Глава 35. Одна ночь

О смерти много говорят. О том, какой она может быть страшной или долгожданной после невыносимых мук. Как умирают молодые, как она забирает лучших из нас, как она оказывается единственным правосудием из возможных. Никто не знает, что ждёт нас по ту сторону: рай или ад, перерождение или чистилище. Или пустота. Конечная точка нашей жизни может ждать нас именно там. И никакого света в конце тоннеля нет.

О смерти много говорят. Но никто не говорит о том, что испытываешь, когда сталкиваешься с ней лицом к лицу и уворачиваешься от её жадной хватки. Когда холодное дыхание касается твоих волос, но она отступает, потому что твоё время ещё не пришло. Почему никто не говорит об этом?

А ведь это чувство ни с чем не спутаешь. Оно не похоже на радость спасения или внезапно нахлынувшего облегчения. Это странная, почти пугающая пустота — словно мир на мгновение замер, а затем снова заработал в привычном режиме. Вот только ты остался стоять на месте.

Встреча со смертью лицом к лицу оставляет трещину в сознании, и через неё просачивается пугающий холод. Ты всё ещё жив, но в тебе словно что-то сломалось и теперь отчаянно скребётся, пытаясь срастись заново. А выходят только уродливые фигуры с полотен мрачных абстракционистов.

Что-то в тебе надламывается в тот миг, когда ты заглядываешь в бездну и понимаешь: она видит тебя тоже. И запоминает.

Не обязательно получить пулю в грудь или выжить после падения с десятого этажа, чтобы ощутить на себе прикосновение липких рук смерти. Достаточно быть там, где кто-то умер. Или умирает. Жестоко. Бессмысленно.

Ты снова дышишь, но воздух кажется чужим, будто у тебя больше нет права им дышать. У мира все те же краски, но ты с трудом различаешь цвета, а голоса доносятся до тебя как сквозь толщу воды.

И ты ловишь себя на мысли: что, если она вернётся? Не когда ты будешь к этому готов, не когда её будут ждать, как старого друга — а внезапно. Посреди разговора с лучшей подругой, поцелуя с любимым человеком или во время беседы с родителем по телефону.

Что, если в следующий раз она не отступит?

Оля Чехова

27 марта 2024 года

В больнице должно быть тихо, чтобы не тревожить пациентов и не отвлекать медицинский персонал. Но не в эту ночь.