Железный склеп

— Я ухожу на пару дней.

Пенелопа оторвала взгляд от пола и постаралась подавить теплящийся огонёк надежды. Она не верила своим ушам. Виктор уходил, а это означало, что ей предоставится возможность сбежать.

— Зачем?

— У меня есть дела.

Виктор спешно собрал хирургические инструменты в маленький чемоданчик.

— В углу консервы.

Когда за ним хлопнула дверь, Пенелопа начала отсчёт. Она сосчитала до тысячи и обратно. Виктор не возвращался.

Несмотря на это, Пенелопа спрыгнула со стола на носки. Она не знала, был ли в здании кто-то ещё, помимо неё и гула вентиляции, но бесшумность давала ей преимущество.

Пенелопа прокралась к стальной двери, опустила ручку и толкнула. Ничего. Она укорила себя в наивности. Можно подумать, Виктор оставил бы её на два дня с открытой дверью. Пенелопа огляделась.

Окошко вентиляции находилось под самым потолком. Если ей удастся долезть до него и открутить решётку, находился славный план для побега.

Пенелопа разбила одну из банок с формалином и вооружилась небольшим осколком стекла. На оттащенный к стене хирургический стол Пенелопа водрузила столик для инструментов. Получилась хоть и не устойчивая, но высокая конструкция. Пенелопа, шатаясь, забралась наверх. В таком положении она как раз могла открутить решётку и подтянуться в отверстие. Лишь бы мышцы её нового тела смогли справиться с этой задачей. Пенелопа в тысячный раз прокляла Виктора, посасывая порезанный осколком палец, но эта травма ничего не значила по сравнению с перспективой остаться в логове убийцы навсегда. Одному дьяволу известно, чего он хочет от неё.

Шуруп со звоном ударился о пол. Решётка поднялась, разверзая чёрную пасть вентиляции. Пахнуло пылью.

Пенелопа схватилась за край отверстия и напрягла мышцы, стрельнувшие гадкой ноющей болью, но подчинённые новой владелице. Она чихнула, забравшись внутрь целиком. Металл стонал под её телом, а эхо уносило все звуки вглубь.

Первые пару метров Пенелопа преодолела с относительной лёгкостью. Благодаря тому, что её тело было маленьким, она не ощущала себя застрявшей, но когда свет из отверстия перестал освещать то, что было впереди, её охватил ужас. Похоже, путь на свободу ей придётся выгрызать по собственной плоти.