У порога
Лето 322 года до нашей эры. Кратер
Они благополучно покинули Малую Азию и ступили на земли западного царства. Им удалось обратить в бегство часть греческих мятежников, не сумевших образовать заслон и отбиться.
То был первый успех. И все же Кратер был доволен: давно не знавшие битв ветераны размялись, а неопытная молодежь получила уроки войны.
Полководец отдавал должное везению — потерявшие силы в битве с фригийцами греки нуждались в восстановлении, а уцелевшая часть войска Леонната, не успела рассеяться и была перевербована. Теперь он располагал силами пятнадцати тысяч воинов, в большинстве своем пехотинцами.
На этот раз Кратер двигался без промедлений, желая скорее объединиться с Антипатром. Он предвкушал главную битву.
Начало лета 322 года до нашей эры. Вавилон. Данакт
Внутренне готовясь к важной встрече с заказчиком, шедший по улице Куллаба Данакт не казался хмурым или озабоченным, он переговаривался с помощниками, не прекращая следить за улицей: нельзя было упускать ничего подозрительного вокруг. Именно сегодня зоркость и осторожность были очень кстати: им предстояло получить и донести до дома в целости задаток.
Несколько дней назад к нему обратился господин Фарзам, происходящий из знатного персидского рода, с предложением сопроводить торговый обоз до Бактрии. Данакт ухватился за возможность проявить себя: впервые он мог возглавить обоз. Брат оставил ему налаженное дело, как и было оговорено год назад.
Ранее заказчик — влиятельный перс нанимал других, но на этот раз решил свести дела с ним. Данакт усмотрел в этом знак богини Тюхе и с готовностью отозвался: слишком заманчивыми были вознаграждение и обещание новых сделок. Он согласился, закрыв глаза на довольно близкий срок отбытия и на то, что летнее время чревато потерями. Зной изнуряет, а ядовитые гады так и норовят ужалить без разбора: навьюченное животное ли, погонщика или наемного охранника.
***
Стража пропустила Данакта, доверившего ксифос одному из помощников: те, не пожелав сдать оружие, остались под навесом на улице. Неподалеку стояла пара вооруженных мужчин, вероятно, также дожидаясь своих господ.