Часть 8. Последняя прогулка у обрыва.
Лето. 2016 год.
Яркое, августовское солнце грело голову и лицо. Незнакомый и такой холодный ветер лихо гулял по коже, вызывая мурашки. Но гонимый звонкой радостью и счастьем Стас, не обращал никакого внимания на мелочи вроде погоды. Даже переполненный автобус, тарахтевший как стиральная машинка, оставался за чертой искренней улыбки. Подставив лицо потокам свежего воздуха, он самозабвенно разглядывал черты нового города А, стараясь отложить в памяти как можно больше приятных воспоминаний.
Город и вправду выглядел странно, всё как говорили комментарии на сайте вуза. Бесчисленные каменные многоэтажки отбрасывали длинные тени, почему-то, отдававшие зловещим флёром. Солнце выбивалось из общей атмосферы увядания: осень только началась, а вокруг уже лысеющие ветки корявых деревьев. Ещё и эти лица. Стас хотел попросить помощи на автостанции, но местный хранитель порядка так на него посмотрел, что все слова тут же забылись.
-Остановка общежитие.
Но даже странная, временами пугающая атмосфера не могла разрушить стену чистого восторга. Схватив обеими руками вещи, Стас под непрекращающиеся извинения вывалился на остановку. Скрежетающий автобус двинулся дальше, увозя с собой смрад человеческих тел и неприветливые лица. Мельком оглядевшись, Стас юрко закинул на плечо рюкзак и двинулся по широкой дорожке в сторону общежития, волоча за собой чемодан.
У него было прекрасное настроение, а ещё второе место в списке поступивших. Кто бы мог подумать, что годы усиленной подготовки, иногда граничащей с истерикой, не пройдут даром? Точно не Стас. Одиннадцатый класс выпил из него все соки, но зато подарил возможность поступить на профессию мечты. И какая разница, что странный город, о котором не слышал ни один из его знакомых, обладал дурной славой? Главное это медицинский университет с низким проходным баллом, а остальное можно сгладить!
Ещё до входа в гигантские ворота, Стас заприметил, как много студентов хотели заселиться в бесплатное общежитие. Они рассыпались разноцветным дождём по зелёной траве и побитой дорожке. Все лавочки оказались заняты, а двери, ведущие в трёхэтажное здание, не переставали хлопать. Растерянно забегав глазами, Стас остановился. Новые лица выглядели довольно приятно, не то, что на автостанции или в автобусе, но тем не менее, какая-то выученная смущённость завладела телом. Долгая дорога отняла последние силы, отзываясь тянущей болью в плечах. Пронзительный женский хохот раздался над парком, и разом весь запал схлынул, сносимый порывом ветра. Тряхнув рыжими волосами, Стас поспешил спрятаться от жары в тень.
Всё же, переезд это тяжёлое событие, особенно когда вся семья остаётся где-то там, за чертой беззаботной жизни. Теперь, настала пара перейти на более взрослую ступень, и прочувствовать вкус свободы. Только пока это давалось тяжело, эх, вот бы здесь была мама!
-Привет, ты не знаешь, тут по очереди или кто успел?
Начать свою взрослую жизнь Стас решил с неловкого диалога, обратившись к ближайшему парню с вопросом. Незнакомец стоял чуть поодаль от основной массы студентов, спрятавшись под тенью дерева. Бросив один отрешённый взгляд, он с силой сжал полупустую бутылку воды.
-Не знаю.
Ветер подбросил края футболки, пробегаясь по голой коже. Отрывисто вздохнув, Стас поспешил пригладить лёгкую ткань. Солнце было слишком жарким, выжигая лучами мучительный румянец. Искрящиеся, карие глаза Стаса вернулись к незнакомцу. Неловкость росла с каждой секундой, превращая поток разношёрстной речи в монотонный гул.
-Понятно, я тоже. А ты давно приехал?
-Минут двадцать назад.
-А ты тоже первый курс? А какой университет?
-Мед.
-Да ладно!: Стас взмахнул руками, чуть не уронив рюкзак с плеч. Он немного перегонял собеседника в росте, а потому возвышался, расплёскивая в стороны капли концентрированной радости: - И я, прикинь! Может, вместе пойдём и узнаем, что тут стоять?
Мгновение, незнакомец просто молчал. От непонятного напряжения, его плечи поднялись вверх. Блеклые, светлые волосы падали на лицо, закрывая яркие глаза от постороннего взгляда. Весь его вид говорил только об одном: отстаньте от этого парня, у него явно проблемы и при том не маленькие.
Но Стас не хотел уходить так просто. Довольно глупо, но ему стало банально жалко зашуганного и отчуждённого пацана. Может, у него и не ладилось с ребятами в школе, или родители сильно обижали, но всё это осталось в прошлом. Лучезарная улыбка Стаса источала только доброжелательность. Ему так хотелось помочь, так хотелось сделать толчок и оставить тёплый след от первого дня, что он не раздумывая потянулся к свободной руке и пожал её, игнорируя дикий испуг в голубых глазах напротив.
-Я Стас. Только давай без всяких оригинальных кричалок, окей? Такое не приветствуется!
Не оставляя и секунды на раздумья, Стас схватил свой чемодан и уже потянулся к спортивной сумке, лежащей прямо у ног незнакомца:
-Чем быстрее мы с этим решим, тем быстрее пойдём есть! Надеюсь, наши комнаты никто не займёт, вроде я всё заполнил и отправил, но мало ли...
-Стой!: сильная рука перехватила запястье Стаса. Он встретился с чужим взглядом, но ничего кроме раздражения не увидел: - Куда руки тянешь?
-Ну ладно, сам бери.
-Возьму!
-Бери и пойдём, эта толпа никогда не закончится, и что, до смерти тут стоять будешь?
Мимо них промчалась целая толпа весёлых девушек. Они громко о чём-то разговаривали, то и дело смеясь. Жар оставлял на их одежде пятна от пота и характерный запах, но они всё равно выглядели просто прекрасно. Поймав краем глаза чьи-то чёрные волосы, Стас отвлёкся, но практически сразу вернулся к неудавшемуся другу.
-Ну так?
-Да блин, что ты пристал? Мне просто плохо стало, решил отойти.
-Из-за жары?
-Нет: дёрганые движения выдавали нервозность парня. Порывисто оттянув молнию на сумке, он закинул внутрь бутылку: - Не ел ничего.
-Ты дурак?: усмехнувшись, произнёс Стас: - С дома же ехал, надо было всё подряд молоть! Когда теперь готовить самому не надо будет?
-Да нечего мне, вот и не ел!
Недовольно прошипев, незнакомец схватил сумку и кинулся в сторону общежития. Стас нагнал его сразу, подстраиваясь под темп ходьбы. Странно так, как дома не может быть еды? Неужели, у него не было мамы? Или дело в стрессе?
-Ну вот, заселимся и бегом отмечать.
-Чем, едой?
-Ты мне это говоришь?
Мгновенно пожалев о сказанном, Стас до боли прикусил губу. Он уставился на парня рядом с собой немигающим взором, пытаясь одними только глазами попросить прощения. Судя по всему, у него реально не ладилось с семьёй, так зачем же так открыто издеваться? Хотя, кто сказал что это издёвка, простой подкол! Но даже так Стасу стало ужасно стыдно, он уже открыл было рот, чтобы извинится, как вдруг, его резко перебили:
-Вот морда рыжая, вы посмотрите на него. За такое требую полноценного обеда с десертом! И чтобы не в какой-то забегаловке, а нормальной кафешке!
Голубые глаза одарили его лицо недобрым блеском. Но было в них что-то ещё. Помимо страха и загнанности, помимо отпечатка оголённой тревоги, что-то маленькое и новое. Только-только дающее ростки.
Улыбнувшись своим мыслям, Стас шутливо толкнул парня в плечо.
-Собрался все мои деньги съесть, тебя как хоть зовут?
-Как тебя не зовут.
-Ого! Сказал, как отрезал!
-Серёжа: произнёс он, поднимаясь по ступеням.
-Ага, значит Сергей не...
Серёжа легко ударил Стаса по плечу, вынуждая залиться искреннем смехом.
Сон давался Андрею в эту ночь очень тяжело. Привычная, но не менее раздражающая тревога рисовала кошмары, объятые призрачными силуэтами и бесконечным страхом. Холодный ветер разгулялся не на шутку, постоянно врезаясь в окна и завывая как дикий зверь. Ещё и какое-то странное чувство приближающейся опасности, словно что-то непременно должно было произойти. Адская смесь проникала в самую глубь сознания, отпечатываясь десятками неприятных мыслей.
По началу, Андрей не придал особого значения своим чувствам, полностью игнорируя зудящую тревогу, навсегда поселившуюся в животе. В конце концов, сколько можно идти на поводу у всяких странностей? За прошедшие две недели чего только не случилось, но это не значит, что нужно было плюнуть на обычные человеческие потребности вроде сна, и целиком отдаться невероятным приключения призрачного мира. Поэтому, как и всегда, прочитав перед сном первую попавшуюся молитву, Андрей очень быстро погрузился в приятную дрёму, гоня прочь облако назойливых мыслей обо всякой нечисти.
