23 глава
Магдалена сидела у высокого резного зеркала в своих покоях, неторопливо проводя гребнем по светлым волосам дочери Дии. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов да шелестом волос. За окном догорал закат, окрашивая небо в багряно‑золотые тона, а в камине потрескивали поленья, отбрасывая пляшущие тени на стены, увешанные гобеленами с изображением древних битв.
В дверь осторожно постучали.
— Войди, — разрешила она, не отрываясь от своего занятия.
Слуга Рафат вошёл и почтительно склонился перед госпожой. Его горбатая фигура отбрасывала длинную тень на паркетный пол. Он явно колебался, не решаясь начать разговор — характер у Магдалены был вспыльчивый и буйный, о чём знали все во дворце.
— Госпожа, мне нужно сообщить вам одну новость… — начал он неуверенно, теребя край своего потрёпанного камзола.
Магдалена резко повернулась к нему, и гребень замер в её руке.
— Так говори же! — нетерпеливо перебила она. Её пальцы непроизвольно сжались на резной ручке гребня. — Моё терпение не бесконечно, Рафат.
— Боюсь, вам это не понравится… — слуга опустил глаза в пол, избегая её взгляда.
— Рафат, не тяни! — голос Магдалены зазвучал жёстче.
Он глубоко вздохнул, словно перед прыжком в ледяную воду.
— Ваша подруга Мина…
— Бывшая подруга, — резко поправила его Магдалена, и её глаза сверкнули холодным огнём.
— Ваша бывшая подруга… Она скоро выйдет замуж за вашего брата Виктора, — выпалил Рафат и поспешно отступил на шаг, опасаясь вспышки гнева госпожи.
Магдалена замерла. Её грудь часто вздымалась от нахлынувшей волны ярости. В комнате повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине.
— Что ты сказал? — переспросила она ледяным тоном, медленно поворачиваясь к слуге.
— Госпожа… — пролепетал Рафат, отступая ещё на шаг.
Магдалена с силой провела гребнем по волосам дочери, слишком резко, слишком грубо.
— Ай! Мама, мне же больно! — вскрикнула Дия, оборачиваясь к матери с обидой в глазах.
— Дия, иди к себе, — приказала Магдалена, стараясь сдержать эмоции. Её голос дрожал от сдерживаемого гнева.
— Но мама…
— Я сказала — иди к себе! — повысила голос женщина, и в её глазах вспыхнули опасные искры.