3. Теория выживания

Утро в Вейрхолде началось не с рассвета. Оно началось с сигнала. Резкого, сухого, мерзкого звука, который будто не просто разбудил меня, а выдернул из сна за волосы и швырнул обратно в реальность. Я резко села на кровати, не сразу поняв, где нахожусь.

Серый потолок. Узкая кровать. Чужая комната.Линии подавляющих печатей по углам.

Вейрхолд. Блять.

Я закрыла глаза и на секунду позволила себе просто не двигаться. Не думать. Не вспоминать. Но мозг, как назло, уже начал раскладывать всё по местам.

Площадь. Этерии. Синий огонь. Бронемашина. Кресло фиксации. Треснувший кристалл. Статус: неклассифицированный.

На стуле всё ещё лежала форма. Та самая, которую вчера я даже не тронула. Рядом — тонкий браслет допуска с моим именем и расписание, появившееся ночью на встроенной панели у двери. Я долго смотрела на первую строку.

07:00 — базовый теоретический курс. Аудитория 3-В.
Преподаватель: Эстерия Вайс.

Ни "добро пожаловать", ни "первый день", ни "если вам плохо после того, как государство насильно вырвало вас из жизни, обратитесь к психологу".

Вейрхолд не спрашивал, готова ли я. Он просто ставил меня в расписание.

Я поднялась. Тело отозвалось болью так резко, что пришлось вцепиться пальцами в край стола. Плечо ныло. Под рёбрами тянуло. Запястья под подавляющими браслетами выглядели так, будто меня пытались держать на цепи. Красные полосы, местами почти до крови.

Я подошла к умывальнику и включила воду. Холодная. Конечно. Я плеснула её на лицо и подняла взгляд на зеркало. Сначала даже не узнала себя. Бледная кожа. Синяк у скулы. Разбитая губа. Волосы спутались, будто я дралась с ураганом и проиграла. Глаза — слишком тёмные, слишком усталые. И где-то внутри них, глубже обычного отражения, мне всё ещё чудился зелёный свет.

Я резко отвернулась.

— Нет, — сказала я своему отражению. — Сегодня без этого.

Оно, разумеется, не ответило.

Форма оказалась грубой на ощупь. Тёмная ткань, плотная, холодная, с высоким воротником и пустым местом на рукаве — там, где у остальных был знак стихии. У меня ничего. Ни огня. Ни воды. Ни земли. Ни воздуха. Пусто. Точнее — неклассифицировано. Они даже отсутствие умели сделать унизительным.

Я застегнула куртку до горла, прикрепила браслет допуска и вышла.

Коридор встретил меня голосами. Живыми. Чужими. И сразу стало хуже.

Студенты шли в одном направлении — кто-то быстрым шагом, кто-то почти лениво, как будто здесь правда можно было чувствовать себя дома. У всех была форма. У всех — нашивки. У всех — привычка двигаться так, будто они знают правила.