Глава 5: Пленник 104

Сознание вернулось к Эрену медленно, волной тошнотворной боли в висках и онемения во всём теле. Он лежал на холодном бетонном полу. Воздух был спёртым, пах пылью, ржавчиной и чужим потом.

Он резко сел, инстинкт заставил его ощупать себя. Ни Pip-Боя на запястье, ни кобуры с пистолетом Жана, ни ножа. Даже запасы воды и еды исчезли. На нём остался только его старый синий комбинезон Убежища 104, и он почувствовал, как на его спине горит номер, словно клеймо.

Комната была крошечной, без окон. Единственный источник света — тусклая лампочка под решёткой в потолке. Единственный выход — массивная металлическая дверь с заслонкой для передачи еды.

«Армин... Микаса...» Мысль о друзьях, которые, должно быть, сходят с ума от беспокойства, пронзила его острее любой физической боли. Он не мог позволить себе подвести их.

Стиснув зубы, он встал и, превозмогая головокружение, подошёл к стене рядом с дверью. Стукнул по ней костяшками пальцев — глухой, монолитный звук. Никаких слабых мест.

И тут он услышал голоса. Приглушённые, доносящиеся из-за двери.

— ...ничего не нашёл. Ни карт, ничего. Только этот хлам. — Голос был низким, усталым. Бертольд.

— А Pip-Бой? — спросил второй голос, более напористый и твёрдый. Райнер.

— Заблокирован. Какая-то частота «104» в эфире, помехи. Инженеры бьются. Парень не простой, Райнер. Сказал, что ничего не знает о Леонхарт.

— Все они так говорят. Пока не почувствуют щипцы на клеммах. — В голосе Райнера сквозило холодное удовлетворение. — Паладин Хуго уже готовит аппаратуру. Через час начнём допрос. Если не заговорит — выбросим к гнусам.

Сердце Эрена упало. Пытки. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки. Нет. Он не станет их жертвой. Он не позволит этим ублюдкам сломать его.

Он прижался ухом к холодной стали двери, ловя каждое слово.

— Жалко его, — тихо, почти шёпотом, произнёс Бертольд. — Видал его комбинезон? «Убежище 104». Значит, тоже из тех, кого растили как подопытных крыс. Почти как мы...

— Заткнись, Бертольд! — резко оборвал его Райнер. — Никто не должен об этом знать. Мы — Братство Стали. Мы оставили это прошлое позади. И он — никто. Просто средство найти дезертирку. Понял?

— Понял...

Шаги за дверью стали удаляться. Эрен отшатнулся, его ум лихорадочно работал.

Убежище. Подопытные крысы. «Почти как мы».

Значит, эти двое... они тоже откуда-то подобного? Но теперь они — верные псы этого «Братства». И они боятся своего прошлого.

Это была ниточка. Слабость.

План начал формироваться в его голове, холодный и безжалостный. Они ожидают испуганного, сломленного юнца. Они не ожидают оружия, закалённого в виртуальных адах и одержимого целью.

Он отошёл в самый тёмный угол камеры, скрестив ноги, закрыв глаза. Он начал регулировать дыхание, как учили в симуляциях медитации. Сердцебиение замедлилось, мышцы расслабились, готовясь к рывку. Он мысленно повторял их имена, впитывая в себя ненависть к ним.

Райнер. Бертольд. Паладин Хуго.

Они забрали у него всё. Его свободу, его связь с домом, его оружие. Но они не забрали его волю. И они не знали, что в этой камере заперли не жертву, а хищника, который всего лишь притворяется раненым зверем.

Он откроет им рот. Но не мольбой о пощаде, а криком ярости. Или тихим шёпотом, который заставит их усомниться во всём, что они знают.

Эрен открыл глаза. В их зелёной глубине горел огонь решимости. Он был готов.

Дверь должна была открыться. И когда это случится, он покажет им, что такое настоящая угроза из Убежища 104.