На этом спокойствие закончилось.
Первым делом у него заболела нога. Потом, совершенно не связанная с ней голова. Ноющая боль изводила его целый час, пока он не принял обезболивающее, судорожно поглядывая на экран телефона. Ночь только начиналась, накануне днём всё было спокойно. Что же это за дела? Он уже давно не сталкивался с призраками, с тех пор как вокруг появилось столько оберегов, они оставили неудавшегося экстрасенса, и лишь молча портили еду в холодильнике. Никаких предпосылок для чего-то ужасного, вроде той стычки в первые дни заселения.
Не желая больше изводить себя, Андрей вернулся в кровать и попытался уснуть. Но даже во сне он не мог успокоить ворох возобновившихся мыслей. Измятая простынь хранила в себе не только отпечаток его запаха, но и обрывки свежих воспоминаний. Перед глазами то и дело проносились тёмные фигуры, злобный голос духа грозился уничтожить его, если тот не поможет. Один эпизод сменялся другим. Андрей метался, постоянно выныривая из тревожного сна на поверхность жестокой реальности. Комната утопала в густой темноте, подсвеченная под самым потолком лунным светом. А неприятные мысли всё росли, сгущаясь как грозовые тучи.
-Андрей, просыпайся давай.
Голос Олега пришёл не сразу, настырно пробиваясь через заросли тягучего сна. Тело Андрея вдруг стало совершенно чужим и неподатливым, он рассеянно махнул рукой, желая прогнать навязчивое видение прочь. Но ничего не вышло, и вскоре, мутная пелена бесконечной тревоги оборвалась грозным криком:
-Андрей!
Сильные пальцы сдавили плечо, моментально, чёрные глаза широко распахнулись. Андрей повернулся, рефлекторно хватая неизвестного за то же место. Очень быстро, страх сменился недоумением, и прежде чем ругательство сорвалось с губ, Олег с улыбкой произнёс:
-Хватит дрыхнуть, просыпайся.
Его лицо выглядело плохо. Даже не просто плохо, ужасно. Тёмные, похожие на кратеры синяки, виднелись под безумными глазами. Мелкие островки сыпи, что ещё неделю назад только вступали в бразды правления, покрывали большую часть лба и щёк. Олега в целом нельзя было назвать здоровым человеком: грязные волосы сбились в кучу, пропитанные кожным салом и пылью. Кажется, он уже давно не посещал душевую. Губы покрылись плотной, сухой коркой, от постоянного покусывания. На секунду, Андрей замер, поражённый такой резкой сменой внешнего вида. Как-будто они не виделись лет тридцать, и всеми известный спортсмен с хорошим будущим, превратился в законченного социопата. Как будто, они не жили в одной комнате, и спустя столько времени, увиделись в первый раз.
Холодный воздух обжог горло. Как только нотки чужого запаха коснулись носа, Андрей с горечью скривился и спросил:
-Ты курить начал?
Неопределённо хмыкнув, Олег дерзко ответил:
-А что, только ты можешь строить из себя чёрте кого? Такой весь крутой. Я тоже хочу.
-Что-то случилось?: высвободив руку из хватки, Андрей отодвинулся на безопасное расстояние. Комната пустовала, но не так, как положено ночью. Занятая новичком кровать стояла расстеленная, тонкое одеяло валялось прямо на полу, словно Коля тащил его за собой какое-то время. Послышался странный шум в коридоре. Андрей сел, останавливая взгляд на Олеге, и вновь повторил вопрос:
-Что случилось?
Сердцебиение учащалось. Плохой сон накануне, приносил свои плоды. Андрей никак не мог собраться в кучу, думаю обо всём и сразу. Вот, мелькнула мысль об Олеге. Что же с ним случилось за такой короткий срок. Неужели, Стас способен был расправиться с человеком за считанные дни? Звучало просто отвратительно, но вполне реально. Значит, нужно было поднажать в расследовании, взяться наконец за дело. Но как же Серёжа? Без него нельзя идти к духам, нельзя отчаянно бросаться им на помощь. Кто знает, чем это может закончиться? Слишком страшно и рискованно.
А может, снова попытать удачу в разговоре с консьержкой?
Голова пухла от наплыва идей. Рассеянно проведя рукой по волосам, Андрей перевёл задумчивый взгляд на Олега. Он смотрел на его бледное лицо и растрёпанную одежду усталыми глазами, прямо-таки умоляющими дать поспать. Мазанув блестящим взглядом по пустым койкам, Олег нервно облизнул сухие губы. И тут, Андрей совершенно случайно вынырнул из болота собственного сознания, внимательней оглядывая переминающегося с ноги на ногу соседа.
-Ты чего?
-Уже все вышли, а ты сидишь. Вставай.
-О чём ты?
-Хватит уже...: его голос резко изменился, опустившись до угрожающих ноток. Большие, неугомонные глаза безумно блеснули, похожие на две выпуклые виноградины. Только сейчас Андрей заметил открытую нараспашку дверь, а затем, мелькнувшие фигуры. Весёлый смех и ругань отскочили от высокого потолка, проникая в комнату расстроенным хором. Неприятный зуд в животе устремился под самое горло. Андрей сглотнул вязкую слюну, напряжённо сжимая одеяло обеими руками.
-Кто это в коридоре? И где Коля?
-Ты можешь просто выйти? Замолчать и выйти?
-Олег: теперь уже голос Андрея опустился на несколько тонов ниже, разрезая густое напряжение острыми словами: - Что происходит? Ты...это ты?
Шум в коридоре вновь повторился. Придушенный смех и не думал заканчиваться, пробирая Андрея сотнями мурашек. Стало не по себе от мысли, что они с Олегом одни в комнате. Весь издёрганный, он походил на сумасшедшего, сбежавшего с больницы. Словно прочитав чужие мысли, Олег в секунду подобрался и рванул вперёд. Андрей резко дёрнул рукой, готовый обороняться от нападения, но вместо удара, последовал рывок, и тонкое одеяло лихо отлетело в сторону.
-Вставай давай, хватит валятся.
-Чего? Я никуда с тобой не пойду, отвали! Не трогай меня!
-Да нужен ты мне! Вставай, нас уже все ждут!
-Кто ждёт? Зачем?
-Пора на посвящение.
Краска мгновенно схлынула с лица. Всё внутри сжалось, даже буйное сердце на миг замерло. Андрей медленно моргнул, чувствуя, как ползёт липкий холод по ногам. Олег испытывающе посмотрел на него, а потом задорно усмехнулся:
-Да ладно тебе, что ты так испугался? Пошли, хоть нормально время проведёшь с пацанами, а не со своей этой девчулей.
-Сколько сейчас времени?: кое-как совладав с чувствами, Андрей вцепился взглядом в Олега, готовый кинуться на него с кулаками в любую секунду. Глаза налились гневом, распалённые полушутливой манерой соседа. Злость и негодование набирали обороты довольно стремительно, заглушая постыдный страх. Андрей злился. Даже больше чем вина, больше чем ужас, его терзала колючая ненависть, не имеющая конца и края. Какого чёрта он притащился сюда посреди ночи, только за тем, чтобы позвать на посвящение? Андрей итак весь на иголках, ждал этого дня скованный тревогой, так тут ещё и этот цирк, с бегающими по коридору людьми и зловещей атмосферой!
-Я никуда с тобой не пойду. Вали сам.
-Андрей...
-Сколько времени? Скажи и иди уже отсюда на своё долбанное посвящение!
-Нет, ты должен! Он сказал, все должны!
-Иди. Нахер. Сколько сейчас времени?!
-Почти три.
Знакомый голос моментально отрезал Андрея от реальности, выбивая воздух из лёгких. Несколько секунд ничего не происходило, фигура Олега растворилась на фоне темной комнаты, подсвеченной странным жёлтым светом с коридора. Невидимые цепи сжали горло, возвращая поток болезненных воспоминаний. Рука сама потянулась к шеи, проверяя, всё ли в порядке. Сколько раз при встречи с ним у Андрея пропадала способность дышать? Сколько раз, он думал, что это последний вдох перед смертью?
Повернуться навстречу было непосильной задачей. Невозможной. Андрей не мог, просто не мог сделать это. Он боялся. Он злился. Негодовал и сходил с ума. Несколько секунд всепоглощающего ужаса. Несколько секунд бесполезной ярости.
А затем он сжал зубы и повернул голову.
Стас стоял в дверном проёме, почти задевая верхнюю балку лохматой макушкой. Приевшаяся чёрная толстовка болталась на теле как большой мешок. Рыжие волосы выделялись на фоне унылых стен. От такого зрелища всё внутри Андрея запаниковало, особенно когда взгляд упал на мыски его кроссовок. Порог комнаты был непозволительно близко. Буквально в паре миллиметров. Только шаг разделял их. Шаг – и больное сердце Андрея, бьющееся в груди как загнанная птица. Шаг – и большие, испытывающие глаза Стаса, сжигающие ледяным огнём всё живое. В какой-то момент, Андрею даже показалось, что он чувствует его дыхание. Мурашки побежали по спине, вместе со страхом. Дрожь участилась в кончиках пальцев, а внутренний голос завыл от отчаяния.
