5 Глава

Аделина брела сквозь лес, едва различая тропу сквозь пелену дождя. Ветви цеплялись за платье, ноги подкашивались от усталости, но она упорно шла вперёд — куда‑то, просто вперёд.

И вдруг среди густых елей возник силуэт дома. Старый, почти сросшийся с лесом: покосившаяся крыша, заколоченные окна, дверь, едва держащаяся на петлях. Аделина замерла. Она не помнила, чтобы здесь когда‑то был дом. Может, он стоял тут всегда, скрытый от чужих глаз?

Она сделала шаг к крыльцу...

Резкая боль — и мир погрузился во тьму.

Очнулась она от холода. Тело ныло, руки были туго стянуты верёвками за спиной. Аделина попыталась пошевелиться — веревки врезались в кожу. Она лежала на деревянном полу в полутёмной комнате. Сквозь щели в ставнях пробивался тусклый свет — видимо, уже рассвело.

Она медленно приподняла голову. В углу, в кресле, сидел человек. Лицо скрыто в тени, но Аделина чувствовала его взгляд — тяжёлый, изучающий.

— Кто вы? — спросила она ровным голосом.

Ни страха. Ни паники. Только глухая пустота внутри.

Человек не ответил. Он медленно поднялся, шагнул к ней. Теперь Аделина разглядела его: мужчина лет пятидесяти, в потрёпанном плаще, с резкими чертами лица и холодными, как лёд, глазами.

— Зачем вы меня... — она запнулась, потом продолжила с горькой усмешкой: — Хотя ладно. Стреляйте. Мне уже незачем жить.

Мужчина замер. В его взгляде что‑то дрогнуло — удивление? Сочувствие?

— Ты правда так думаешь? — наконец произнёс он низким, хрипловатым голосом.

Аделина закрыла глаза. Перед внутренним взором пронеслись образы: мама, улыбающаяся на солнечном лугу; отец, стоящий у алтаря с чужой женщиной; дождь, бьющий в лицо, пока она бежит сквозь лес...

— Да, — прошептала она. — Всё, что у меня было, исчезло.

Мужчина молча подошёл ближе. Наклонился, разглядывая её лицо. Потом неожиданно достал нож и резким движением перерезал верёвки.

Аделина инстинктивно отпрянула, но он лишь отступил на шаг.

— В этом лесу не убивают тех, кто ищет покой, — сказал он. — А ты явно не за тем сюда пришла.

Она растерянно посмотрела на освобождённые руки, потом снова на него.

— Тогда зачем?

Он усмехнулся — впервые за всё время — и кивнул в сторону окна:

— Чтобы найти ответ. Или... себя.

В комнате повисла тишина. Где‑то за стенами шумел лес, а Аделина вдруг осознала: это ещё не конец.