Глава 5 - Дети - моё спасение

Тяжёлые дубовые двери репетиционного зала отрезали Майкла от грохота басов и бесконечных споров Кенни Ортеги с техниками. Здесь, в небольшой комнате отдыха, пахло не потом и разогретой электроникой, а ванильным печеньем и воском цветных карандашей. Мир за дверью требовал от него быть легендой, активом, символом. Но здесь, глядя на троих детей, сидящих на мягком ковре, он снова становился просто «Паппи».

- Смотри, что я нарисовала! – Пэрис вскочила, протягивая ему лист бумаги. – Это Лондон. Только там всегда светит солнце, и на крыше твоей арены живут эльфы.

Майкл опустился на колени рядом с ней, чувствуя, как напряжение в плечах, не отпускавшее его весь день, начинает таять. На рисунке О2 Arena была раскрашена во все цвета радуги.

- Очень красиво, Тинкер Белл, - прошептал он, целуя, её в макушку. – Значит, эльфы будут помогать мне петь?

- Они будет следить, чтобы ты не уставал, - серьезно ответила дочь, заглядывая ему в глаза с той проницательностью, которая иногда пугала Майкла.

Принс, который в свои двенадцать уже старался казаться взрослым и рассудительным, сидел чуть поодаль с камерой в руках. Он часто снимал репетиции отца, фиксируя историю, которую мир ещё не видел.

- Пап, а почему мистер Филлипс так громко кричал сегодня на техников? – спросил он, откладывая камеру. – Ты выглядел расстроенным.

Майкл замялся. Он всегда старался оградить детей от грязи шоу-бизнеса, от косых взглядов и юридических войн. Для них он хотел создать мир, где нет Sony, нет долгов и нет таблоидов.

- Это просто работа, Принс. Когда строишь замок, всегда много шума. Но когда он будет готов, останется только красота.

Маленький Бланкет, прижавшись к боку отца, молча протянул ему свою любимую игрушку – фигурку супергероя. Этот простой жест значил больше, чем все восторженные рецензии критиков. В этом маленьком кругу Майкл чувствовал себя в безопасности. Здесь его не оценивали по количеству проданных альбом и не проверяли его пульс, чтобы убедиться, что он «протянет» ещё один вечер.

«Они – мой единственный настоящий каталог», - подумал Майкл, обнимая всех троих. – «Мои живые шедевры».

Именно ради них он согласился на этот безумный марафон. Он хотел, чтобы они увидели его на пике, чтобы они поняли, почему тысячи людей плачут, слыша его голос. Он хотел оставить им не только долги и судебные иски, но и гордость за фамилию Джексон.