-Андрейка, ты что, забыл?
Он говорил свободно, по привычке оперевшись плечом о дверной косяк. Последний раз, когда они обменивались фразами, старательно делая вид что ничего сверхъестественного не происходит, Андрей судорожно размышлял, как уберечь Лику от нежеланной встречи. Воспоминания пронеслись в голове буйным потоком. Как же всё-таки хорошо, что она сейчас в безопасности.
-Даже если бы хотел, не могу. Ты так заботишься, даже посыльного прислал.
Лунный свет, пробивающийся между сломанных жалюзи, скользнул по фигуре Стаса. Всего секунда, но Андрей успел заметить хитрый блеск в зелёных глазах, прежде чем неясная тень легла на ухмыляющееся лицо. Собственное сердце пропустило удар. Что же он делал, зачем так открыто игрался? Андрей боялся, правда боялся Стаса, до отвратной дрожи в коленях, до позорного крика, застрявшего глубоко в горле.
Но вместе с тем, не мог подавить мелкие искорки, отскакивающие от остатков гордости внутри себя. Подумать только, он был таким самоуверенным в первый день приезда, а что сейчас? Стас ловко ломал его, сгибая в разные стороны. Прочный стальной корпус, что толкнул его на решительный шаг сбежать из дома поздним вечером, в пылу эмоций, сейчас превратился в мягкий, податливый металл, и стоило только рыжей макушке замаячить где-то на горизонте, вещи валились из рук, а из глаз вырывались слёзы.
Отчаянно сжав руки в кулаки, Андрей продолжил:
-Я не пойму, мы же всё решили, зачем тебе я? Чего ты хочешь?
-Посвящение, родной: Стас растягивал буквы, пытливо вглядываясь в самую глубь чёрных глаз: - Самое главное событие в жизни студента.
-Я в курсе, что для тебя это охренеть как важно. Но я тут причём?
-Потому, что я хочу, чтобы ты был там. Щитовы должны быть там.
-Хочешь, чтобы я с катушек слетел?!: слова давались с трудом, протиснутые сквозь сжатые зубы.
-Ты итак уже не первой свежести пациент.
Его ухмылка больше походила на оскал. Жёлтый свет, подсвечивающий с коридора тело, рисовала мрачные узоры на полу. Сотканный из яда и боли, источающий удушливый смак смерти. Стас всегда был таким, каждую их встречу. Но сегодня, стало в разы хуже. Андрей ощущал угрожающие волны, оседающие на плечах и каждой поверхности в комнате. Они исходили от него, источающего дикую уверенность и опасность. Напряжённую тишину разрушил скрип. Тонкие, корявые ветки, царапающие стёкла на улице, драли череп в попытке добраться до мозга. Всё в этом проклятом общежитие мечтало навредить Андрею, свести его с ума. Тяжело вздохнув, он перевёл напряжённый взгляд с фигуры в дверном проёме, на притихшего соседа.
Олег стоял, ни живой, ни мёртвый. Накачанные руки повисли безвольными нитками вдоль тела, мощная грудь подрагивала от неуверенных вздохов. Он опустил глаза в пол, периодически поглядывая на Стаса из-под лобья. Такой зашуганный и забитый, как маленький, никому не нужный щенок на дороге.
-И что же я должен там увидеть?
-Некогда рассказывать, поднимай свой девственный зад и пошли. Уже все собрались.
Сердце забилось в висках, умоляя Андрей остановиться. Каждая клеточка, каждый сантиметр покрытой мурашками кожи, молил о пощаде. Он смотрел на смертоносную фигуру, способную переломить ему хребет одним только кликом пальцев, не в силах оторвать взгляда. Но не от пробирающего до костей ужаса. Ни страх, ни тревога, никакое чувство не имело контроль над ним. Только злость осталась, только горечь за отвратную судьбу.
-Хорошо: последние буквы потонули в устрашающем шёпоте: - Пойдём.
Как только они покинули тихую комнату, волна несуразных звуков ослепила Андрея яркой вспышкой. Такой общагу он ещё никогда не видел. Обыденные помещения и скрипучие оконные рамы, вздрагивающие от порывов ветра, были нормой. Даже пугающая мгла по углам, намазанная щедрым взмахом призрачной кисти, перестала вызывать благоговейный ужас после первой же реальной стычки с духами. Но то, что сейчас творилось в стенах общежития, больше походило на какой-то шабаш, и это до чёртиков пугало.
Источником странного света оказались десятки свечей, разбросанных по всем комнатам как пыль. Они отбрасывали тени на ободранные стены и заляпанный пол, навевая жуткую ауру заброшенного места. Тонкий аромат тающего воска кружил голову. Изрисованные обои и скрипучий пол дополняли общий образ увядающего здания. Словно, здесь не жило целое стадо разношёрстных студентов, полных энергии и сил. Подавив рвущийся наружу недовольный вздох, Андрей стал осматриваться по сторонам.
Практически все двери жилых комнат оказались открыты, за исключением парочки, принадлежащих старшекурсникам. Обернувшись на громкий смех, он обнаружил огромную толпу полусонных новичков, сбившихся неровной кучей в самой дальней части коридора. Они дурачились между собой, лениво потягивая пиво из железных банок. Отсюда плохо было видно, но почувствовав колючий холод, тянущийся по полу, Андрей понял, что двери балкона были открыты. Тут же, в смесь звуков и запахов, вклинился настойчивый аромат сигарет и алкоголя, и на долю секунды, Андрей и вправду решил, что посвящение - это простые посидели до поздней ночи, в окружении пьяных сверстников. Никаких тебе жутких традиций, покрытых облаком таинства. Если бы не мелькавшие повсюду лица ребят постарше.
В отличие от развеселившихся первокурсников, они не задерживались надолго с банкой пиво в руках, вместо этого, они держали жёлтые свечи, и постоянно пополняли запасы алкоголя. Странно, неужели хотели опоить, чтобы потом наснимать кучу видео и кошмарить новичков? Такое себе развлечение, учитывая, сколько на это уйдёт денег, да и вообще, тухлая вечеринка.
-Чего встал?: Стас прервал нить размышлений, остановившись прямо перед Андреем на расстоянии нескольких шагов: - Иди, развлекайся!
-И всё?
-Нет, не всё. Жди. Только не думай сбегать, скоро стукнет три и тогда...
-Что тогда?
Повисло угрожающая тишина. Краем уха, Андрей услышал неловкую возню Олега, не знающего, куда себя деть. Но всё внимание принадлежало только Стасу, и его горящим зелёным глазам, недовольным тем, как грубо его оборвали.
-Ты сейчас получишь...
-Отвали уже!
Резкий хлопок вклинился в весёлый шум, уродуя студенческий гул голосов злобным криком. Одна из закрытых дверей распахнулась, и лихо ударилась об стену. Андрей вздрогнул, вместе со всеми обернувшись навстречу ругани. Показались два незнакомых силуэта. Невысокий парень вылетел первым, он вытолкнул наружу старшака со свечкой в руке, и со всей силы швырнул того в коридор. Секундная заминка позволила разглядеть на молодом лице красный след от удара, а ещё, не передаваемую гримасу злости.
-Я по-русски сказал, никуда не пойду! Только сунься сюда, я тебе ноги сломаю!
В ответ на крик, стонущий от боли старшак только кивнул, а затем, когда дверь захлопнулась, сплюнул красную слюну прямо на пол.
-Вот мудила: он поднялся, потирая ушибленную спину под парой любопытных глаз: - Я ему щас устрою...
-Хорош.
Голос прозвучал где-то над головой, гораздо ближе, чем раньше. Стас стоял теперь едва ли не вплотную, без интереса оглядывая пострадавшего сверстника. Его спокойное лицо выглядело нормально, насколько вообще может выглядеть нормально лицо потенциального убийцы и демона. Он не обращал внимания ни на Андрея, ни на страх, мелькнувший на дне чёрных глаз. Недавняя угроза засияла на горизонте, как красная тряпка. Спохватившись, Андрей порывисто шагнул назад, и чуть не налетел на Олега:
-Стас, так нельзя: он смотрел прямо в пугающе спокойное лицо Стаса, снова переминаясь с ноги на ногу: - Реально, мы можем вдвоём его вытащить! Давай проучим идиота!
-Хорош, я сказал. Не хочет, не надо. Итак уже места нет у стены.
-Но ты же...
-Олег. Заткнись.
Изогнув брови, Олег пристыженно опустил глаза в пол. Он бессильно сжал кулаки, бросая рассеянный взгляд на злосчастную, закрытую дверь. Преданный и безумный. Как цепной пёс, желающий угодить своему хозяину. В это же время, Стас испепелял его прямым и красноречивым взглядом. Андрей стоял между ними, как между двух огней, мечтая слиться с полом. Дружный смех новичков заполнял гнетущую тишину. Но он не мог скрасить яркие краски нарастающей опасности. Не решаясь сделать хоть что-то, Андрей просто стоял, нутром чувствуя, что конфликт ещё не улажен.
