О справедливости
E-mail пришёл рано утром. Мира перечитывала его несколько раз, не веря своим глазам. Global Symphony выбран для участия в Миланском фестивале. Их ждут. Им рады. Это победа. Театр взорвался ликованием. Даже Блэквуд, казалось, забыл о своём недовольстве. Поздравления сыпались со всех сторон – её работа, её бессонные ночи не были напрасны.
А потом началось совещание по распределению мест.
— Конечно, я полечу как глава PR-отдела, – Филип Тан даже не смотрел на неё. – Ты хорошо поработала с документами, Мира, но международный фестиваль требует опыта. Тем более, ты уже смоталась в Корею, хотя это было моей прямой обязанностью.
Она пыталась сохранить профессиональное выражение лица, но внутри всё сжалось. Её фестиваль. Её победа. И она даже не увидит её своими глазами. В коридоре она столкнулась с Софией:
— Это несправедливо! Ты же всё подготовила!
Мира только пожала плечами. Что тут скажешь? Она не знала, что Хёнвон случайно услышал их разговор. Не видела, как изменилось его лицо. Не знала, что он, не стучась, вошёл в кабинет директора Чэня.
— Она должна лететь.
— Филип более опытен...
— Она знает все детали, – Хёнвон был непреклонен. – Каждую мелочь. Каждый нюанс. Она работала над этим месяцами.
— Это не так просто...
— Тогда я не полечу.
Директор замер:
— Что?
— Без меня фестиваль теряет смысл. Вы это знаете, я это знаю. Либо летит она, либо...
— Хорошо, – Чэнь устало потёр переносицу. – Пусть летит девочка. И Филип тоже, конечно.
София ворвалась в кабинет Миры как маленький ураган:
— Ты летишь! Ты летишь!
— Что?
— Директор только что подписал приказ! Ты в списке делегации!
Мира не верила своим ушам. Как? Почему? Она нашла Хёнвона у гримёрки. Он собирался на репетицию, делая вид, что не замечает её присутствия.
— Спасибо, – тихо сказала она.
— Не знаю, о чём ты.
Но уголки его губ чуть дрогнули, а в кармане её пиджака откуда-то появилась карамелька – первая с того разговора о премьере. Она смотрела ему вслед, чувствуя странную смесь эмоций. Благодарность. Смятение. Что-то ещё, чему она боялась дать имя. В конце концов, через несколько недель он собирался разрушить всё, над чем они работали. Так почему же он помог ей? И почему от этой маленькой карамельки в кармане стало так тепло на душе?
Они снова начали свой танец. Шаг навстречу – карамелька в кармане. Шаг назад – делать вид, что ничего не произошло. Они оба знали, что каждый такой момент сближает их всё больше, несмотря на все попытки держать дистанцию.