Макс, который был слишком настоящим
Следующий день начался с дождя.
Не ливня — Ноксвиль не любил драматичных жестов. Это был тот мелкий, настойчивый дождь, который делает воздух тяжелее, волосы влажнее, а настроение — на полтона хуже.
Я стояла у входа в университет, глядя на серую улицу, и пыталась убедить себя, что всё под контролем. Что вчерашняя ночь была просто... чем-то. Сбоем. Перегрузкой. Чем угодно, лишь бы не началом новой реальности.
— У тебя лицо человека, который либо убил кого-то, либо не спал, — раздался знакомый голос.
Я обернулась.
Макс стоял под козырьком с бумажным стаканом кофе в руке и смотрел на меня с той своей открытой, почти раздражающей честностью, которую невозможно было не заметить. Светлые волосы были влажными от дождя, на ресницах блестели капли воды.
— Ты умеешь делать комплименты, — сказала я.
— Я стараюсь.
Он шагнул ближе и протянул мне второй стакан.
— Держи. Ты выглядишь как человек, которому срочно нужна помощь химии.
Я взяла кофе.
Он был тёплым. Реальным. Простым.
Как и сам Макс.
И, наверное, именно поэтому рядом с ним всегда становилось чуть легче дышать.
— Спасибо.
— Пожалуйста. А теперь рассказывай.
— Что?
— Почему ты последние два дня похожа на главную героиню плохого артхауса?
Я невольно хмыкнула.
— Это звучит обидно.
— Это звучит точно.
Мы зашли внутрь. В холле было шумно, пахло мокрой одеждой, дешёвым кофе и чем-то сладким из буфета. Макс шёл рядом, не торопя, не давя. Просто ждал
Он всегда так делал.
Не лез, но и не уходил.
— Мария тоже уже устроила мне допрос, — сказала я.
— Значит, я опоздал.
— Ты всегда немного опаздываешь.
— Но всё равно прихожу, — заметил он.
Я посмотрела на него и вдруг почувствовала странную, режущую нежность. Потому что он действительно был рядом. Со всеми своими шутками, прямолинейностью, нормальностью, которую я так долго недооценивала.
И именно поэтому вина стала тяжелее.
— Макс...
— М?
— Если бы с человеком происходило что-то странное, ты бы поверил?
Он поднял брови.
— Сразу зависит от степени странности. "Я не сдала тест" — это одно. "За мной следит система" — уже другое.
Я чуть не выронила кофе.
Макс сразу заметил.
— Я пошутил, — сказал он, глядя на меня внимательнее. — Эй. Что?
Я отвела взгляд.
— Ничего.
Он молчал пару секунд. Потом шагнул чуть ближе, так, чтобы голос не потерялся в шуме.
— Рейна, я сейчас скажу очень тупую, но важную вещь.
— Это уже интригует.
— Я не обязан понимать всё, чтобы быть на твоей стороне.
У меня сжалось горло.
Это было так по-максовски — прямолинейно, без красивых слов, без игры. Настолько честно, что почти больно.