LIV

Первые лучи утреннего солнца разбудили Риту. Она лежала, не открывая глаз, и слушала. Тишина в спальне была иной, чем раньше. Она не была пустой или настороженной. Она была наполненной. Наполненной его ровным, глубоким дыханием рядом, теплом его тела под одеялом, весом его руки, лежавшей на её талии даже во сне.

Она медленно приоткрыла веки. Руслан спал на боку, повернувшись к ней. Его лицо в рассветных сумерках казалось моложе, с него смыло маску постоянной бдительности и властности. Он был просто мужчиной. Её мужчиной.

Она позволила себе просто смотреть на него, изучать знакомые и в то же время незнакомые черты. Шрам над бровью, линию скулы, тёмные ресницы. И чувствовала странное, щемящее чувство в груди. Не страх, не тревогу. Спокойствие. Глубокое, как озеро за окном.

Он пошевелился, его рука непроизвольно потяжелела на её боку. Он что-то пробормотал сквозь сон и притянул её ближе. Рита не сопротивлялась. Она прижалась к его груди, чувствуя, как его сердце бьётся ровно и сильно. И снова уснула.

---

Второй раз она проснулась от того, что его губы коснулись её плеча.
— Утро, строптивица, — его голос был хриплым от сна.

Она перевернулась и встретилась с его взглядом. Он уже был бодр, в его глазах светилась та самая тёплая усмешка, что появлялась только для неё.
— Утро, — хрипло ответила она.

Они лежали, смотря друг на друга, и в воздухе висело невысказанное «что теперь?». Прошлой ночью они заключили перемирие, подписали договор. А сегодня начинался первый день их новой, общей жизни.

Руслан первым нарушил тишину.
— Завтрак? — предложил он. — Я могу... попробовать что-нибудь приготовить.

Рита подняла бровь.
— Ты? Готовить? Это не угроза?

Он рассмеялся.
— Я разогреваю. Это максимум моих кулинарных способностей. Но для тебя я рискну.

Они поднялись. День начался с простых, бытовых ритуалов. Они вдвоём спустились на кухню, где Руслан, к её изумлению, действительно попытался сделать яичницу. Результат был съедобным, хотя и далёким от идеала. Они ели молча, но это молчание было комфортным, не неловким.

— Что будешь делать сегодня? — спросил он, отодвигая тарелку.
— Не знаю, — честно призналась Рита. — «Aegis» практически мёртв. А новое дело... оно пока не требует моего постоянного присутствия.

— Значит, у тебя сегодня выходной, — заключил он. — Первый в твоей жизни. Не теряй его даром.