-Ну пожалуйста...: Олег колебался лишь мгновение, а потом отчаянно вздёрнул подбородок, умоляя дать разрешение: - Он же тебе не послушал! Это же не по правилам!
Резкий хлопок, похожий на звук лопнувшего шарика, оглушил Андрея, на несколько мучительно долгих секунд поселившись в глубине ушной раковины. Волна тревоги захлестнула, вновь лишая возможности самостоятельно дышать. Андрей выдохнул, только когда услышал чей-то топот и голос, спрашивающий у Олега, всё ли хорошо. Превозмогая страх, он поднял глаза вверх, сталкиваясь с густой темнотой в чужом взгляде.
-Эй, Стас ты чего?
-Что?
-Зачем ты его ударил? Ну, приставучий, зачем сразу бить...он вступиться хотел.
-И что? Мне теперь что, сказать спасибо? Сам виноват, ты тоже не лезь.
Вздёрнутая для удара рука коснулась плеча Андрея. Он мгновенно вздрогнул, распахивая глаза ещё шире. Стас также встрепенулся, словно только заметил ещё одного участника конфликта. Машинально убрав в сторону руку, он не сразу пришёл в себя, дико вглядываясь в лицо напротив.
-Совсем с катушек послетали: незнакомец продолжал говорить, но его голос отдалялся: - Это же просто баловство, не надо так серьёзно относится. Лишь бы руками помахать...
А когда посторонний шум исчез, Андрей понял, что они остались одни. Звонкий шум разгорающегося веселья растворялся в странном отчаяние. С недавних пор, оно поселилось в его теле на постоянной основе. Хотя, почему с недавних? Оборачиваясь назад, Андрей с горечью осознавал, что так было всегда. С самого рождения ему приседали на уши разговорами об обязательной учёбе в юридическом колледже. Любые попытки поменять судьбу оканчивались руганью и наказаниями. А потом, отец избил его и забыл о том, кто такой Андрей Щитов. Не просто парень, рождённый спасти отца от семейного проклятия, но и его сын, беззащитный мальчик, обречённый на погибель.
Теперь, ещё одна грозная, не терпящая возражений фигура, направляла Андрея по жизни. Против его воли, как и отец, Стас действовал только из собственных соображений. Вот оно то самое отчаяние, отражающееся в глазах смиренным блеском. Стоя в тени чужого, тяжёлого взгляда, Андрей не мог перестать думать о своей никчёмной жизни. Ну почему всё так? Он задавался этим вопросом сотни раз, искал ответ, но так и не мог найти.
А Стас тем временем, молча наблюдал за бурей чувств, отражающейся на его лице. Открытая дверь скрывала их от постороннего взгляда новичков, развлекающихся в дальней части коридора. Они стояли друг против друга, одинаково задумчивые, но до смешного разные. Андрей утопал в апатии, наносившей телу непоправимые увечья. Утопал в тягучих, липких как болотная тина мыслях. Он смотрел в зелёные глаза, ужасаясь тому, что чувствовал, но никак не мог понять мыслей Стаса. Странные, тонкие ниточки, похожие на корни грибов, осторожно обнимали тело, оплетая руки и ноги. Они все рождались на коже Стаса, в его глазах, его волосах и одежде. Они все тянулись к Андрею, издевались и ранили, а потом погибали, оставляя после себя след бесконечной пустоты. Бесплодные ожидания, не исполнившиеся мечты, буря отчаянного страха – это всё чем полнились тонкие нити, затуманивая сознания непонятными мыслями.
Это наваждение длилось всего ничего, может минуту – как-то разом, Андрей, перестал ощущать время. Но вернувшись в реальность, он вдруг понял, насколько его трепыхания бесплодны. Насколько сложно разобраться в творившемся бардаке, и помимо снятия проклятия, постараться не сойти с ума. Это вообще осуществимо? Его жизнь вообще возможна?
-Андрей: холодные пальцы крепко сжались на плече. Когда он успел его схватить?: - Это ведь так сложно, да? Все эти чувства, вот бы их не было. Я бы мог тебе помочь. Только перестань сопротивляться...
Резкая головная боль пронзила виски. Нагнетающая тревога, всё это время крутящаяся в животе схлопнулась. И как только слова Стаса обожгли уши, Андрей мгновенно пришёл в себя.
Он втянул полной грудью смольной воздух. Все чувства обострились, голые ноги покрылись мурашками от холода, стелющегося по полу невидимой полосой. Боль была повсюду: болела голова, глаза, плечо, за которое держался Стас. Но вместе с тем, она отрезвляла голову, не давая страху пройти сквозь стойкую ограду. Вскинув руку вверх, Андрей одним резким движением оттолкнул от себя грузное тело, нависшее как пухлые, серые облака. Что-то внутри него трепетало от ярости, заставляя сжать кулаки. Что-то чужое, подарившее смелость рыкнуть на двинувшуюся вперёд фигуру:
-Отошёл от меня! Убрал блять руки!
Ненавящивый шёпот диктовал ему порядок действий. Встать ровно, сделать ещё один шаг назад, сохраняя дистанцию в несколько метров. Приготовиться драться, краем глаза поглядывая на мешок соли, валяющийся на подоконнике в комнате. Он был таким мягким и аккуратным, что ощущался как простой голос разума, а не вмешательство со стороны. Но отчего-то, Андрей знал – это не он, это кто-то чужой. Тот, кто подарил ему способность чувствовать ауру людей, тот, кто внушил ему столько ненависти к Серёже.
Только теперь он не вынуждал Андрея махать кулаками, разбивая вдребезги не угодное лицо, а защищал его, помогая справиться с отравляющими способностями Стаса.
-Ха: потянул рыжий, закатывая глаза к потолку: - Долбанные Щитовы. Сколько уже лет прошло, больше ста? А жизнь вас так ничему и не научила.
-Ты обещал меня не трогать: от злости, Андрей практически не говорил, а шипел, крепко сжимая зубы: - У нас уговор, ты сам сказал!
-Ну да. Я много чего говорю. Неужели, ты поверил?
Блестящие глаза и дикая ухмылка разогревали в Андрее непонятную горечь. Они никогда раньше не виделись со Стасом за стенами общежития, но с каждой новой встречей, как и с Серёжей, Андрей начинал чувствовать что-то привычное. Ненависть, восхищение, тяга, злость, тоска – в разное время эти эмоции брали вверх, становясь одним целым с его телом, и он уже не был уверен в том, что в прошлом не испытывал всего этого к этим людям. Хотя в каком прошлом, если его жизнь идёт сейчас?
-Конченный придурок, ты всегда был таким, всегда меня обманывал! Я же знал, что тебе нельзя доверять!
-Всегда?: Стас вскинул брови, вопросительно кивая головой. Андрей прикусил щёку, недоумённо уставившись на его лицо: - Мы говорила с тобой раза четыре, что же это за всегда? А, Андрей, расскажи мне про твоё всегда.
Он медленно шагнул вперёд, пользуясь чужим замешательством. А затем, выкинул вперёд руку, хватая футболку.
Безуспешная возня кончилась с тремя студентами, проходившими по коридору к выходу. Они настигли триста десятую комнату в момент, когда Стас, справившись с напором дикого сопротивления, впечатал Андрея в стену. Сдавленный выдох смешался с тяжёлым дыханием. Новая волна гнева окрасила щёки в алый цвет. Впившись пальцами глубоко в кожу, Андрей храбро встретил негодование в зелёных глазах, готовый драться в любую секунду.
-Руку на меня поднял, ты посмотри: Стас выдыхал клубы горячего воздуха: - Да я тебя на куски порву, ты понимаешь?!
-Ну вперёд. Только сделай это раньше, чем я от тебя избавлюсь.
За мгновение до того, как между ними возник чужой силуэт, Андрей успел заметить смену во взгляде. Распалённый дерзкой выходкой, Стас и вправду разозлился, выпуская на свободу всё больше и больше удушающего смака смерти. Смак превратил воздух в мутный кисель, оседая в лёгких как дорожная пыль. Андрей тяжело дышал, но не от препирательств, а от этих самых волн. Подумать только, он впервые так себя вёл, и всему виной чужой голос, до сих пор держащий тело в тонусе.
-Стас, успокойся, хватит, отойди: его насильно оттягивали в сторону, несколько пар рук вцепились в напряжённые плечи. И Стас действительно отступил, но только перед этим, мазанув по Андрею настороженным взглядом.
Пустое пространство быстро заняла другая фигура, менее грозная и большая. Светлые волосы, выжженные солнцем, отрезали от окружающего мира. Встав практически вплотную, Серёжа спрятал у себя за спиной напуганного Андрея. Когда из поля зрения исчезла угроза, и смердящие волны стали успокаиваться, его отпустило. Отпустило настолько, что руки задрожали, а в горле собрался огромный комок подступающих слёз. Чужой гнев мягко стекал по стенкам вздымающейся груди, пока не превратился во всю ту же тревогу. Андрей схватил край Серёжиной ветровки у поясницы, и выразительно сжал.
-Что у вас тут происходит? Мы думали, перваши подрались, а тут ты.
