Глава 23. Доспехи, разбитые в прах V

Внимание! Данный перевод является некоммерческим проектом.
Текст переведен с разрешения правообладателя. Копирование и публикация на других ресурсах запрещены.
​Перевод: t.me/AlvaroDofi
​Автор: 弃吴钩 (Ци У Гоу)
​Первоисточник Weibo: https://weibo.com/u/6575886432 или поиск по нику 何不弃吴钩

· ────────────── ·

Доспехи, разбитые в прах V

- Как ты вошел? - Пэй Чанхуай поднялся и с тревогой покосился за ширму. - А они?..

Он хотел было встать, но Чжао Юнь надавил на плечи, заставив сесть обратно на кровать. Пользуясь случаем, Чжао Юнь обхватил пальцами подбородок Пэй Чанхуая, понуждая смотреть прямо на себя:
- Хочешь спросить о слугах? Не бойся, я ничего с ними не сделал. Что же до твоего поместья хоу - если уж я задумал войти, то нет такой преграды, что меня бы остановила.

Какое бахвальство.

Пэй Чанхуай вспыхнул от негодования, резким движением смахнул руку гостя и холодно спросил:
- Зачем ты явился?

- Разумеется, поглазеть на посмешище, - усмехнулся Чжао Юнь.

- Обо всем разузнал? - Пэй Чанхуай с трудом подавил ярость.

- Именно так.

Чжао Юнь поправил полы ханьфу, развернулся и присел рядом. Снова потянувшись к лицу Пэй Чанхуая, он склонил голову набок и принялся неспешно его разглядывать.

Зрачки Чжао Юня были черны как тушь и горели живым блеском, а из-за привычки вечно улыбаться в уголках глаз затаилось немало лукавого кокетства.

Пэй Чанхуай заерзал под этим пристальным взглядом, отвернулся и бросил:
- Тогда тебе пора уходить.

- К чему спешка? Я еще не насмотрелся, - лениво отозвался Чжао Юнь.

Пэй Чанхуай знал: Чжао Юню только дай повод перечить. Чем сильнее его гонишь, тем охотнее он останется.

Он только что перенес наказание палками, спина нещадно ныла, а силы - и душевные, и телесные - окончательно иссякли. Совсем не осталось мочи препираться с Чжао Юнем.

- Хочешь оставаться - оставайся, - бросил Пэй Чанхуай и, перестав обращать на гостя внимание, повалился на кровать, отвернувшись к стене.

Чжао Юнь заметил, что на щеках и губах того нет ни кровинки, а волосы на затылке взмокли от пота.

Видать, до сих пор терзает боль.

«Ни на людях, ни наедине с собой - никогда больше не позволяй слабости проступить наружу».

Единственное дитя старого хоу, оставшееся в живых?

Что ж, Чжао Юнь подумал, что ноша тяжела, а путь далек [п. п: 任重而道远, о принятии на себя огромной ответственности на долгий срок].

Чжао Юнь придвинулся ближе и с силой ткнул в рану на спине. Пэй Чанхуай тут же глухо вскрикнул и, точно испуганная рыба, подскочил, забившись в самый угол кровати.