Глава 28. Ответные меры
— Земли мёртвых... Земли мёртвых... — бормотал Хэтао снова и снова.
Самая настоящая обитель мёртвых.
Тихо повторяя эти слова шёпотом, он наконец умолк, а через некоторое время спросил:
— Значит... я правда умер? Это место считается... загробным миром [1]?
[1] 阴曹地府 yīncáo dìfǔ — ад, преисподняя, тот свет, царство теней
У Юй Цина, честно говоря, не было опыта отвечать на такие вопросы. В конце концов, все жители Даочэна давно забыли, как сюда попали.
Они вели здесь обычную жизнь: три раза в день ели и спокойно спали по ночам [2]. Здесь были утренние и ночные рынки, рестораны и гостиницы. Утром и вечером, когда в уличных лотках начинали продавать горячую еду, белый пар поднимался клубами и дразнил прохожих ароматом. Машины проезжали по дороге, разбрызгивая лужи, и кто-нибудь невезучий обязательно громко ругался, подбирая штанины.
[2] 日啖三餐，夜卧八尺 rì dàn sān cān, yè wò bā chǐ — букв. днём — три трапезы, ночью — восемь чи кровати. Образ обычной, «земной» жизни; устойчивый литературный оборот, означающий, что человеку для жизни нужно лишь три приёма пищи и место для сна.
Если уж придираться, необычные вещи здесь, конечно, тоже были, но никто не задавал вопросов.
Никто не спрашивал, например, почему в Даочэне смешались самые разные архитектурные стили и уклады жизни. Традиционные восьмиугольные карнизы соседствовали с небоскрёбами и стеклянными фасадами; рядом со старомодным почтовым отделением продавали нейро-гарнитуры и бионические протезы. Под старыми фонарями, люди зажигали благовония, ставили свечи и пускали по воде бумажные фонарики. А над всем этим — гигантские голографические рекламные проекции и образы богов, сменяющие друг друга днём и ночью без остановки.
Каждый год население города росло. Новые люди либо внезапно появлялись на улицах и переулках, либо неожиданно переезжали и начинали жить по соседству.
Иногда незнакомцев называли «чужаками», но никто никогда не спрашивал: «Откуда ты приехал? Собираешься здесь остаться? Надолго?» И уж тем более никого не интересовало, что собой представляют эти самые «чужие края» за пределами Даочэна.
Они жили в Даочэне — и весь их мир ограничивался только им.
Это сказывалось как действие супа Мэнпо, так и бессознательное стремление избегать этой темы и не болтать лишнего.
Немного помедлив, Юй Цин постарался заговорить менее холодно, чтобы успокоить Хэтао:
— Да.
В определённом смысле это действительно так.
Хэтао: «...»