Монохромный красный
Пребывание в Колдинге подходило к концу, к большому удивлению Ричарда, все было не так уж плохо. Ричард обнаружил, что обедать с Кэтрин было вполне терпимо, даже если это происходило в основном в тишине или сопровождалось вежливыми попытками Кирстен завязать разговор. Кэтрин была такой же ворчливой, как и всегда, но она позволила Ричарду несколько раз прогуляться по саду, где они расспрашивали друг друга о десятках случайных фактов, которые, возможно, когда-нибудь будут заданы. И все же каждый день Ричард звонил Николаю надеясь узнать, что тот нашел лазейку, но каждый раз его ждало разочарование.
Кирстен была рядом с Ричардом почти каждую минуту с тех пор, как она присоединилась к нему во дворце, помогая Ричарду примириться с возвращением в то место, которое он когда-то называл своим домом, и это был небольшой источник утешения, чтобы иметь кого-то, с кем он делил так много счастливых воспоминаний во дворце. Однако он не посетил свою старую комнату и комнату родителей, и какая-то часть его души жаждала пойти туда и посмотреть, не изменилось ли что-нибудь.
Только утром четвертого дня он наконец набрался смелости сделать это. Он встал рано, как раз, когда солнце начало подниматься, и решил прогуляться по коридорам, чтобы прояснить голову. Лиам был свободен от дежурства, и, хотя у его двери стояли телохранители, они остались там, где стояли, когда Ричард приказал им остаться. Ричард пошел через дворец, останавливаясь только тогда, когда проходил мимо знакомых белых дверей. Постояв перед ними несколько мгновений, Ричард нерешительно протянул руку и распахнул дверь.
Открыв дверь в темную комнату, занавески были задернуты, и вся мебель была покрыта белыми тряпками, чтобы не было пыли. Войдя внутрь, Ричард приподнял край ткани, накинутой на рояль слева, и провел кончиками пальцев по гладкому дереву, покрывавшему клавиши из слоновой кости. Ему было странно снова оказаться в своей старой комнате, и он не был уверен, нравится ему это или нет. Блуждая вокруг, он провел пальцами по знакомым обоям, поднял простыню и плюхнулся на кровать, а затем раздвинул шторы, чтобы посмотреть на вид, который он видел в детстве, просыпаясь уже тысячу раз. Ричард улыбнулся, нерешительно протянув руку, чтобы снять ткань с маленького мольберта. Дерево было покрыто множеством разноцветных пятен, и Ричард провел пальцами по чистому холсту. Рядом стоял шкаф, где он обычно хранил все свои художественные принадлежности, и он обнаружил, что все по-прежнему на своих местах: маленький фартук на крючке с надписью «Рич», дюжина палитр, беспорядочно наваленных одна на другую, и огромная куча разноцветных масляных красок.
Протянув руку, Ричард взял тюбик с красной краской и открутил колпачок. Ричард повернулся, чтобы посмотреть на чистый холст, прежде чем вытащить палитру и вылить на нее весь тюбик. После смерти родителей он утратил интерес к рисованию. Достав из шкафа толстую кисть, Ричард принялся рисовать на холсте жирные красные линии, не имея ни малейшего представления о том, что там будет изображено. Однако вскоре он разозлился и покрасил весь холст в один красный цвет, яростно покрывая каждый дюйм белого, пока передняя часть его чистой рубашки не была покрыта краской.
Краем глаза Ричард уловил какое-то движение, заставившее его резко повернуть голову, кисть застыла в воздухе. Это была Кэтрин. Она неуверенно остановилась в дверях, слегка нахмурившись, когда посмотрела на Ричарда.
- «Прости, - пробормотала она, - я не хотела тебя беспокоить, просто увидела, что дверь открыта».
- «А ... точно, - сказал Ричард, отложив палитру и собираясь вытереть руки о рубашку, прежде чем понял, что они покрыты краской, - я просто ... э-э ... рисовал и задумался.»
