14. Архитектурная ловушка
Мирная тишина, окутавшая особняк после кровавой расправы, ощущалась как обманчивое затишье перед настоящей бурей.
Около двух часов ночи густой мрак спальни разорвал резкий, вибрирующий звонок. Кирилл проснулся мгновенно — без сонных вздохов и лишних движений, словно хищник, выжидающий в засаде. На другой половине огромной кровати тут же распахнула глаза Арина. Ее искалеченная психика всё еще воспринимала громкие звуки как сигнал об опасности, а сердце болезненно ударилось о ребра, когда матрас качнулся под внезапно напрягшимся телом мужа.
Холодное синее свечение экрана безжалостно резануло по глазам. Звонил Миша. Каримов прижал трубку к уху, ловя сухой, рубленый доклад.
— Поднимайся, Кир, — без предисловий выдохнул друг. — Появилась очень жирная зацепка. Парни уже проверяют адрес. Если подтвердится и Ферзь там — будем брать.
— Уже еду, — ответил Каримов, отбрасывая одеяло и поднимаясь на ноги.
Арина протянула руку и щелкнула выключателем ночника. Тусклый янтарный свет лениво рассеял полумрак спальни, выхватив из темноты крупную фигуру мужчины. Он быстрыми, отточенными движениями натянул джинсы, а затем взял черную футболку, скрывая под ней всё еще свежие ссадины на торсе.
— Что случилось? — тихо, но отчетливо спросила она, приподнимаясь на локтях. — Куда ты?
Кирилл даже не обернулся, затягивая кожаный ремень.
— В штаб, — коротко бросил он, на ходу проверяя кобуру. — Спи.
Девушка не послушалась. В ее взгляде, устремленном в его прямую спину, мгновенно вспыхнуло прежнее упрямство.
— Напомнить тебе про контракт? Пункт пятый: ты обязан честно отвечать на мои вопросы. Что. Там. Случилось?
Кирилл замер у двери. Его широкие плечи натянулись, словно струны под избыточным давлением. Он медленно развернулся, смерив жену долгим взглядом, а затем тяжело, обреченно вздохнул.
— Похоже, Ферзь нашелся, — процедил он сквозь зубы. — Миша только что получил наводку. А теперь ложись. Я закончу это и вернусь.
Не дав ей и секунды на возражения, Каримов развернулся и вышел. Через пару минут он уже выгонял черный внедорожник из гаража. Хищный рык двигателя нарушил ночную тишину двора, а затем машина остановилась, дожидаясь, пока автоматика медленно раздвинет массивные кованые ворота, но в этот момент пассажирская дверь со щелчком распахнулась. На кожаное сиденье рядом с ним запрыгнула Арина, на ходу запахивая куртку прямо поверх пижамной футболки.
— Что ты, мать твою, здесь делаешь? — рыкнул Кирилл. От этого грубого баритона по коже пробирал мороз. — Вышла из машины. Живо.
— Нет. Я еду с тобой, — непререкаемо ответила она.
На секунду мужчина застыл, встречаясь с ее взглядом.
— А я разрешал?
— А я спрашивала?
— А тебе и не нужно, — отрезал он твердым тоном. — Шестой пункт контракта: в вопросах твоей безопасности мое слово — абсолютный закон. Я сказал сидеть дома.
Договорив, Каримов резко подался вправо, нависая над ней всем своим тяжелым корпусом, и протянул руку к ручке пассажирской двери, намереваясь лично выставить упрямицу наружу. Но Арина отреагировала мгновенно. Перехватив его запястье обеими руками, она с силой сжала пальцы, заставляя его остановиться.
— Ну пожалуйста! Я уже больше двух месяцев медленно схожу с ума, утешая себя тем, что нужно просто подождать, Кирилл. Что пройдет время, всё забудется и станет легче. Но по-настоящему легко мне стало только после того, как я осознала, что ты прямо сейчас уничтожаешь этих тварей одного за другим. И обрабатывая твои раны, такие же, как еще совсем недавно были у меня, я поняла, что не хочу это забывать. Я хочу, чтобы они поплатились. За то, что делали со мной. За то, что сделали с Викой. За то, что делают с тобой. — Она опустила взгляд, словно признаваться в этом было невыносимо тяжело. — Мне впервые в жизни хочется чьей-то смерти. Не просто выжить, как на складе. Не просто стереть все из памяти, как после убийства Дэна. А именно отомстить. И я не могу трусливо прятаться, пока ты ставишь точку. Я имею право хотя бы косвенно принять в этом участие, чтобы успокоиться наконец.
Ее слова обрубили все возможные возражения. Кирилл молча выпрямился, буравя жену сканирующим взглядом. Он искал ту сломанную, дрожащую от животного ужаса девочку, которую вез на убийства Дэна, но ее больше не было. Вместо парализующего страха перед чужой смертью и встречей со своими палачами в голубых глазах плескалась холодная, осознанная жажда крови. Каримов выдохнул, и в этом звуке смешалось легкое ошеломление с темным, почти хищным уважением к ее внутреннему стержню.
— Пристегнись, — хрипло бросил он, переводя взгляд на дорогу и вдавливая педаль газа. — И чтобы в штабе ни на шаг от меня не отходила. Поняла?
— Поняла. — Коротко кивнула Арина, потянув на себя ремень безопасности.