-Он первый начал: судя по звукам, Стас пытался освободиться от хватки. Андрей исступлённо замер, вспоминая противные нити, тянущие на дно зелёных глаз. Сердце забилось как бешенное, к нему вернулся позорный страх. Он и сам не заметил, как уткнулся лбом в основание шеи напротив, и сильнее сжал футболку, борясь с дрожью в пальцах.
-Да, ладно? Что-то слабо вериться: голос одного из ребят звучал довольно бодро, даже весело.
-Вы думайте малыши такие безобидные, но они кусаются.
-Тебя попробуй укусить, ага!
Довольно быстро, бессмысленная болтовня переросла в шутливые препирательства. Стас успокоился, Андрей понял это по собственному телу, переставшему вопить об опасности. Он всё также прятался за неприступной спиной Серёжи, не сдвинувшегося ни на шаг. Прийти в себя после такого странного события оказалось крайне трудно. Не так, как в случае с Серёжей. Тогда, всё улеглось само собой, не то, что сейчас. После очередного, глубоко выдоха, в голову пришла совершенно глупая мысль. Ведь Серёжа продолжал упрямо стоять на месте. Он прекрасно видел в каком состоянии Стас, как он зол, чувствовал неровное дыхание Андрея на спине, и случайные прикосновения дрожащих пальцев, задевавших голую кожу. Вполне очевидно, что напуганный до глубины души, под назойливыми взглядами и давлением Стаса, Андрей просто разрыдался бы. Так неужели, Серёжа его защищал? Неужели, настойчивая позиция каменной стены вытекала из желание обезопасить?
-А Олега тоже ты?
Слабая вибрация его голоса действовала на Андрея крайне успокаивающе. Чего не скажешь о голосе Стаса:
-Он начал доставать, сам знаешь, какие они бывают.
-Из-за того пацаны, который не захотел выходить?
-Ага. Начал затирать за какие-то правила. Выбесил. Короче, забей, просто маленькая стычка, как и с этим.
Фокус внимания вновь сместился к Андрею. Он уже успокоился, насколько это было возможно, но отчаянно не хотел встречаться со Стасом лицом к лицу. Ночь посвящения обещала быть незабываемой в самом плохом смысле, но хотя бы сейчас, он не хотел его видеть. Боже, как же он не хотел этого!
-Ладно, идите к ребятам, мы подтянемся.
-А что с ним? Ты ему успел что-то сломать?
В ответ на вопрос Стас многозначительно промолчал. А потом, его голос раздался уже в далеке коридора:
-Окей. Как скажешь начальник. Только не забудь цепануть женишка по дороге. Мало ли. Сам знаешь, он должен быть.
Шум удаляющихся шагов сменился дружным возгласом. Где-то там, в самом конце длинного коридора, толпа неугомонных студентов завела радостную трель. Послышалась оживлённая суета и пьяный смех, изредка прерывающийся просьбами принести гитару. И вскоре, жуткая атмосфера растаяла, как приторный воск на свечах.
Андрей в последний раз вдохнул запах сигарет, пропитавший одежду Серёжи, и скрепя сердцем, отступил в сторону. Видимо, родовое проклятье вновь брало вверх. Рядом с ним была так спокойно, даже несмотря на Стаса и открытую опасность не дожить до рассвета. И почему между ними такие неправильные чувства? Хотя, кто сказал, что Серёжа чувствует тоже самое?
Как только они встали друг напротив друга, Андрей окончательно успокоился. Яркие голубые глаза прошлись по нему очень быстрым, изучающим взглядом. Ни грамма презрения или ненависти. Почему-то, ему страшно было подумать о том, что после таких пряток, Серёжа его возненавидит. Или начнёт избегать, ссылаясь на слабость. В конце концов, он не обязан был каждый раз спасть Андрея из лап коварной общаги, но всё выходило с точностью наоборот.
-Живой?
Пламя свечей, стоящих в ряд неподалёку, колыхнулось. Холод кусал за голые пятки, уверенно поднимаясь вверх по икрам. Рассеянно кивнув, Андрей перевёл взгляд в сторону толпы студентов. Столько они тут простояли? Три часа уже наступили?
-Отлично: с этими словами Серёжа схватил его за локоть, и направился в сторону туалета.
-Меня все сегодня будут таскать как котёнка: душевая пустовала. Стук капель, на неисправном кране действовал на нервы. Холодная плитка заставила недовольно скривиться. Андрей стоял, оглядывая унылую комнату потухшими глазами. Стычка со Стасом забрала все последние силы, итак растраченные в попытках нормально поспать. Осмотрев каждую кабинку, и убедившись, что кроме них никого нет, Серёжа вернулся на место, сходу обжигая грозным голосом:
-Что это было? Ты совсем с ума сошёл со своим грандиозным планом?
-Я его не трогал.
-Не ври мне. Мы слышали, как вы там кувыркались, и ты не отставал. Андрей, ты понимаешь, что его нельзя злить?
Слабый запах алкоголя витал в воздухе. Серёжа хмурился, всем своим видом показывая недовольства. С чего бы он так расчувствовался? Сам-то ведь сполна соблюдал условия уговора, сидел целыми днями в комнате и носа не высовывал. Или, ему всё-таки надоело вытаскивать Андрея из передряг?
-Да я клянусь тебе, я его не трогал: он подался вперёд, пытаясь разглядеть за полумраком комнаты голубые глаза: - Просто пытался уснуть. Они залетели с Олегом в комнату и сказали, что нужно идти на посвящение.
-Стас тоже?
-Да. Ты же сам не хочешь помогать. А я помню что посвящение – это момент, когда он стал...таким. Вот и пошёл.
-Нет, подожди, Стас заходил в комнату?
Очередной раскат смеха пронёсся по коридору. Двое первокурсников пробежали полностью голые до входных дверей, а затем развернулись, и побежали обратно, расплёскивая пиво в банках. Дождавшись, когда они скроются из виду, Андрей заговорил, устало вздыхая:
-Нет. Только Олег. А что?
-Просто...есть одна теория. Так, глупость.
Серёжа замолчал, упираясь задумчивым взглядом в пол. Несколько секунд они стояли в громогласной тишине, сотканной из далёких голосов и стука капель в раковине. Очередной порыв холода, всё это время гуляющий по полу, заставил Андрея вздрогнуть. Он потянулся и стал растирать плечи, жалея, что не догадался накинуть что-то тёплое. Стас так смотрел на него, пока он шёл от кровати к двери, что все мысли разом разбежались.
-Я тебе всё рассказал, что знал. Давай и ты тоже, что б почестному.
Он наткнулся на его изучающий взгляд, стоило только повернуть голову. Темнота мешала нормально ориентироваться, но слабое пламя свечек всё же обрисовывало силуэт. Где-то на краю сознания мелькнула мысль: может просто включить свет? Хотя, Андрей никогда не видел, чтобы он тут горел. Вечерами, они принимали душ под скромным коридорным светом, а в остальное время ограничивались полу мрачной романтикой.
Но сейчас, почему-то очень сильно захотелось включить свет. Достать телефон из кармана на шортах, и банально осветить пространство экраном. Или выдолбить окно в стене, странно, но в самой важной комнате общежития его не было. Серёжа задвигался, шаркая ногами по плитке. Глубокий вздох, слетевший с губ, показался Андрею таким неуместным. Ведь здесь они были одни, ничего не мешало какому-то студенту зайти в душевую или в туалет, и нарушить их уединённую встречу. Но никто не шёл. Пьяные голоса шумели в дальней части. Темнота практически полностью скрывала лица. А противный, неисправный кран вторил сердцу Андрея, забившемуся так часто.
Совершенно одни.
Щёки стали медленно краснеть. Андрей недоумённо нахмурился, погружаясь в собственные мысли. Незаметно для себя, он сделал шаг назад, увеличивая расстояние между ним и горячим телом напротив. Он чувствовал тепло, исходившее от Серёжиной кожи, даже не касаясь его напрямую. Он ощущал его настырный, въедливый взгляд не поднимая головы. И что самое удивительное, и в тоже время самое ужасное, он так сильно хотел до него дотронуться, что чуть ли не тянул вперёд руки.
Так сложно было отцепиться от него тогда, прячась за спиной от всех проблем. Так безопасно и спокойно, что будь возможность, Андрей простоял бы там вечно. Нахмурившись сильнее, он поспешно махнул головой. Что это за мысли такие? Откуда они взялись? Какого чёрта, что ещё за неприемлемые желание? Звучало очень странно, на грани извращения. Нужно было срочно выкинуть всё на помойку. Даже не так: нужно было схватить их за хвост и окунуть в кипящее масло, чтобы навсегда умертвить. Странные мысли, странные чувства. Какое-то всё неправильное. Какое-то лишнее. Серёжа парень, и думать о нём в таком смысле...
Стоп. В каком смысле?
-Холодно?
Снова непонятная возня, прикрытая ночной темнотой. Андрей уставился на протянутую ветровку, ядовитого красного цвета, как на инопланетный корабль.
-И вот, на: сбросив домашние тапочки, Серёжа остался в одних носках, нетерпеливо подталкивая Андрея поскорее надеть обувь: - Ты тупой как валенок, босыми ногами выйти в коридор. Я валяюсь.