- «Вообще-то я это вижу, - сказала Кэтрин, слегка ухмыляясь, когда вошла в комнату, позволяя своим глазам блуждать по комнате. О ... это твоя комната.»
Ричард кивнул, его губы сжались в мрачную линию, когда он снова посмотрел на свою картину.
- «Так оно и было.»
- «Извини, я не хотела тебе мешать», - сказала Кэтрин, и Ричард снова посмотрел на нее и мягко улыбнулся.
- «Знаю, это глупо», - сказал Ричард, и Кэтрин подошла к мольберту. Посмотрев вниз на свои красные руки, Ричард сжал их в кулаки, краска скользнула по его ладоням, когда он проглотила комок в горле.
Кэтрин стояла рядом с ее плечом, склонив голову набок, и смотрела на темно-красный цвет, которым Ричард полностью покрыл холст.
- «Никакое искусство не глупо. У всего есть смысл ... даже у этого.»
- «Да, - засмеялся Ричард, он наблюдал, как Кэтрин тщательно изучает небрежные мазки, — это значит, что я давно не практиковался.»
- «Ты должен дать этой картине имя.»
Быстро рассмеявшись, Ричард поправил очки на носу, и в уголках его глаз появились морщинки.
- «Это не достойно имени.»
Несколько мгновений они молчали, а потом Кэтрин заговорила.
- «Монохромный Красный.»
Ричард моргнул от удивления, это был, пожалуй, самый вежливый разговор с тех пор, как они оказались вместе, и Ричард был поражен тем фактом, что прошло уже больше двух минут без язвительных комментариев со стороны Кэтрин. Он смотрел ей вслед с озадаченным выражением лица, когда Кэтрин остановилась в дверях и повернулась, чтобы посмотреть на него.
- «Кстати, у тебя на лице краска», - сказала она, ухмыляясь.
Сильно покраснев, Ричард вытер лицо рукавом рубашки и закатил глаза, глядя, как Кэтрин смеется и исчезает из виду в этот момент промелькнула мысль, что это один из лучших звуков, которые он когда-либо слышал.
***
- «Мой адвокат Николай сказал, что он просмотрел контракт и, похоже, ничего нельзя сделать. Он сказал, что есть много мелких деталей, которые связывают, но он искал всего неделю, поэтому он собирается поговорить со своей сестрой, чтобы она нам помогла.»
Кэтрин хмуро посмотрела на Ричарда.
- «Я думала, что мы должны держать это в секрете, не говорить никому, черт возьми, - проворчала Кэтрин. - Откуда мне знать, что я могу доверять этим людям?»
- «Его сестра тоже юрист. Джули сестра Николая была помолвлена с моим кузеном. Она поможет», - объяснил Ричард, потянувшись за бутербродом для пальцев.
Они сидели за маленьким столиком посреди раскинувшегося сада, наслаждаясь – или делая вид, что наслаждаются – небольшим послеобеденным чаем только вдвоем. Потягивая чай и ведя почти обычный разговор, Ричард обнаружил, что чувствует себя менее напряженным, чем обычно в присутствии Кэтрин.
- «Ну, мой адвокат тоже до сих пор ничего не придумал, так что я думаю, что они оба чертовски бесполезны», - вздохнула Кэтрин, вертя в руках чайную ложку.
- «Я бы не назвал их бесполезными», - уклончиво ответил Ричард, замолчав, и Кэтрин бросила на него раздраженный взгляд.
Несколько минут они молчали, пока Ричард ел свой бутерброд, а Кэтрин наливала себе еще одну чашку чая, и в конце концов молчание стало невыносимым.
- «Я получил шрам на лбу после того, как упал с велосипеда.»
Как только эти слова вырвались, Ричард пожалел, что не держал рот на замке, и почувствовал, как его лицо покраснело, когда медленная улыбка расплылась по лицу Кэтрин. Это было почти самодовольно, как будто она ждала, что Ричард сломается под тяжестью тишины.
