5. Первое испытание

Прошло несколько месяцев. Преображение Тэхёна было подобно работе ювелира над грубым алмазом — медленной, кропотливой и невероятно эффективной. Его тело, благодаря ежедневным тренировкам, обрело рельеф и гибкость, исчезла былая худоба, сменившись подтянутой стройностью. Одежда от лучших модельеров сидела на нём так, будто была сшита именно для него, подчёркивая всё новые преимущества. Но главные изменения происходили внутри. Взгляд, прежде всегда опущенный в пол, теперь мог выдерживать чужой в течение нескольких секунд. Он научился говорить тихо, но чётко, не проглатывая окончания. Учитель этикета хмуро хвалил его за «приемлемые успехи».

Однажды вечером Чонгук, наблюдая, как Тэхён перелистывает книгу в гостиной, нарушил тишину своим бархатным баритоном.

— Завтра вечером мы идём на светский раут. Благотворительный аукцион в отеле «Шила».

Тэхён замер, и книга чуть не выскользнула из его пальцев. Все его новоприобретённые уверенность и спокойствие испарились в один миг. Он почувствовал, как знакомый холодок страха пробежал по спине.
—Я... я не могу... — прошептал он.

— Это не просьба, оленёнок, — мягко, но непреклонно сказал Чонгук. — Это следующая ступень твоего обучения. Тебе не нужно будет ничего говорить. Твоя задача — стоять рядом со мной, выглядеть безупречно и не показывать свой страх. Всё.

Но для Тэхёна это звучало как приговор. Выйти наружу? К людям? К тем, кто смотрел на таких, как он, свысока? К тем, кто мог одним взглядом вернуть его на самое дно?

Ночь перед мероприятием стала для него адом. Он ворочался в своей огромной кровати, сердце бешено колотилось, в ушах стоял звон. Ему мерещились осуждающие взгляды, шепотки за спиной, унизительные намёки. Он был уверен, что опозорит Чонгука, и тогда... Он боялся думать, что будет «тогда».

Утром его ждала команда стилистов. Они облачили его в идеально скроенный смокинг тёмно-бордового оттенка, который выгодно оттенял его кожу и делал глаза ещё более выразительными. Волосы уложили в лёгкую, будто небрежную, но на самом деле идеально рассчитанную укладку. Глядя на своё отражение в зеркале, Тэхён видел не себя, а дорогую куклу. Красивую, хрупкую и безвольную.

Чонгук, одетый в классический чёрный смокинг, осмотрел его с ног до головы. В его глазах мелькнуло одобрение.
—Готов? — спросил он просто.

Тэхён молча кивнул, боясь, что если он откроет рот, то выдаст свою панику.

Дорога в лимузине прошла в напряжённой тишине. Тэхён смотрел в окно, но не видел город, а лишь размытые пятна света. Он чувствовал, как дрожь становится всё сильнее.

Когда они подъехали к отелю и шофёр открыл дверь, на них обрушился водопад света фотокамер и гул голосов. Тэхён замер на сиденье, не в силах пошевелиться. Его дыхание перехватило.

Внезапно сильная, тёплая рука легла на его холодные пальцы, сжимавшие подол пиджака. Он поднял глаза и встретился взглядом с Чонгуком. Тот не смотрел на него строго. Его взгляд был твёрдым, но спокойным.

— Вдохни, оленёнок, — тихо сказал он, так, чтобы не слышал никто, кроме Тэхёна. — И помни, ты со мной. Никто не посмеет тронуть тебя. Никто.

И затем, не убирая руки, он мягко, но властно потянул его за собой. Тэхён вышел из машины, ослеплённый вспышками. Он чувствовал, как его колени подкашиваются, но твёрдая рука Чонгука в его была единственной опорой в этом хаосе.

Они вошли в зал. Море людей, бриллианты, улыбки, полные фальши. Чонгук был окружён мгновенно. К нему тянулись руки, сыпались приветствия. Но он не отпускал Тэхёна, держа его рядом, своей тенью, своим молчаливым аксессуаром.

Тэхён старался дышать, как учили на тренировках — глубоко и медленно. Он смотрел прямо перед собой, на спину Чонгука, пытаясь не встречаться ни с чьими глазами. Он слышал обрывки фраз: «...новый протеже, Чонгук-сси?», «...очень элегантен», «...а кто этот юноша?».

И тут один из бизнесменов, старый, с масляными глазами, позволил себе слишком пристально и оценивающе посмотреть на Тэхёна.
—Чонгук-сси, вы как всегда находите самые... изысканные украшения, — сказал он, и в его голосе прозвучал неприкрытый намёк.

Воздух вокруг Чонгука мгновенно стал ледяным. Он даже не повернул головы в сторону говорившего, его взгляд остался на лице другого собеседника, но его голос, тихий и острый, как лезвие бритвы, прорезал пространство:
—Я советую вам следить за своим языком. Моё терпение к бестактности ограничено.

Больше никто не позволил себе ни единого косого взгляда. В тот момент Тэхён понял главное. Он был не просто вещью. Он был вещью, принадлежащей Чонгуку. И эта принадлежность, как оказалось, давала не только удушающие цепи, но и самую мощную защиту в этом жестоком мире.

Он выпрямил спину. Дрожь почти утихла. Когда Чонгук снова взял его за руку, чтобы вести дальше, Тэхён не потянулся назад. Он сделал шаг вперёд, в свой новый, пугающий и ослепительный мир.