10 глава
Освальд вышел из дома в раздумьях. Ему нужно было попасть в Монтэнвиль. Не случись всей этой ситуации с Донни Валентайном, он бы просто запрыгнул в седло и во весь опор поскакал в город, однако сейчас это было невозможно. Законники точно запомнили Барри, и потому верный спутник Освальда, вытащивший его из огромного количества передряг, лишь свел бы англичанина в могилу сразу после появления в Монтэнвиле.
Перспектива идти в город пешком Освальду тоже не нравилась, но выбирать не приходилось, и он двинулся в путь. Августовское солнце палило нещадно, вынуждая пот ручьями стекать по телу, песок летел в глаза, но мужчина терпел и шел, не сбавляя шага. Желание отомстить Дилану Валентайну двигало его вперед, заставляло переставлять ноги, хоть те и ныли и, казалось, становились тяжелыми как свинец, но очертания города оставались всё одинаково далеко, а ветер только усиливался. Раньше дорога из Монтэнвиля казалась ему не такой длинной.
Где-то на середине пути, как рассудил англичанин, заслышалось сзади лошадиное ржание. Освальд облегченно выдохнул и обернулся. В нескольких десятках футов за его спиной находилась телега, на вид совсем новая и надежная. Управлял ей босоногий негр, одетый только в штаны, подвернутые до колен, и обтрепанный жилет без пуговиц, нисколько не прикрывавший его волосатую грудь. Негр остановился у Освальда, когда телега подъехала ближе, улыбнулся, обнажив торчавшие в разные стороны зубы. Англичанин сдержанно улыбнулся в ответ и чуть сдвинулся с места.
— Добрый день, — с французским акцентом поздоровался чернокожий.
— Здравствуйте, — устало произнес Освальд. — Вы едете в Монтэнвиль, да?
— Ага-а, — протянул тот.
— Можете подвести? — с надеждой спросил Освальд. Наконец-то его ноги отдохнут!
— Конечно, залезайте, — с хитринкой в глазах ответил негр и протянул англичанину руку.
Мужчина благодарно кивнул и сел рядом с незнакомцем. Было в этом чернокожем парне что-то располагающее и приятное. Может, французский акцент, а может то, что лицо его казалось смутно знакомым.
— Мерион Шампань, — произнес негр и тряхнул головой.
— Стивен Келли, — без раздумий сказал Освальд и окинул негра изучающим взглядом. Англичанин был уверен в том, что имя у Мериона было ненастоящим.
Мерион, судя по усмешке, заметил сомнение в глазах нового знакомого и шлепнул себя ладонью по бедру. Англичанин подозрительно сощурился. Он вдруг вспомнил, где видел этого негра — в офисе шерифа Сен-Валлей.
— Ты не Мерион, — негромко произнес Освальд.
— А ты не Стивен, — торжествующе сказал негр и ухмыльнулся. — Я Эрнест Роббинс. А ты — Освальд Уоррен!
— Вот так встреча! — со смехом произнес Освальд.
Несколько лет назад англичанин охотился на этого человека, но так и не смог поймать. Удивительно, что они оба еще были живы.
— Ты, как я погляжу, переквалифицировался из профессионального охотника за головами в профессиональную... голову.
— Меня подставили, я не виноват, — начал было объясняться Освальд, но Эрнест перебил:
— Чувак, расслабься! Я знаю, что было на самом деле. Но если бы я не был человеком, ворующим кур и кошельки, я б тебя сдал.
— А я — тебя, Эрнест.
— Святой Моисей, словно приговор зачитываешь. Эрнест, блин. Зови меня Эрни, — он сделал неопределенный жест. — Или Эрн. Или Роббинс, не знаю. Но только не Эрнест.
— Хорошо, Эрн, — произнес Освальд. — Что везешь?
— Жидкий лунный свет, — со смешком сказал Эрнест. — Самогон везу я, Уоррен.
— Откуда достал?
— Спер у мексиканцев. Они там болтали, что, дескать, надо доставить мсье Паркеру самогон, пару соточек получим. А я тут как тут, — он усмехнулся и приподнял край покрывала, чуть откинувшись назад. — Целое состояние, согласись? Это не кошельки забулдыг из салуна тырить.