- «Ну, это очень мило» - ответила Кэтрин, ухмыляясь, когда взяла пирог с клубничным вареньем и положила его на свою тарелку. -«Тот, что у меня под бровью, это из-за драки. Ты ведь помнишь Алексию?»
- «Да, и я тоже помню этот бой, - сказал Ричард, слегка поморщившись. Школа не была такой уж веселой, как казалось, особенно когда это была одна из самых престижных школ в мире, и в ней было полно богатых снобов, членов королевской семьи или одного-двух гениев, которым предлагали стипендии. – А почему она так тебя невзлюбила? Ты пробыла там всего год, и ты участвовала по меньшей мере в шести драках.»
Слегка улыбнувшись, Кэтрин пожала плечами: - «Ну даже не знаю, новенькая со смешным акцентом и фиолетовыми волосами? Почему же я всем так не понравилась? Вообще-то Алексию я часто вижу на вечеринках, и мы прекрасно ладим. Я имею в виду, что мы, конечно, не друзья, мы ... ну, я думаю, мы просто знакомые.»
- «А почему ты рассталась с Дэймоном?»
- «Ты спрашиваешь меня о моей сексуальной жизни?». Кэтрин удивленно моргнула, ее лицо слегка напряглось
- «Нет, - воскликнул Ричард, сдерживая очередной румянец и хмуро глядя на Кейти, — это просто ... что, если бы мы оба встречались с кем-то. А что потом?»
- «Ну, у меня никогда не было много времени для серьезных отношений, с Дэймоном у нас тоже ничего не было, совсем, я даже не знаю, почему все думали, что мы вместе. Но если ты хочешь найти кого-то, чтобы трахаться на стороне, то прошу. Я не стану тебя останавливать.»
- «Знаешь, для принцессы твой язык просто ужасен», - упрекнул Ричард Кэтрин, делая глоток чая и пытаясь сменить тему разговора.
- «Ну и не разговаривай со мной, если тебе не нравится, как я говорю" - холодно ответила Кэтрин, приподняв одну бровь.
- «Я понял. Ты не можешь просто быть милой дольше двух минут?- У меня и так хватает забот, - огрызнулся Ричард. - впереди похороны членов моей семьи, коронация на должность, которую я никогда не планировал унаследовать, и почти все остальное, что придет и разрушит всю мою оставшуюся жизнь, и я не нуждаюсь в саркастических комментариях и грубости от тебя.»
Ошеломленная вспышкой гнева Ричарда, Кэтрин что-то пробормотала себе под нос, потянувшись за чаем и сделав глоток, прежде чем осторожно поставить его на стол.
- «Послушай, я не собираюсь притворяться, что мне это нравится. У меня своя жизнь, я делаю то, что мне нравится, когда мне нравится, и мне очень жаль, если ты считаешь меня грубой, но я не буду притворяться милой с тобой, чтобы тебе стало лучше. Для этого у тебя есть своя семья.»
- «Я не прошу тебя успокаивать меня, - сказал Ричард язвительным тоном, - Я прошу тебя не быть такой стервой все время.»
- «ОО, что ты сказал, Ваше Величество?" - сказала Кэтрин дразнящим тоном, ее глаза вспыхнули предупреждением, когда она пристально посмотрела на Ричарда. – «И ты даже не знаешь меня.»
- «Я знаю тебя достаточно хорошо», - сухо ответил Ричард.
Усмехнулась Кэтрин, отодвигая стул и поднимаясь на ноги. Она скомкала салфетку и бросила ее на тарелку, мышцы ее челюсти напряглись, когда она холодно посмотрела на Ричарда.
- «Нет, это не так, ты меня совсем не знаешь!»
