернулся.

- Хватит! - резко прошипела Ана, её голос был полон отчаяния и злости, заставляя их обоих вздрогнуть. - Мы вообще-то в грёбаной засаде сидим! Вы хотите, чтобы нас всех заметили?! - Её слова, произнесённые с такой силой, мгновенно остудили пыл спорящих. Турбо и Рина, словно по команде, замолчали, осознав всю опасность своего поведения.

- Так какой всё-таки план? - Гвоздь, пользуясь наступившим затишьем, вновь задал свой вопрос, его взгляд метался между девушками, требуя немедленных объяснений.

- Откуда у вас слабительное? - тихо, почти шепотом спросил Турбо, когда они, скользя тенями, осторожно перебегали ближе к заросшему кустами черному входу заброшенного завода, который Ана, обладая удивительной способностью находить лазейки, сумела отыскать. Воздух здесь был пропитан запахом сырости и старого металла.

Рина, не обращая внимания на его любопытство, сосредоточенно обводила взглядом окрестности.
- Анька достала. Значит так, - она быстро очертила пальцем в воздухе невидимую схему, -Здесь видимо есть такой второй вход, только с другой стороны.Получается мы разбиваемся.Ана пойдет с Гвоздем. Я же... - её взгляд скользнул по Турбо, и она тяжело, почти демонстративно вздохнула, - я иду с Турбо.

Губы Турбо тронула едва заметная ухмылка.
- Будто ты не рада, колючка, - прошептал он ей на ухо, его голос звучал провокационно, явно наслаждаясь её раздражением.

Рина бросила на него испепеляющий взгляд, но продолжила, игнорируя его подколки:
- Девушки подсыпают слабительное. Парни стоят на шухере, прикрывают, если что пойдёт не так.

- Так а зачем разделение? - уточнил Гвоздь, его прагматичный ум всегда искал оптимальные решения.

- Вдруг у них два чана, или они используют обычные чайники,а не чаны - быстро объяснила Рина. -Всё, время пошло. Расход!

Повинуясь её чёткой команде, они разбежались в разные стороны. Ана с Гвоздем бесшумно зашли во вход, около которого они стояли, а Рина с Турбо, пригнувшись, устремились к правому, менее заметному входу. Бежали быстро, стараясь не производить лишнего шума.

Остановившись в нескольких метрах от входа, Турбо осторожно выглянул из-за угла, затем жестом показал, что путь свободен. Он начал заходить первым, плавно, как тень, но вдруг резко остановился, словно наткнувшись на невидимую стену. Рина, шедшая прямо за ним, не успела среагировать и врезалась ему в спину, глухо охнув.

- Что ты встал? - возмущенно прошептала она, пытаясь восстановить равновесие.

Турбо обернулся к ней, и в полумраке она разглядела его хитрую ухмылку.
- Может, поцелуешь меня на удачу? Всё-таки я первый захожу, мало ли, убьют сейчас меня. Последний шанс.

Рина почувствовала, как по ней пробежала волна смущения и в тоже время бешенства.

- Ой, да ладно! - фыркнула она, её голос звенел от негодования. - Я могу сама первая пойти, раз ты такой трус! - Девушка попыталась обойти парня, чтобы самой проскользнуть внутрь, но Турбо уже, не проронив ни слова, продолжил тихо и осторожно проникать вглубь заброшенного здания, оставляя Рину позади, кипящую от злости.

Добравшись наконец-то до основной кухни, Рина облегчённо вздохнула: там оказалась лишь Анька, сосредоточенно сыпавшая белый порошок прямо в чайники. Она мгновенно поняла ситуацию и молча присоединилась к ней,равномерно распределяя содержимое пакета по оставшимся ёмкостям. Видимо, большие чаны стояли исключительно там,где были старшие.

- Возвращаемся обратно точно так же, парами... - едва слышно прошептала Аня, тут же метнувшись туда, откуда пришла.

Рина поспешила высыпать остатки порошка в последний чайник, резко подпрыгнув от испуга, когда дверь распахнулась и внутрь буквально ворвался Турбо, выкрикивая: -Шухер!
Без колебаний он подхватил Рину и стремительно подбежал к ближайшему окну. Вместе они легко выскочили наружу, благо находились всего лишь на первом этаже. Приземлившись на траву, они моментально бросились к густым кустам неподалёку, скрываясь среди ветвей.

Оттуда сквозь листья доносились приглушённые голоса:

- Что такое, летом что ль стало вдруг? Воробей, закрывай окно немедленно!

-С девушкой по кустам я ещё не прятался.

-Ты пьяный?

-С чего вдруг?

-Ты сегодня слишком весёлый.

-Это потому что ты рядом.

Как только Турбо, Рина, Ана и Гвоздь зашли в убежище Универсама, их встретили нетерпеливые взгляды остальных. Турбо и Рина были особенно заметны: их одежда была измята и покрыта грязью,на волосах запутались сухие листья и мелкие ветки.

- А чего вы такие грязные? Эти вообще в листьях каких-то, - Адидас, стоявший неподалеку скрестив руки на груди, указал на Турбо и Рину, его тон был смесью любопытства и легкого упрека.

- Мы в снежки играли, - выпалил Гвоздь, не моргнув глазом, с поразительной быстротой придумывая нелепое объяснение. Он тут же получил серию удивленных, почти шокированных взглядов от своих парней, которые явно не ожидали такого абсурдного ответа.

- Я уже в снежки не играю, - пробормотал Марат, неловко переминаясь с ноги на ногу и отводя взгляд. За эту реплику он тут же поймал осуждающий, полный ярости взгляд Турбо, который, казалось, готов был его испепелить.

- Тихо вы! - рявкнула Яна, резко поворачивая кнопку на старом, скрипучем радиоприемнике, пытаясь сделать его громче. Она была полностью поглощена звуками, доносящимися из динамика.

Голос диктора, изначально фоновый и едва различимый, вдруг заполнил собой всё помещение, заставив всех замолчать и напрячься:

- Уважаемые наши горожане, жители города! Хотим предупредить вас о сложившейся крайне неблагоприятной обстановке! В связи с участившимися инцидентами на улицах стало неспокойно, и потому ближайшие три дня выход на улицы крайне опасен и не рекомендован! Полиция будет полностью патрулировать все районы города, а также осуществлять усиленный контроль за магазинами, рынками и заброшенными заводами! В случае обнаружения хоть какой-либо подозрительности со стороны гражданина, вы будете немедленно задержаны и доставлены в участок для выяснения обстоятельств. Будьте бдительны и оставайтесь дома.

Громкий, тревожный голос затих, оставляя после себя звенящую тишину. В воздухе повисло тяжелое предчувствие.

- Началось, - прозвучал низкий, спокойный голос. Все вздрогнули и обернулись. Позади всех, незаметно, словно призрак, стояла Аля. Видимо, она зашла несколько минут назад и тихо подошла, слушая объявление вместе со всеми. В её единственном слове была заключена вся глубина осознания: для них это означало не просто усиление патрулей, а полномасштабное объявление войны, новый этап противостояния, когда каждое движение будет под контролем. Все в помещении мгновенно поняли, что она имела в виду, и каждый ощутил, как тяжесть надвигающихся событий давит на плечи.