Недолго думая, Андрей всё же согласился на тапочки, неловко переминаясь с ноги на ногу. Но вот ветровку так и не взял, смущенно припоминая знакомый запах сигарет, исходивший от неё. После небольшой заминки, послышался недовольный вздох, Серёжа сократил то бессовестно маленькое расстояние, что Андрей так отчаянно создавал, и вдруг дёрнул его за уголок шорт.
-Кто вообще спит в шортах, не боишься придатки застудить? Бери кофту, всё равно в комнату не скоро вернёшься.
Кончики тёплых пальцев коснулись бедра. Серёжа мазанул ими случайно, мягко, но настойчиво прижимая кофту к животу Андрея. Всё вдруг стало таким горячим, таким острым. Сердце больше не подстраивалось под ритм неугомонных капель, оно само билось и билось, словно хотело выпорхнуть наружу. Хотело вырваться из костяной клетки, прорваться через слои кожи, и рухнуть на холодный кафель, орошая всё вокруг алой кровью. Сокрушаясь от переизбытка невыносимых чувств.
Андрей застыл, сжимая дрожащие пальцы в кулаки. Сейчас, больше всего на свете, больше Стаса и его проклятых зелёных глаз, он боялся того, что ощущал. Боялся непонятного трепета, горячих щёк и тянущего, знакомого чувства внизу живота. Только не это. Господи, нет!
-Мелкий, ты долго будешь втыкать?
Порывисто отпихнув от себя кофту, Андрей с ужасом воскликнул:
-Отвали! М-мне нахрен не сдалась твоя тряпка!
Они встретились взглядами, и это стало последней каплей. Потому что, несмотря на сумрак, несмотря на дикое негодование и злость, направленную на самого себя, Андрей весь горел. Голубые глаза оказались намного ближе, чем следовало. Их льдистый огонь, что не однократно ранил тело и душу, больше не вызывал гнева. Только интерес, и бегающие по спине мурашки. Стоило бы взять себя в руки, собрать в кучу весь этот мусор и выбросить всё! Всё долой! Но как же так? Как же он мог...мог влюбиться в парня?!
-Андрей, не дури, на улице холодно.
-Да мне всё равно, отстань! Что ты прицепился, а? Ты же вроде на нейтральной стороне, вот и вали к себе в комнату!
-Что...?
-Может хватит лезть куда не просят? Зачем ты помешал? То прячешься у себя в берлоге как придурок, то нотации читаешь, а я тебя просил?!
Ветровка рухнула на пол. Серёжа отстранился. На мгновение, Андрей подумал, что всё закончилось. Жар в теле никак не хотел отступать, волнительно пробегая под кожей. Но как только он облегчённо выдохнул, чужое тепло вернулось, вместе с горячим шёпотом:
-Ты на что рассчитываешь? Думаешь, можно мной помыкать как угодно? Влезаешь в дерьмо всякое, а придурок Серёжа всё разрулит, где надо вступиться, где надо подскажет!
-Я тебя не просил помогать.
-Да что ты: запах алкоголя стал сильнее. Кажется, Серёжа пил накануне: - А кто ошивается вокруг моей комнаты, не подскажешь? Такой отбитый пацан без мозгов? Я не буду за тобой вечно бегать, успокойся уже!
-Я не просил вступаться за меня. Да, я хочу чтобы ты помог, потому что мне больше не к кому пойти, но ты же сам отказываешься! И что мне делать?
-Сидеть. На месте. Он держит слово.
-Нет: в голове вспыхнули слова Стаса: - Больше не держит.
Неужели, ты поверил?
Как только Андрей притих, погружаясь в отвратные воспоминания, Серёжин пыл тоже сошёл на нет. Плечи опустились вниз, под грузом усталости и бесконечных раздумий. Что же теперь делать? Он совсем один, в окружении призраков, проклятия и Стаса. И Серёжи. И этих странных чувств. Тяжёлый вздох растворился в прохладном воздухе. Зажмурившись, Андрей изо всех сил постарался собраться. Последний рывок. Никто не знает, что произойдёт, почему Стас так настырно тащит его на посвящение, что он должен увидеть? А главное как его победить? Как?
Но в любом случае, им просто жизненно необходимо пережить посвящение. Не может это событие быть простым днём, весёлой пирушкой. Оно очень много значило для Стаса. Точнее для того, кем он был.
-Ты же уже проходил через это, расскажи мне, что будет.
Серёжина фигура была далеко, у самых моек. Он включил воду, нарушая мнимое уединение. Холодная вода расплёскивалась в стороны, пока он умывал лицо. А затем, Серёжа облокотился о бортики раковины, и Андрей резко отвернулся, не желая смотреть на красивую спину.
-Он что-то сделал? Я не успел увидеть?
-Олег ему надоел. Он при мне его ударил.
-Да, я в курсе. Но знаешь, для Стаса это нормально...рано паниковать.
-Он: Андрей осёкся, пытаясь подобрать слова, чтобы понятней всё объяснить: - Я не знаю что случилось...короче он что-то со мной сделал, и я выпал. Не знаю, как объяснить...
Серёжа повернулся, терпеливо дожидаясь рассказа.
-Ну, ты же чувствуешь, какая у него аура?
-Ну.
-Мне обычно не по себе из-за этого. Но сегодня, какое-то обострение. Он так смотрел, и я начал думать всякое. А потом, он стал меня спрашивать. Хочу ли я от всего избавиться. И если да, он может мне помочь.
Последние слова оборвались, прерываемые невесёлым смешком. Андрей устало улыбался, забавляясь безвыходностью ситуации. Всё-таки Стас проголодался. Одного здорового парня ему не хватило, как и ожидалось, он переключил своё внимание на Андрея, только непонятно, что это значит. Будет ли он его кошмарить до конца выпуска, или убьёт уже сегодня ночью.
-Может это из-за того, что ты везде лезешь...
-Скажи мне, как проходит посвящение. Почему Стас так любит гулять поздней ночью, и кто такой Миша. Расскажи мне хотя бы это. Пока...пока я здесь.
Слова давались с трудом. Голоса на фоне с каждой новой секундой становились всё тише. Андрей обессиленно облокотился о выступающий край четвёртой душевой, прикрыв веки. Он устал. Предвкушая ужас посвящения, и в то же время, совершенно не зная, что там будет происходить, он совсем вымотался, утопая в проблемах как в море. Их было так много, что действительно, не легче ли было просто уступить? Просто сказать да на предложение Стаса, наконец, зажить нормальной жизнью. Или умереть, как карта ляжет.
Эти бесконечные стенания так надоели. Просто ужасно.
-Он не стал бы...: Серёжа сделал два неуверенных шага навстречу, обеспокоенно поглядывая на безразличное лицо Андрея: - Слушай, нет, он же мне обещал, и не трогает. Почему тебя должен, он просто припугнул наверно, чтобы ты успокоился...
-Да плевать мне. Сегодня, завтра – я умру.
-Что ты несёшь?
-Но это правда.
Крепкие пальцы сдавили плечи. Андрей наблюдал, как медленно Серёжа выходит из себя, говоря всё громче и громче.
-Прекрати молоть всякую чушь. Если бы сразу не лез, ничего бы не было, давай просто успокоимся, и он отстанет.
-Не отстанет. Он уже показал это.
-Что? Разок ударил?! И что, мы с тобой тоже дрались!
-Да как ты не поймёшь, это совершенно другое! Никаких других вариантов, он всё ясно обозначил! Я же чувствую. Мне не пролететь на одном уговоре. Либо я найду способ разрушить проклятие, либо он меня убьёт. Я умру. Серёж, умру.
Пустота сковывала мысли. Больше Андрей не чувствовал ужаса, при упоминании смерти. Он смотрел в голубые глаза, полные самых разных эмоций и противоречий, и ничем не мог ответить. Только смиренно опустил потухший взгляд в пол. Теперь, обратного пути не было. Либо смерть проклятию, либо ему.
Серёжа глубоко выдохнул, опуская руки. Затем, снова схватил Андрея за плечо, и заглянул прямо в лицо. Он выглядел взволнованным, и вместе с тем, напуганным. Странно, только Андрей находился в безвыходном положении, но глядя в эти глаза, так не скажешь. Очень медленно, он опустил взгляд на его губы, а затем, вернулся к непроглядной тьме чёрных глаз.
-Ладно. Ладно, давай думать вместе.
Пьяное веселье закончилось, когда к толпе поющих студентов стали приближаться две фигуры. Небольшая комната, ведущая на два разных балкона, с витиеватыми лестницами, пропиталась запахом пива и пота. Несколько парней, переборщивших с выпивкой, спали в дальнем углу, изредка похрапывая. Андрей бросил короткий взгляд на одного такого соню, без излишнего восторга заметив кучу надписей и рисунков на лице.
-Ну наконец-то: Стас поднялся с пола, выкидывая на ходу нетронутую банку энергетика. Сидевший рядом с ним Коля, прервался на половине рассказа, пьяно уставившись на спину наглого старшака, полностью игнорирующего его историю: - Успели поворковать? Наши молодожёны та-а-ак сильно увлечены друг другом?