Кэтрин ушла, оставив Ричарда сидеть за столом посреди розовых кустов и пионов, попивая чай и в отчаянии разрывая малиновую булочку. На какое – то мгновение им показалось, что они смогут хоть как-то поладить, но они все еще оставались там, где были-или, возможно, в нескольких шагах от того места, откуда начали, потому что, по крайней мере сейчас, ни один из них не пытался следовать этикету.
***
Глубоко вздохнув, Ричард помедлил, прежде чем постучать в дверь. Изнутри доносилась громкая музыка, и ему пришлось постучать еще раз – на этот раз громче, – чтобы его услышали. Дверь распахнула хмурая Кэтрин, которая нахмурилась еще больше, когда посмотрела на Ричарда.
- «Чем я могу помочь, Ваше Величество?»
- «Я.. можно мне войти?»
Вздохнув, Кэтрин отступила в сторону, пропуская внутрь, и Ричард поднял маленькую тарелку, которую он нес, прежде чем поставить на стол.
- «Клубничный чизкейк. Ты говорила, что это твое любимое блюдо.»
- «Я не просила чизкейк», - резко ответила Кэтрин.
Закрыв глаза и сделав глубокий вдох, Ричард с силой выдохнул и провел рукой по волосам.
- «Это всего лишь извинение. Я был не в себе – мы оба были ..., и ты была права ... я тебя не знаю. Не очень хорошо. Теперь я знаю много фактов о тебе, и я знаю человека, за которого ты себя выдаешь ... но я не знаю тебя. Прости, что назвал тебя сукой.»
Кэтрин рассмеялась, ухмылка приподняла один уголок ее рта, -«О, нет, ты был прав насчет этой части, но ты думаешь, что я веду себя стервозно всегда.»
- «Почему бы тебе просто не облегчить нам задачу? - Спросил Ричард, раздраженно вздохнув, - ты делаешь это труднее, чем должно быть, ведь это уже достаточно трудно.»
- «О, извини, я должна быть в восторге от того, что застряла в контракте с тобой?»
- «Нет! Я тоже не в восторге.»
Кэтрин ущипнула себя за переносицу и закрыла глаза: - «Ну и чего же ты хочешь от меня?»
- «Чтобы мы попытались!»
- «Я пытаюсь, - отрезала Кэтрин, вскинув голову и бросив на Ричарда острый взгляд. - ты думаешь, я была бы здесь, если бы не пыталась? У меня есть десятки фактов о тебе, которые, честно говоря, меня не интересуют, но я запомнила их, потому что стараюсь.»
- «Ну, это же нехорошо-пытаться только в присутствии других людей! - «Мы будем собираться вместе на светские мероприятия, праздники и все такое прочее, - возразил Ричард. Люди будут ожидать от нас головокружительной любви и такой тошнотворно сладкой, что они начнут завидовать нам. Если ты даже не можешь посидеть со мной за вечерним чаем, то как же мы проживем всю оставшуюся жизнь?»
Кэтрин криво улыбнулась.
- «Ну, мои родители женились по любви, и у них никогда не было всего этого.»
- «Но это потому, что им никогда не приходилось притворяться. Они были влюблены друг в друга.»
- «Я бы поспорила», - фыркнула Кэтрин, и Ричард закатил глаза.
- «Пожалуйста, просто ... почему мы не можем говорить так все время? Теперь мы ведем себя вежливо ... может быть, не очень вежливо, но вежливо. Нет никакой необходимости в истерике и язвительных комментариях. Я знаю, что это будет трудно, когда нам придется одурачить весь мир, но, если мы сможем хотя бы вести себя так, как будто мы нравимся друг другу, даже наедине ... это будет легче."
Они замолчали на несколько мгновений, и Кэтрин подошла к столу, придвинула тарелку поближе и откусила кусочек чизкейка.
- «Ну, я не испытываю к тебе неприязни, хотя ты слишком много болтаешь.»
- «Я тоже не испытываю к тебе неприязни.»