Зона комфорта
Остаток учебного дня прошел спокойно. Если, конечно, это вообще можно было назвать спокойствием в месте, где каждый второй провожает тебя взглядом как смертника.
Практически все последующие пары у нас с Клодией оказались общими. Выдумывать сложные маршруты по коридорам-лабиринтам и искать аудитории самостоятельно мне было откровенно лень, поэтому я выбрал самый логичный путь — просто шел за ней по пятам. По ходу дела я без лишних вопросов выполнял её мелкие поручения: придержать тяжелую дубовую дверь, донести стопку методичек до кафедры или забрать документы из деканата. Клодия принимала это молча, с каменным лицом, не проронив больше ни слова, словно я был её личной молчаливой тенью.
Но в такой расстановке сил обнаружился огромный, жирный плюс. Благодаря тому, что я постоянно находился внутри её радиуса отчуждения, ко мне больше никто даже близко не подходил. Студенты по-прежнему шептались на углах и бросали в нашу сторону двусмысленные взгляды, но барьер «Мертвого игрока» работал безотказно, что бы это ни значило. Навязываться с глупыми вопросами было совершенно не в моём стиле, так что я просто пользовался моментом и наслаждался тишиной.
Для меня это не стало каким-то потрясением или ударом по эго. Скорее наоборот: отсутствие пустой болтовни и навязчивых знакомств экономило кучу внутренних батареек. Лучшие условия для учебы сложно было представить.
Учебный день подошел к концу, когда за окнами института уже сгустились серые сумерки. Мы стояли в полупустом холле первого этажа у самого выхода из корпуса. Клодия застегнула воротник своего холодного пальто, поправила сумку и впервые за несколько часов обернулась ко мне, посмотрев прямо в глаза.
— Тебе всё равно кто-то расскажет об этой игре, Ян, — негромко, но очень отчетливо произнесла она. Её голос прозвучал удивительно ровно на фоне шума дождя, бьющего по стеклам дверей. — Местные придурки не успокоятся. Рано или поздно они попытаются разложить перед тобой карты и затащить за стол. Но я повторюсь. Просто забей на это.
Она развернулась и вышла на улицу, мгновенно растворившись в дождливом майском вечере. Я посмотрел ей вслед, поправил лямку рюкзака и пошел к выходу. Забивать себе голову чужими правилами я действительно не планировал.
Стоило мне толкнуть дверь и переступить порог, как все разговоры внутри резко прекратились. В комнате было трое парней, и теперь все три пары глаз уставились прямо на меня с каким-то тяжелым, давящим подозрением.