Несколько десятков голосов подняли страшный шум. Половина заискивающе улюлюкала, тыкая пальцем в сторону напряжённых парней. Другая же, недовольно запричитала оскорбления. Но стоило Стасу вздёрнуть палец и цыкнуть, всё как по команде умолкли.
-Ого, вот это ты их надрессировал: Серёжа усмехнулся, непринуждённо засовывая руки в карман ветровки. Стас встретил недовольный возглас студентов хитрой ухмылкой, и принялся отмахиваться от пьяных претензий шутками. В это время, Серёжа как бы случайно стукнул Андрея пяткой, и поймав озадаченный взгляд, ободряюще улыбнулся.
Стало не слишком легко, но по крайней мере, лишняя помощь со стороны не помешает. Ответив такой же слабой улыбкой, Андрей вновь сосредоточился на предстоящем посвящении, брезгливо поглядывая на зацелованную стену прямо напротив.
В этот раз их разговор кончился самой большой на свете победой. Стоило порадоваться, но почему-то, Андрей чувствовал только увеличившийся груз вины. Теперь, если с Серёжей что-то произойдёт, он будет к этому причастен. Ведь они не просто обменялись последними крупицами информации, но стали полноправными партнёрами. Смутившись от такой странной формулировки, Андрей и не заметил, как погрузился в воспоминания:
"-Значит, один из тех друзей твоего предка мой предок?
Андрей утвердительно кивнул.
-А что за девчонка?
-Не знаю, просто подруга по культу? В газете писали, что у него была невеста, может это она? Папа сказал, что информации очень мало, потому что никто об этом не говорит.
-Ну да, лучше же молчать, чем подготовить ребёнка.
Невесёлая усмешка растаяла в пылу нагнетающего страха. Они довольно долго находились в душевой, пора было возвращаться, чтобы не разозлить Стаса. Невольно, взгляд упал на выключенный телефон в кармане шорт.
-Твоя очередь.
Серёжа глубоко вздохнул, проводя рукой по волосам.
-Если ты про посвящение, там всё просто: напиваешься, орёшь во всё горло, а потом делаешь всякую фигню. Единственное, по традиции нужно чмокнуть стену.
-И что?
-Там есть имена. На какую высоту дотянешься, тот и будет загадывать тебе желание.
-Какое желание?: Андрей всё больше сомневался в адекватности такой традиции.
-Ну, какое придумают старшие. Ты кстати молодец, что не пил. У Стаса есть тайная стратегия спаивать тех, кто ему нравится. Чтобы они не могли нормально прицелиться и попадали на желание.
-Это всё?
-Ну, я больше занят был выживанием, чем сбором информации...
-Хочешь сказать, ты ничего больше не знаешь?: Андрей старался держать себя в руках, но получалось плохо.
-Да ладно тебе, что за реакция? Я уже рассказал всё, что знал. И вообще, у меня голова анатомией забита, а не этими придурками.
Рассеянно окинув взглядом его фигуру, Андрей многозначительно замолчал. Да уж, кажется он поторопился с выводами о том, что Серёжа очень хороший напарник.
-Правда, есть одна теория. Могу сказать что Стас, походу, боится наших любимых побрякушек.
-Обереги?
-Да, но это просто предположение."
На самом деле, польза в сотрудничестве с Серёжей была не столько в информации, сколько в сильном плече. Андрей не мог врать о том, что ему совсем не страшно идти против чего-то неизвестного и опасного, с мешочком соли наперевес. Ему было страшно. Стоять рядом со Стасом, говорить с ним, даже просто смотреть на него. Если бы не та сила, чужая энергия наполнившая тело, он бы никогда не кинулся так открыто угрожать старшаку. Что уж говорить о драке. Но теперь, можно было немного расслабиться. Пока Серёжина фигура маячила где-то рядом, Андрей мог спокойно дышать.
Весёлые вопли вернули в реальность. Пробежавшись глазами по толпе, Андрей обнаружил, что все давно подскочили на ноги, и несмотря на литры выпитого алкоголя, стойко держались на плаву. Лёгкий порыв паники вскружил голову. Стену обступили неплотным полукругом, и где-то там шутливо перебрасывался фразами Стас, разгоняя дикое веселье и смех.
-Ну ладно мои дорогие мальчики, пора соблюсти наши чудесные традиции. Кто ещё не сообразил, рассказываю один раз: По толпе прошёлся пьяный шёпот, больше глумливый, чем серьёзный. Андрей напряжённо выдохнул. Началось: - Для того, чтобы жить в нашей любимой общаге, надо во-первых, слушаться меня, а во вторых, обязательно чмокнуть стеночку!
Стас широким жестом обвёл покрытую поцелуями стену позади себя, а затем ярко улыбнулся пьяной толпе.
-Ну, кто будет первым?
Наступила странная тишина. Ничего ужасного не происходило, и Андрей даже немного успокоился. Вроде обычная традиция. Да, говорить такое заранее было более чем глупостью. Ведь правда: глупая игра для молодых парней, желающих развлечься. Ничего страшного. Но почему-то, весёлые и разгорячённые пивом студенты, не спешили лезть на очередь стать в этой авантюре первым. Андрей опасливо оглядывался по сторонам, не понимая, в чём же дело.
-Блин: Стас закатил глаза, принимаясь очень активно рыться в кармане спортивных штанов: - Что вы такие тухлые? Давайте, будет весело!
Он вытащил наружу небольшой предмет, похожий на электронную сигарету, но вместо вдоха, снял колпачок и выкрутил алую помаду. Толпа вновь не одобряюще зашумела, пока несколько старшаков вдруг не стали насильно пихать людей в центр.
-Хватит херней страдать, идите мажьте губки!
-Шевелимся пьянь, шевелимся!
Так началось великое и ужасное посвящение. Шатающиеся и недовольные парни по очереди подходили к Стасу и другим старшекурсникам, подставляя губы для макияжа. Тут же, после быстрой процедуры, они целовали стену и под дружный хохот бежали исполнять очередное желание, больше похожее на прилюдное унижение. В какой-то момент, один из особо недовольных стал кричать, бросаясь в драку на Мишу. Но так же быстро как и началось, волнение сошло на нет. А оглушенный новичок, вышедший из строя одним точным ударом по лицу, остался валяться на полу.
Андрей оттягивал момент покраски как мог. Мало того, что он постоянно дёргался от любого случайного прикосновения или тычка, настороженно всматриваясь в пьяные лица, так ещё и ритуал посвящения казался более чем стрёмным. В детстве, Марина часто баловалась с маминой косметикой, и иногда практиковалась в мастерстве визажиста на Андрее. Но то были детские игры, память о которых сохранилась лишь на фотографиях. Сейчас же, всё было серьёзно. Сложнее всего то, что делать подобное надо на трезвую голову. И хоть Андрей кидал соблазнительные взгляды на нетронутые банки с пивом, решил в итоге остаться трезвым до конца.
Запутавшись в толпе, он не сразу увидел старшекурсника, что красил губы в его очереди. Лишь только в самый последний момент, когда шатающийся студент перед ним начал отходить, Андрей заметил мелькнувшие рыжие волосы, и автоматически рванул в сторону.
-Стой, Андрейка, ты куда?
Стас потянулся, целясь в плечо. Вспышка парализующего страха пробежалась по коже, оставляя след из мурашек. Но в самый последний момент, кто-то перехватил Андрея со спины, прямо за футболку, и оттянул подальше от цепких пальцев.
-Всё нормально, я накрашу.
Серёжа дежурно улыбнулся Стасу, а затем без промедлений потащил податливое тело за собой. Они шли не долго, буквально минуту. Остановились в самом дальнем углу, где больше всего валялось сопящих тел, с изрисованными лицами. Серёжа сел на подоконник, и выученным движением достал футляр немного испачканной помады. Андрей уставился на него немигающим взором, всё ещё не веря в то, что должен был это сделать.
-Кто придумал эту традицию.
-Да кто его знает, как тот член в душевой. Тайна, покрытая мраком. Иди сюда.
-Чёрт: глубоко вздохнув, Андрей нехотя сделал несколько шагов вперёд. Напряжение витала в воздухе. И пусть посвящение уже не выглядело так ужасно, он никак не мог успокоиться, сжимая и разжимая кулаки. Ещё и эти глупые чувства, наводившие хаос в голове. Андрей остановился прямо у кромки коленей, не решаясь сократить расстояние до непозволительных миллиметров. Серёжа осмотрел его с ног до макушки, а затем настойчиво притянул ближе, принимаясь как ни в чём не бывало красить губы.
-Обязательно было садиться на подоконник?: Андрей чувствовал прикосновение сильных бёдер, расположившихся по бокам.
-Устал уже стоять. А тебе что, рот открой.
-Чего?!: Андрей отстранился, но Серёжа быстро вернул его назад, хватая пальцами за подбородок и щёки.
-Как на приёме у лора, давай скажи а. Покажи мне гланды.
Слабый румянец показался на поверхности кожи. Решив поскорее закончить, Андрей послушно приоткрыл рот и опустил глаза вниз, смотря куда угодно, но только не напротив себя.
