Глава 19. Жалкая и бесполезная

Сарада

Домой мы вернулись только к пяти утра.

Отец и дедушка, не обменявшись ни единой фразой, свернули в левое крыло особняка, туда, где за тяжёлой дверью всегда гас свет и начинались разговоры, в которые нас не посвящали. Я молча поднялась по лестнице в свою комнату. За последние несколько часов платье, казалось, стало меньше на два размера, корсет впивался в рёбра, спиральные косточки неприятно саднили, а сетка вызывала раздражение. Я с трудом стянула его, переоделась в мягкую невесомую пижаму, смыла остатки макияжа, не глядя в зеркало, и с долгим выдохом опустилась на постель. Мысли не шли. Только усталое, тупое желание исчезнуть, раствориться в темноте, где не нужно говорить, двигаться и помнить.

Я проснулась от духоты. День уже вырывался сквозь занавеси, белёсый свет ложился на пол, пробивался через окно. Хотелось открыть створку, впустить февральскую свежесть и снова провалиться в сон, но тело не слушалось, а подниматься было лень. Перевернувшись на живот, я скинула одеяло, снова закрыла глаза, и в этот момент по дому хлопнула дверь. Шум торопливых шагов, с эхом в тишине пронёсся мимо моей комнаты, а затем вниз, по лестнице. Вслед за этим обрывки голосов, звон стекла, новый хлопок, теперь уже входной двери, и снова шаги, отдаляющиеся, растворяющиеся где-то в глубине дома.

Я встала, всё ещё не до конца проснувшись. Ноги запутались в простынях, и на секунду я пошатнулась, едва не потеряв равновесие, но удержалась, ухватившись за край кровати. Сделав вдох, медленно выпрямилась, провела ладонью по лицу, сглаживая остатки сна, и босыми,  бесшумными шагами подошла к двери. Осторожно открыла её и вышла в коридор, где царила прохладная полутьма. Пройдя вперёд, я приблизилась к ограждению лестничного пролёта, к верхним перилам, откуда открывался вид на первый этаж. Осталась в тени, скрытая за одной из колонн.