12. Отражение
Прошло несколько месяцев. Сезон дождей сменился ярким, но ещё не жарким солнцем. Их жизнь обрела ритм, который Тэхён когда-то не мог себе и представить. Он больше не просыпался от адреналина, впиваясь в подушку в ожидании крика. Теперь он просыпался от солнечного луча на подушке и первого глотка кофе, который Чонгук иногда приносил ему сам, молча ставя чашку на прикроватную тумбочку. Это было его «доброе утро».
Однажды Чонгук объявил, что им нужно посетить официальное мероприятие — открытие новой художественной галереи, одним из инвесторов которой был он сам. Это была не просто вечеринка; это была демонстрация силы и вкуса.
На этот раз Тэхён не просто надел предложенный стилистом костюм. Он участвовал в выборе — тёмно-зелёный бархатный пиджак, чёрные узкие брюки. Он смотрел в зеркало и видел не напуганного мальчика из борделя и не выдрессированного питомца. Он видел молодого человека с уверенной осанкой и спокойным, немного загадочным взглядом.
В галерее их, как всегда, встретили поклонами и шёпотом. Но на этот раз шёпот был другим. «С ним Чон Чонгук… Кто этот молодой человек? Его протеже?» — «Говорят, он сам его воспитал». Тэхён слышал это и ловил себя на мысли, что его это не унижает. Это было правдой, в каком-то извращённом смысле.
Чонгук держался с привычной холодной вежливостью, но его рука никогда не отпускала локоть Тэхёна надолго. Он водил его по залам, иногда останавливаясь перед той или иной картиной.
—Что ты думаешь? — спросил он тихо, глядя на абстрактное полотно, где мазки красного и чёрного сплетались в яростном танце.
Раньше Тэхён бы растерялся, испугался сказать не то. Сейчас он внимательно посмотрел на картину.
—Это похоже на гнев, — так же тихо ответил он. — Но не слепой. Очень сфокусированный. Как будто кто-то пытается вырваться из тьмы, но сам является её частью.
Чонгук медленно кивнул, его взгляд скользнул с картины на Тэхёна.
—Ты начинаешь видеть суть вещей, оленёнок.
Именно в этот момент к ним подошёл сам владелец галереи, пожилой, утончённый мужчина с пронзительным взглядом.
—Чонгук-сси, — поклонился он. — Я рад, что вы смогли найти время. И ваш спутник… — его взгляд оценивающе скользнул по Тэхёну, но не с вожделением, а с искренним интересом. — Вы были правы. Внешность обманчива. В его глазах есть глубина.
Тэхён почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Чонгук говорил о нём с кем-то? Говорил до их прихода?
— Господин Ким Тэхён, — представил его Чонгук, и в его голосе прозвучала лёгкая, но заметная гордость. — Мой компаньон.
Не «мой парень». Не «мой протеже». Компаньон. Тот, кто составляет компанию. Равный в каком-то смысле.
Вечер продолжился, и Тэхён всё чаще ловил на себе взгляды. Но теперь это не были взгляды на вещь. Это было любопытство, уважение, а где-то и зависть. Он стоял рядом с самым могущественным человеком в городе, и он выглядел так, будто принадлежал этому миру по праву.
По дороге домую, в затемнённом салоне лимузина, Чонгук нарушил молчание.
—Ты был великолепен сегодня.
Тэхён посмотрел на него, утопая в бархате сиденья.
—Я просто был рядом с тобой.
— Нет, — Чонгук покачал головой, его лицо освещали мелькающие огни города. — Сегодня ты был не просто рядом. Ты был моим отражением. И я горжусь этим отражением.
Он не сказал «я горжусь тобой». Он сказал «горжусь отражением». И для Тэхёна это значило гораздо больше. Это значило, что он стал частью Чонгука. Неотделимой, важной частью.
Дома, стоя перед зеркалом в своей комнате, снимая дорогой пиджак, Тэхён вглядывался в своё отражение. Он искал того испуганного мальчика. Его почти не осталось. Его место занял кто-то другой — тот, кого создал Чонгук, но в чьих глазах теперь горел его собственный, а не отражённый огонь.
Он больше не был оленёнком, которого спасли из капкана. Он стал тем, кто научился носить рога с достоинством. И он знал, что какой бы путь его ни ждал впереди, он будет идти по нему рядом с тем, кто сделал его сильным. Не вопреки, а благодаря.