Глава 16. Шум
«Аурель, прости, что пишу. Просто хочу сказать, что был счастлив, когда видел тебя. Не сообразил даже сказать спасибо. У меня было достаточно времени, но я так и не сообразил, что сказать... Прости».
Не сразу проморгавшийся взгляд разбирает имя отправителя с трудом. Светящийся экран резко смазывает эффект пробуждения в борделе. Ложной надеждой, запоздалым стыдом. Неуместностью.
Аурель потянулся за телефоном, едва сквозь щель в тяжелых занавесях пробился густой солнечный луч. Вряд ли рассветный — с рассветом в «Звезде Восхода» вряд ли встают.
А Фаэрона уже нет рядом. А Фаэрон — уже гремит сервировочным столиком на латунных колесах, подавая прямо в спальню благоухающий, хотя и накрытый блестящими крышками завтрак.
Получается улыбнуться:
— Фаэ. Доброе... утро?
— Добрейшее! — Клыкастая улыбка сверкает не тусклее столового серебра. — Только уже не утро. Полдень давно миновал. Даже принцессам пора просыпаться.
Сияющие глаза не прячутся, покалывают напоминанием о прошедшей ночи. После стольких лишних слов и слез, после истерики и поцелуев, непорочная ночь с инкубом стала самой извращенной услугой в доме утех. Фаэ просто обнимал его — пока не уснул. Не отпустил, даже провалившись в сон. Даже во сне бормотал его имя. И обнимал — крепче.
Мешал. Думать, вспоминать, сожалеть. О своем поведении с Метатроном. О своем поведении с ним. И только полученное сообщение заставило разом всё вспомнить, введя в заблуждение относительно личности того, кто мог бы его отправить.
Глупо было надеяться! Но кто бы мог ожидать?.. Кстати.
— Это ты дал Каю мой номер?
Аурель садится в постели, поправляя ворот сорочки и пряди волос. Фаэрон кивает, поглощенный ответственной миссией — разливает по миниатюрным кофейным чашечкам черную лаву.
— Угу. Неужто решился? — Чуть вскидывает бровь. — Тебе сливки добавить, Аур? А сахар?
— Да, — кивает Аурель. — Да. И да. Он написал мне только что. Сам не знает, что хочет сказать. А я... Тоже не знаю. К чему это? — пожимает плечами и принимает из рук в руки теплый фарфор. — Ты что, связался с ним, пока я спал?
— Связался, — легко соглашается Фаэрон и присаживается рядом. — Не знаю, как сильно изменились со временем твои вкусы, но точно помню, что красную рыбку старший любил. Получилось угодить?