-Ты только не упади: Серёжа говорил тихо, пьяные крики вполне заглушали их разговор, но он всё равно старался быть как можно осторожнее: - Всё, что касается пола, эта территория Стаса. Он специально её выбрал, чтобы выигрывать. Скоро это всё закончится. Почти четыре часа.
Андрей вздрогнул, моментально поднимая глаза. Серёжа аккуратно выводил форму красной помадой, но стоило им пересечься взглядами, как его рука соскользнула в сторону. Мазанув полосу за край верхней губы, он кинулся всё вытирать не сразу, гипнотически уставившись в чёрные глаза.
-Ты знаешь про три часа?
Ответ последовал не сразу. Серёжа молча смотрел на лицо Андрея, чуть сведя брови к переносице.
-Н-нет, не то чтобы. Просто, гулянка закончилась, это последний рывок. Ну а вообще, были у меня такие мысли.
-А: Андрей не смог сдержать улыбки: - Помню, теория?
Серёжа тихо посмеялся, опуская глаза в пол.
-Ага, типа того.
Он потянулся к лицу Андрея, всё ещё невероятно ярко улыбаясь. Кажется, это был первый раз, когда он по-настоящему улыбался в его присутствие. Сколько надменных усмешек и ухмылок нужно было вытерпеть, чтобы наконец, увидеть это. Вытерев с щеки помаду, Серёжа вновь застыл, рассматривая лицо Андрея с педантичной внимательностью.
-Теперь хоть замуж.
-Почему вы всегда так говорите? Жениться же.
Андрей отстранился, неловко дёрнув плечами.
-Нет, Андрей: Серёжа спрыгнул с подоконника и ободряюще постучал по его плечу: - Замуж. Иди давай, чем быстрее закончим, тем быстрее пойдём спать.
Как-то не сразу, Андрей осознал, что большая часть давно погрузилась в тупой сон без сновидений, а вокруг маячили только самые стойкие студенты. Стены пестрила свежими следами красных губ. Большая часть собралась на уровне глаз, мало кто дотягивался выше, прыгал с места или разбегу. Но ещё больше следов оставалось у плинтуса, а то и ниже. Оглядевшись по сторонам, Андрей взглядом наткнулся на парочку пьяных парней, повисших на старшекурсниках рядом. Он уступил дорогу, размышляя над тем, можно ли было избежать странной традиции, сбежав под конец. Но тут, кто-то схватил его за плечо, и спокойное пребывание вдруг разбилось об острый взгляд зелёных глаз.
-Андрейка, чего стоишь. Стену не целуешь, обидеть хочешь?
-Кого, стену?
-Ну да, а кого ещё?
-Я шёл...
-Конечно шёл, а куда ещё ты можешь пойти?
Ядовитая ухмылка расцветала на его лице всё сильнее и сильнее. Вместе с ней, Стас крепче сжимал чужое плечо, уволакивая Андрей в сторону стены. Когда они подошли довольно близко, он швырнул его прямо в неё, громко смеясь.
-Извиняй, не думал, что ты такой слабачок.
-Стас.
Серёжин голос твёрдо отдёрнул старшака, призывая успокоиться. Но тот лишь неопределённо хмыкнул, одаривая друга широкой улыбкой.
-Не переживай не убью я твою пассию. Ну правда, посмотри на него, вы почти одного роста!
-Андрей, целуй стену и иди спать.
-Спать?: Стас театрально схватился за сердце: - Всмысле, а как же желание? Нет-нет, Серёж, так дело не пойдёт, все должны пройти посвящение, особенно наш дорогой Андрейка.
Кулаки непроизвольно сжались. Андрей не смотрел на Стаса, чтобы лишний раз не паниковать. Он только кинул полный благодарности взгляд на Серёжу, а потом смело двинулся к злосчастной стене. Пора заканчивать с этим цирком, и действительно идти спать. Интересно, после всего этого ужаса, сколько дней он проваляется без памяти?
Андрей решил подойти вплотную и оставить поцелуй где-то на уровне глаз, как делали многие. Практически никого не осталось на ногах, а это значит, желание может подождать до завтра. Только, нужно всё делать быстро, лишь бы не попасться под горячую руку Стаса. Краем глаза Андрей увидел, что тот стоит на расстоянии пары шагов, достаточно далеко для подножки. Глубоко вздохнув, Андрей двинулся вперёд.
-Стас, стой!
Но как же глупо было предположить, что карта ляжет правильно.
Андрей понял, что случилось ещё задолго до падения. Крик Серёжи действовал как опознавательный знак, больно резанув по ушам. Не дойдя всего лишь каких-то жалких несколько сантиметров, он почувствовал сокрушительный удар. Но что самое забавное, Стас даже не пытался выкрутиться. Он резко ударил ступнёй под колени. Порывисто вскрикнув, Андрей полетел вперёд, ударяясь лбом прямо об стену. Боль пронзила голову, растекаясь ядовитой ртутью по всему телу. А затем, он упал на пол, оставляя невесомый след поцелуя на грязных досках.
Пульсация в висках оглушала. Звон прошёл не сразу, зрение тоже вернулось спустя пару секунд. Голова просто разрывалась от тупой, волнообразной боли. Зажмурившись, Андрей практически застонал, чувствуя, как дёргаются в слабых судорогах ноги. Пламя свечи трепетало на ветру, и как только Андрей сумел разглядеть её, а не непонятные пятна, он увидел приближающегося к себе Стаса.
-Развели тут...бардак какой: он бормотал про себя, то и дело сплёвывая размазанную по губам кровь. Большой красный след захватывал пол лица, но Стас этого не замечал. Он обхватил Андрея за пояс, перекинув другую руку себе на плечо. Все попытки освободиться оказались тщетны, и прекратились тогда, когда Андрей увидел согнувшегося пополам Серёжу.
-Всё по правилам, Андрей: Стас тяжело дышал, протаскивая обмякшее тело через коридор в фойе: - Как же так вышло, ты попал на мою территорию. Ах, придётся исполнить моё желание! Ну ничего, всего-то сходим в часовню и ляжешь спать, ты же хотел спать?
Мысли крутились вокруг Серёжи. Что он с ним сделал, неужели убил? Нет, судя по всему, они подрались, но разве такое возможно? Разве Стаса можно ударить так просто? В голове не укладывается.
Предприняв ещё одну попытку освободиться, Андрей получил сильный удар в живот и окончательно потерял надежду. Всё происходило так быстро, что он не успевал сориентироваться. Что вообще произошло? Он шёл к стене, но потом, Стас ударил его. Да, он даже не позаботился о скрытности, а прямо так сбил Андрея на землю! Но почему так сильно болит голова, и плывут предметы перед глазами?
Цветные пятна откликались давними воспоминаниями. Когда порыв холодного ветра встряхнул волосы, Андрея злобно зашипел:
-Куда ты меня...куда ты тащишь...
-Туда, где всё началось. Как же я оставлю любопытных Щитовых без воспоминаний! Я не такой жестокий родной, я совсем не такой.
Больше не в силах говорить, Андрей молча тащился за Стасом. Пульсирующая боль стала единственным чувством, что он ощущал. Холодный ветер и свежий воздух немного помогали, но в целом, не осталось ничего кроме путаницы и это самой боли. За одно мгновение произошло то, что никак не укладывалось в картину мира Андрея. Стас поступил с ним так, как захотел, и никакой уговор не помог. Никакие амулеты, молитвы, ничего. Он просто взял его, словно тряпичную куклу, и швырнул в стену. Просто взял, и понёс его в какой-то чертов храм. Или часовню?
Андрей не сразу услышал голоса. Напуганный вскрик заставил зажмуриться. Они вдруг остановились, и Стас заговорил. Ничего не понимая, Андрей поднял глаза вверх, но ничего не увидел. Картинка плыла, шла рябью и маленькими, блестящими точками, появляющимися из неоткуда. Что-то тёплое капало со лба вниз. Наконец, сосредоточившись на одном только зрении, Андрей широко распахнул глаза, и исступлённо замер.
-...в часовню. Это правила, они для всех одинаковые.
Анжелика смотрела куда-то поверх изнеможённого тела Андрея, крупные пряди тёмных волос разметались по груди, облачённой в лёгкую пижаму.
-Посвящение, знаешь?
-Знаю: бесцветно произнесла она, сталкиваясь с Андреем взглядом. Столько боли было в её изумрудных глазах. Столько страха и отчаяние, столько, что можно было затопить этим бескрайнем морем весь мир.
-Мы пойдём?
Стас поудобнее перехватил Андрея, из-за чего он жалобно застонал. Картинка вновь поплыла, правое колено прострелила жгучая боль, и чтобы не закричать, он сжал зубы. Но почему-то, был уверен в том, что сейчас всё закончится. Это же Лика. Да, она их видела, она его спасёт! Лика, это была Лика!
-Мы пошли?
-Да: сердце Андрея сжалось: - Идите.
Он задыхался рвущимися наружу слезами. Ледяной воздух выжигал слизистую, обвивая белесыми языками пламени лёгкие. Боль была везде, не только в теле. Его мысли болели, его чувства болели. И кроме удушливого смака смерти, Андрей не ощущал ничего.