Глава 6. Бессонная ночь

Астрея не спала.

Это не было чем-то необычным для вампира — ночь без сна не убивала, не ослабляла, не делала беспомощной. Но она делала кое-что другое: растягивала время. Заставляла секунды ползти, как муравьи по раскалённому песку. И к пяти утра, когда за окном начало сереть, Астрея поняла, что устала.

Не вампирской, не магической — человеческой усталостью. Тягучей, ноющей, разлитой где-то под рёбрами.

Она закрыла гримуар, который читала всю ночь — очередной трактат о природе ведьмовской силы, написанный кем-то из её дальних предков. Потёрла переносицу и подошла к зеркалу. Никаких мешков под глазами. Никаких кругов. Вампирская физиология не позволяла таких слабостей. Но в глубине взгляда застыло что-то мутное, тяжёлое.

«Хорошо выглядишь для мертвой — подумала Астрея — Устала для живого».

Она натянула те же чёрные штаны и рубашку — пиджак решила оставить висеть в шкафу. На улице обещало быть душно, даже в ранний час. Заправила волосы за уши, нащупала амулет на шее — там, где он висел всегда — и вышла из комнаты.

В коридоре было тихо. Особняк спал — насколько могут спать его обитатели. Элайджа, вероятно, уже не спал, потому что Элайджа вообще не спал. Но он был в своей комнате, за толстыми стенами, где даже вампирское ухо не могло услышать его дыхание.

Лестница скрипнула под её ногой. Астрея спускалась медленно, держась за перила, хотя ноги держали её превосходно. Просто хотелось чувствовать дерево под пальцами. Тёплое, живое, не такое, как она сама.

Она почти дошла до входной двери, когда услышала:

Кол: И куда это мы собрались?

Голос Кола раздался из гостиной. Астрея обернулась и увидела его в кресле — он сидел, забросив ноги на подлокотник, и вертел в руках какой-то стеклянный пузырёк с мутной жидкостью. Одет в обычную футболку и джинсы, без обычной своей театральности. Волосы взлохмачены.

Астрея: Гулять — коротко ответила Астрея — Воздух нужен.

Кол: Ты вампир — напомнил Кол, приподнимая бровь — И ведьма. За семьсот лет не надышалась?

Астрея: Не твоё дело.

Она уже взялась за дверную ручку, когда Кол произнёс:

Кол: Стой.

Что-то в его голосе изменилось. Исчезла привычная ленивая насмешка. Появилась сталь — не Клаусовская, не давящая, а какая-то своя, колдовская. Астрея замерла и обернулась.

Кол поставил пузырёк на столик и поднялся с кресла. Теперь она заметила: он был бледнее обычного. Под глазами — лёгкая тень, которую вампиры тоже обычно не носят. И его правая рука... она слегка подрагивала. Нестерпимо слабо, но Астрея заметила.