Освальд незаметно сунул руку в карман, проверяя его на наличие собственного бумажника. Тот был на месте, и Уоррен выдохнул с облегчением. Этот Эрнест — жулик до мозга костей, об этом англичанин знал не понаслышке, а потому старался следить за каждым его движением. Было бы крайне досадно лишиться денег, находясь в розыске. К большой радости Освальда, Роббинс, видимо, так увлекся рассказом о мексиканском самогоне, что даже и не думал о краже.
— ... Там их было человек десять, и все с оружием. Представляешь?
— Да, Эрни, — согласился Освальд, не вникая в суть рассказываемого.
— Я вообще не понимаю, как они меня не заметили, — продолжал Эрнест. — Хотя... У них там, похоже, был какой-то праздник. Куча пойла и пестро разодетых девиц... Эх, бедолаги!
Роббинс пристально посмотрел на Освальду и усмехнулся. Англичанин нахмурился. Что-то в насмешливом взгляде Эрнеста было не так. Он словно хотел что-то спросить, но не решался, лишь продолжал говорить, говорить, говорить... Когда болтовня стала совсем надоедать, негр вдруг переменился в интонациях и заговорил о самом англичанине. Освальд опешил от столь резкой смены темы: с проституток и самогона она перешла на историю, на днях произошедшую с Уорреном. Путники к этому моменту уже въехали в город, но Роббинс избегал центральных улиц и площадей и ехал по окраине.
— Ты очень конкретно так влип, приятель, — говорил Эрнест, выслушивая Освальда. — Ты сейчас в дюйме от смерти, понимаешь? О тебе везде говорят, везде пишут, а говорят-то про то, что тебя надо повесить. С каждым днем все больше подробностей. Сначала писали, что вы в стельку пьяные пристрелили сначала брата Валентайна, — произнося эту фамилию, он неприязненно поморщился, — а затем Саммерса. Затем писали, что вы хотели ограбить его, а затем — что что-то не поделили. Дурдом, ей Богу! А потом еще обвинили в убийстве законника в процессе побега, представляешь? Но я, — он гордо поднял подбородок, — знаю правду.
— Вообще без понятия, Эрн. Может, ему просто не понравилось, что его брата убили.
— Этот рыжик поступил правильно, — отметил Эрнест. — Но все равно как-то неубедительно, не находишь?
— Может быть.
— Я бы понял, если бы он обвинил только рыжика, но тебя-то зачем? — все больше распалялся негр. — Поверь, чувак, это неспроста. Ты же раньше в гостинице жил, да? Так вот, туда пару дней назад заходил какой-то мужик. Важный такой, в деловом костюме. Только лицо мерзкое, все в угрях, — Освальд в тот же миг вытаращил глаза. Недавно он уже видел человека, подходящего под это описание. Точно, это был Хьюго Рэтчетт; Освальд встретился с ним после поимки Джона Нолана.
— Бьюсь об заклад, что он от Валентайна, — заключил Эрнест.
— Его имя Хьюго Рэтчетт?
— Может быть, я без понятия, — старый-новый знакомый пожал плечами. — Короче, он вроде сходил проверить твою комнату.
Повозка проезжала по бедному району Монтэнвиля. Отовсюду доносились крики и плач детей, вокруг бродили уже давно обнищавшие люди в оборванных старых одеждах, а на каждом перекрестке, словно на постах, стояли бедняки и дожидались проезжающих мимо повозок, чтобы выпросить у кучеров денег, еды или курева. По одной из улиц ходил чернокожий пастор и хриплым от кашля басом читал проповеди. По спине Освальда пробежал холодок — нечасто он был в таких местах, где все было пропитано запахом безнадеги. Даже дышать здесь было сложно. Эрнесту же, казалось, все было нипочем. Его узкое лицо не изменило выражения удовлетворения, а на проходящих мимо повозки людей парень не обращал никакого внимания. Впрочем, как и они на него.
Освальд ощущал на себе хмурые недоверчивые взгляды бедняков, хотя понимал, что большей части местных было вообще все равно на происходящее. Кто-то бродил по улице с бутылкой в руках, кто-то был увлечен игрой в кости...
— Так куда мы едем?
— К достопочтенному мсье Паркеру, в салун, — бросил Эрнест. — Не слышал про него?
— Не-а.
