Глава 6
18:47.
Я сидел в фургоне телекомпании, припаркованном в километре от «Атлантиды». Внутри — мониторы, звуковая аппаратура и напряжённое лицо Константина, который пялился в экран ноутбука, на котором был открыт интерфейс сервера клуба. Мы не могли использовать основной канал из-за риска быть запеленгованными, но Константин нашёл обходной путь — через уязвимость в их системе резервного копирования.
— Связь с медиасервером установлена, — доложил он, не отрываясь от клавиатуры. — Файл «Children_Hope_Final.mov» заменён. Сценарий готов к запуску по триггеру. Удалённый доступ к экранам в главном зале — есть.
На другом мониторе шла живая трансляция с камер, которые мы тайком установили у служебного входа и на парковке. Элита города съезжалась. Длинные лимузины, внедорожники с тонированными стёклами. Мужчины в безупречных смокингах, женщины — в вечерних платьях, стоивших как моя машина. Смех, воздушные поцелуи, вспышки фотокамер папарацци, отгоняемых охраной. Мир блеска и лжи, который через час должен был треснуть по швам. Мой телефон лежал рядом. На нём было одно-единственное активное окно — карта с маячком, который я прикрепил магнитом к днищу её машины у башни. Она была в движении. Не ехала сюда. Она двигалась в сторону промзоны. К цеху? Или к другому месту? Моё предложение перемирия, видимо, не отменило её собственных планов на Воронова. Хорошо. Пусть займётся им. У меня хватало дел.
— Появился объект «Грифон», — сообщил Константин, переключая камеру. На экране появился сенатор Глухов — широколицый, с седой, ухоженной шевелюрой и уверенной улыбкой политика, который знает себе цену. Он обнимался с кем-то, похлопывал по плечу. — И «Ястреб» рядом.
Ярцев, промышленник, был его полной противоположностью — сухопарый, с острым взглядом хищника, в простом, но невероятно дорогом костюме. Они вдвоём зашли в клуб, окружённые свитой.
20:00. Аукцион начался. Внутренние камеры клуба, к которым мы так и не получили доступ, были не нужны. Константин взломал камеру на телефоне одного из официантов (простая SMS с фишинговой ссылкой) и теперь мы видели происходящее изнутри через его плечо: огромный белый зал, хрустальные люстры, столы, ломящиеся от еды и цветов. На сцене — ведущий, известный телевизионный шутник. Благотворительность как развлечение.