Глава 5: «Первая кровь»

Решение разделиться оказалось самой большой ошибкой Аманды. Она поняла это через пятнадцать минут после того, как Кэлли вышла в ту единственную дверь, которая вела не в морг.

— Мы не должны были отпускать её одну, — сказала Оливия. Они шли по длинному коридору второго этажа, подсвечивая фонарями стены, с которых осыпалась краска хлопьями, похожими на обгоревшую кожу. — Ты это знаешь.

— Она ушла сама, — ответила Аманда. — Я не могла её остановить.

— Ты могла. Ты просто не захотела. Потому что боялась, что если останешься с ней, то умрешь первой.

— Оливия.

— Что? Это правда. Мы все здесь боимся. Даже ты. Особенно ты.

Аманда не ответила. Она шла впереди группы, стараясь не думать о Додже, который остался лежать на полу морга, и о Кэлли, которая, возможно, уже лежала где-то в другом месте. Или не лежала. Или лежала, но не так, как положено живому телу.

Рик замыкал шествие, то и дело оглядываясь через плечо. В правой руке он сжимал монтировку — нашли в каком-то подсобном помещении, когда выбирались из морга. Левая рука была пуста, но Аманда видела, как его пальцы бессознательно сжимаются и разжимаются, будто пересчитывают что-то невидимое.

— Сайлос, — позвала Миранда. — Ты был здесь три года назад. Ты помнишь план здания?

Сайлос шел чуть позади, волоча ноги так, будто каждое движение давалось ему с трудом. Его лицо осунулось, под глазами залегли черные круги — не просто тени, а настоящая, химическая чернота, как у боксера после тяжелого боя.

— Я помню только морг, — ответил он. — И коридор, который вел к лифту для трупов. Я больше никуда не ходил. Мне запретили.

— Кто запретил?

— Администратор. Тот, кто нанял нашу бригаду. Он сказал: «Работаете только в морге. Остальные этажи закрыты. Если кто-то зайдет туда, контракт аннулируется». Мы не спрашивали почему.

— А зря, — буркнул Мандер. — Может, тогда бы выяснили, что в этой дыре творится чертовщина, и не втянули бы нас.

— Я не втягивал. Вы сами согласились.

— Мы согласились на ночь в заброшенном городе, а не на психушку с привидениями, которые хотят вырезать нам органы!

— Тише, — сказал Рик. — Я что-то слышу.

Они замерли.

Звук доносился откуда-то сверху — с третьего этажа, судя по акустике. Это были шаги. Но не обычные шаги — тяжелые, шаркающие, с длинными паузами между ними. Будто кто-то очень старый, очень больной и очень большой тащил себя по бетонному полу, волоча за собой цепи.

— Это не человек, — прошептала Миранда.

— Откуда ты знаешь? — спросил Мандер.

— Человек не может весить столько, чтобы бетон прогибался под ним.