— Неудивительно. Так, поворот... И тут на углу салун, видишь? — указал пальцем на впереди стоящий дом.
Освальд кивнул. Эрнест снова переменил тему:
— Уоррен, я понимаю твое положение. Тебя при любой возможности могут сдать копам, тут о тебе слышала каждая собака... И я хочу тебе помочь.
— Правда?
— Но взамен ты должен будешь помочь мне.
— Так, а как ты можешь мне помочь? — заинтересованно спросил Освальд.
— Ну, я подскажу. Подскажу, что тебе нужно или валить из штата, что тебе вряд ли позволят, или... — он выдержал небольшую паузу. — Начать думать и действовать как преступник, обезопасив себя. Для этого нужно сменить имидж. Одежду новую прикупить и так далее. У меня есть знакомый, который сможет тебе помочь.
— Чего ты хочешь от меня?
— Ты должен помочь мне обнести один дом, — с довольным видом сообщил Эрнест. — Тебе тоже перепадет.
— Во-первых, — Освальд сощурился. — Я не преступник и не ворую. Во-вторых, в твоих подсказках я не нуждался, они совершенно очевидны. Имидж я собирался сменить в любом случае.
— Ну, если так... — негр, готовясь уступить, просто пожал плечами: «Ну нет, так нет».
— Если только, — поспешно добавил Освальд и тут же затих, задумавшись.
Эрнест взглянул на мужчину с интересом.
— Мне нужно разузнать больше о Валентайне и том агенте с угрями. Если согласен помочь мне с этим, я помогу тебе с домом.
— О-ля-ля, — Роббинс усмехнулся. — А это интересно. Так и быть. Значит, по рукам?
— Пожалуй, — блекло ответил англичанин. — Вот только...
— Погоди, мсье Паркер подходит, — Эрнест указал пальцем на стоявшего в отдалении чернокожего старика. — Салю, мсье Паркер!
Освальд уже давно уяснил, что Эрнест — тот еще прохвост и пройдоха. С такими плутами нужно вести себя осторожно, таких следует держать на дистанции, а подпускать ближе только тогда, когда начнешь понимать, чего от них можно ожидать. Конечно, на все сто процентов понять таких попросту невозможно, но составить их примерный портрет — вполне реально.
Освальду нужен был человек, готовый помочь ему освоиться в новой обстановке, и Роббинс, несмотря на то, что раньше они жили в противостоянии друг другу, вполне подходил на эту роль. Он со многим столкнулся, умел действовать в обход законов и избегать внимания полиции. Не было, конечно, уверенности, что Эрнест Уоррена не подставит, но второй очень надеялся, что негр не подведет.
Проныра-Эрни слез с повозки и пожал руку мистеру Паркеру. С напыщенной важностью он говорил старику о том, что лишь ему мексиканцы могли доверить перевозку столь важного груза. По лицу Паркера было видно, что в правдивости слов Эрнеста он сомневался, но Роббинс старался развеять сомнения. В конце концов старик сдался и выплатил нужную сумму за алкоголь.
Освальд спрыгнул с телеги и подошел к улыбающемуся Роббинсу.
— Видишь? — тряся перед лицом англичанина толстым свертком денег, хвастливо произнес тот. — Еще сотню сверху взял.
— Жулик ты.
— Не жулик, а предприниматель, — он неспешно огляделся. — Так, мы недалеко... Идем туда! — с этими словами он зашагал вперед. Освальд последовал за негром.
— Так что за дом? — спросил англичанин.
— Подожди, сейчас мое время выполнять условия сделки, — отрезал Эрнест. — Короче, когда зайдем, ничего не говори. Портной по-английски вообще не понимает. Главное, что он мастер в своем деле, хотя мастерство вряд ли понадобится. Тебе нужно какое-нибудь пыльное черное пальто да шляпу, будешь тогда весь в черном, только черной рубашки не хватает. Ну да ладно, белое и черное сочетаются. Представляю себе заголовки газет: «Человек в черном»!..
— Какая разница, что напишут в газетах?
— Ну ты же у нас стильный джентельмен, — ответил Роббинс. — Еще лучше будет черный жилет. Точно, пусть будет черно-красный! И еще пиджак такой же. Вот так ты сменишь имидж с синего на черный. Как по мне, неплохо. Кстати, мы уже пришли.