Глава 20. Двое в окопе
Он не мог уснуть. Он сидел, прислонившись к стене, завернутый в ее одеяло, и смотрел в одну точку. Его тело изредка вздрагивало от остаточных спазмов, пальцы непроизвольно теребили край одеяла. Кассандра не пыталась его утешить. Она сидела напротив, на матрасе, и наблюдала. Она видела, как его зрачки расширяются при каждом скрипе за окном, как напрягаются мышцы шеи при шорохе в подъезде. Он был как загнанный зверь, доведенный до предела, но не сломленный. В его молчаливой бдительности была дикая, отчаянная сила.
Под утро он наконец потерял сознание, свалившись на бок в изнеможении. Его сон был беспокойным, прерывистым. Он бормотал что-то несвязное, иногда всхлипывал, как ребенок. Кассандра не спала. Она сидела и слушала. Это были не слова, а звуки чистой, нефильтрованной агонии.
Когда за окном посветлело, она встала и начала готовить завтрак. Простейшую овсянку на молоке. Действия были механическими. Она понимала, что реальность вот-вот ворвется в эту хрупкую временную аномалию. Его ищут. И они придут.
Он проснулся от звука ее шагов. Резко сел, дико озираясь, пока сознание не вернулось к нему. Он увидел ее, свою кружку с недопитым холодным чаем, и его плечи медленно опустились.
— Голоден? — спросила она, помешивая кашу.
Он молча кивнул. Он ел, сидя на полу, зачерпывая кашу ложкой с таким сосредоточенным видом, будто это была самая сложная задача в мире. Он доел все до крошки и отставил тарелку.
— Спасибо, — прошептал он, не глядя на нее. Слово далось ему с трудом, будто ржавое.
Она просто кивнула.
Он поднялся и прошел в крошечную ванную. Она слышала, как он умывается, как сдерживает рвотные позывы, глядя на свое отражение. Когда он вышел, вода капала с его волос на пол. Он выглядел немного живее. Но в его глазах по-прежнему была та же пустота, лишь слегка прикрытая тонким слоем контроля.
— Что теперь? — спросил он. Его голос был тихим, но в нем не было прежней потерянности. Был вопрос. Вопрос солдата, готового принять приказ.
Кассандра посмотрела на него. На его бледное, осунувшееся лицо. На следы усталости вокруг глаз. На ту неизбывную тяжесть, что он теперь носил в себе.
— Тебе нужно принять душ, — сказала она. — Настоящий. А потом спать. На кровати.
Он нахмурился.
— А ты?
— Я посплю на полу.
— Нет, — он резко покачал головой. — Я не...
— Это не просьба, — перебила она. Ее голос был спокоен, но в нем зазвучали стальные нотки, которых он раньше не слышал. — Ты едва держишься на ногах. Ты бесполезен в таком состоянии. Тебе нужен отдых. Это тактика.