Глава 9. Начало пути

Восточный тракт, тянущийся из Кер-Сиди через Дивед, Ронду и Гвент, — не самый короткий путь в Бат. Гораздо ближе вышло бы морем. Но особого выбора нет: не на лодке же плыть вчетвером! Местные челны-кораклы вовсе на одного человека рассчитаны и требуют большой сноровки. Ирландский куррах куда вместительнее — но с ним тоже еще управиться надо. Танька попробовала было заикнуться о таком варианте, но и отец, и Эмлин, как сговорившись, решительно воспротивились. Ну а нанять какое-нибудь судно посолиднее — так ведь и времени на поиски нет, и «засветишься» так, что весь остров узнает. Вот и мчит по дороге — где вымощенной камнем еще в римские времена, а где и бетонированной по холмовой науке — запряженная двумя лошадьми крытая рессорная повозка, из тех, что Хранительница называет «бричками». В бричке устроились две приметные рыжие девицы — одна плотно сбитая, веснушчатая и с повязкой на правом глазу, другая худющая, с огромными зелеными глазами и с пышной прической, закрывающей уши. И повозка, и платья девиц разукрашены в красное, желтое и белое — цвета Дал Каш. Болтают между собой подружки на ирландском: первая — с чистейшим мунстерским выговором, вторая — с легким камбрийским акцентом, который заметит, впрочем, разве что исконный житель Эрина. Та, что глазастая, умудряется, не переставая разговаривать, еще и править лошадьми. А в небольшом отдалении от брички легкой рысью движутся два окольчуженных всадника, судя по золотым шпорам — рыцарского звания: тот, что слева, — высокий, с изрядно поседевшими головой и усами, справа же — изящный и гибкий, с безусым лицом, подходящим скорее мальчику-подростку, чем взрослому мужчине, но при этом уже с сединой, пробивающейся в угольно-черных волосах. У обоих бело-зеленые щиты, только изображения на них разные. У первого это восьмиконечный красный крест, который уже немало лет служит отличительным знаком гленских, диведских и мерсийских рыцарей-спасателей и который леди Немайн иногда, забывшись, почему-то называет мальтийским — и никому не объясняет, при чем тут далекий южный остров, лишь загадочно улыбается. Ну что ж тут поделаешь: мало ли что могло происходить на Мальте за ту тысячу лет, которую прожила бывшая богиня, прежде чем обосновалась в волшебном городе на берегу Туи, мало ли что она помнит и мало ли какие гейсы запрещают ей об этом рассказывать? Зато алый бриттский дракон на щите второго всадника понятен всякому камбрийцу — да, пожалуй, и всякому чужестранцу тоже. Мечи на поясах у рыцарей тоже разные: у безусого — традиционная короткая кельтская спата, у того, что выглядит старше, — более тяжелый и длинный «бастард» — такие пока еще в новинку в Камбрии, а странное название свое, говорят, получили от самой Хранительницы.