Глава 34: Прорыв

ТГК: https://t.me/twinjadesofjiangdong_ceyu

Поздней ночью, когда все стихло, войска двинулись вдоль берега. Гань Нин принёс военный жетон Сунь Цюаня, и с этой ночи всеми военными делами в Цзяндуне распоряжался Чжоу Юй.

— Причал расчищен? — спросил он.

Гань Нин ответил:

— Генералы Чжу Чжи и Чэн Пу уже все уладили. Хань Дан повёл войска по суше в Цзянлин.

Лу Су, надев доспехи, встал во главе солдат и сказал:

— Я ухожу.

— Я пойду с тобой, — произнёс Чжоу Юй.

— Нельзя! — Гань Нин и Лу Су одновременно изменились в лице.

Последний добавил:

— Ты главнокомандующий армией, как ты можешь так легко рисковать?

— Я беспокоюсь, — Чжоу Юй поднял голову и, посмотрев на север, на скрытую во тьме реку Янцзы, тяжёлым голосом продолжил, — Фэй Юй до сих пор не вернулся.

— Куда ты послал Фэй Юя? — нахмурился Лу Су, — в лагере Цао Цао есть наши люди?

Чжоу Юй взмахнул рукавом*. В его бездонных зрачках отражались факелы, выставленные вдоль берега.

*拂袖 - fúxiù - «взмахнуть рукавом» - выражать свою досаду, недовольство

— Потушите огонь, — приказал он, — все на борт.

Солдаты потушили факелы и поднялись на корабли, стоявшие в холод у причала. В одно мгновение сотни суден отчалили и направились в тёмное будущее, пробиваясь сквозь волны в холодном ветре.

В небе над головой раскинулся Млечный Путь, нависая над безостановочно текущими водами Янцзы.

Гань Нин, держа в руках широкое весло, рассекал воду, и лодка стремительно понеслась вперёд. Чжоу Юй, облаченный в чанпао, несколько раз покашлял. Лу Су сказал:

— Вернись в каюту и отдохни.

Чжоу Юй, поклонившись, ушел внутрь. Гань Нин даже в период наибольших холодов* был обнажён по пояс. Его мышцы были рельефными, но истощёнными. Плывущий против течения корабль, на котором находился главнокомандующий, шёл впереди, оставляя позади сотни суден поменьше.

*Период наибольших холодов - с 19-го по 27-й день после зимнего солнцестояния. То есть январь

Через некоторое время послышался звук циня, разносящийся между небом и землёй.

Затем полилась плавная мелодия, которая становилась все быстрее и быстрее. Вслед за этим семь струн зазвенели, словно передавая какое-то сообщение на противоположный берег.

Гань Нин с хитрой улыбкой обернулся и посмотрел в сторону каюты, собираясь что-то сказать, но Лу Су сделал жест, чтобы он продолжил слушать.