Глава 7. Похороны.

Я пошёл на похороны.

Не потому что я имел право. А потому что меня разрывало изнутри, и я надеялся, что, увидев её гроб, я наконец-то заплачу. Что боль выйдет. Что станет легче.

Не стало.

Гроб был закрыт. Вода слишком сильно изменила её лицо — родным сказали не открывать. Родители — два синих алкоголика с трясущимися руками — выли так, будто они не убивали её годами. Мать упала на колени перед гробом и кричала: «Доченька, зачем ты нас бросила?»

Меня вывернуло наизнанку от этой сцены.

Это вы бросили её. Вы били её. Вы поили её своей ненавистью и запирали в комнате, пока она молила о смерти.

Я стоял в стороне и смотрел на них. На этих людей в человеческом обличье. На их крокодиловы слёзы.

Мне хотелось подойти и закричать: «Это вы убили её. Вы. Вам место в тюрьме, а не на похоронах».

Я не закричал. Потому что я такой же трус, как и всегда.

Я просто стоял и смотрел, как закапывают гроб.

Земля стучала по крышке. Стук. Стук. Стук.

Как удары. Которым она подвергалась каждый день.

Теперь земля била по ней. В последний раз.