12 глава

— С чего бы мне слушать этого черномазого?! — воскликнул Арчибальд.

Упрямый старик все никак не желал признавать, что англичанин был невиновен. Он все дергался, порываясь вырваться из злосчастного отельного номера, или замахивался, пытаясь дать Эрнесту или Освальду в челюсть. Хотел закричать, привлекая внимания, но те отчаянно шикали на него и молили выслушать их историю.

Говорил Эрнест эмоционально и уверенно. И чем дольше недовольный Арчибальд слушал, тем больше начинал сомневаться в правдивости собственных уберждений. Действительно, он многое слышал об Уоррене. Так неужели тот был способен на убийство не преступников, но простых людей, и какая с того была б ему выгода? Арчибальд смотрел то на негра, то на англичанина, и у последнего на лице читалась такая искренняя наивная надежда на то, что старина Килгор поверит во все рассказанное, что Арчибальд действительно стал верить. Еле-еле, конечно. И, конечно, с невероятной предвзятостью по отношению к Роббинсу — Килгор постоянно прерывал негра, стоило тому только открыть рот, спорил и протестовал. Эрнест не сдавался, говорил с жаром, иногда сжимая руку кучера слишком сильно, чтобы тот ненароком не вырвался.

— Если не хочешь слушать его, слушай меня! — прошипел Освальд, когда Арчибальд в очередной раз отмахнулся и стал выдергивать руку из хватки Эрнеста. — Я ни разу не убивал мирных горожан, и не дай Бог, чтобы так вышло. Марко знает это...

Арчибальд вдруг вздрогнул и удивительно переменился. Он перестал вырываться, глубоко вздохнул и на миг прикрыл веки.

— Знал. Теперь уже знал, — твердо произнес старик. — Марко больше нет.

Англичанин неверяще уставился на Арчибальда. Мозгу потребовалось время на то, чтобы переварить информацию. А когда это произошло, дыхание в горле моментально сперло, а тело пробил озноб.

— Не может быть! — вырвалось у него. — Как? Когда?

— Позавчера его хватил удар, — с горечью произнес Арчибальд. — Так, Уоррен, — он будто не желал говорить об этом, — негры редко когда говорят правду...

Он замолчал.

— Марко поверил бы тебе, — продолжил, явно пересиливая себя.

— Поверил бы, да! — в голосе Освальда послышалось облегчение. — Значит, ты тоже? Ты готов поверить мне? Клянусь всем, что имею, ни я, ни Эрнест не врем.

Арчибальд еще с несколько секунд молчал, и для двух товарищей эти секунды казались вечностью. А потом он расслабил плечи, и Роббинс, не чувствующий сопротивления, отпустил его руку. — Да, верю. Вы меня убедили.

Освальд выдохнул, хотя был совершенно не уверен в том, что Килгор не сдаст его при первой же возможности.

— Тогда знакомься, — устало произнес он, — это Эрнест Роббинс.

— Извини, если было слишком больно, — Эрнест протянул Арчибальду руку, и тот неохотно ее пожал.

— Ничего, и хуже бывало.

И так небольшая комната сейчас казалась совсем крохотной. Освальд бездумно расхаживал по номеру и шумно дышал. Казалось, хуже и быть не может. Тревор мертв, Шон ушел непонятно куда, Бет лишилась дома, а теперь умер Марко, который был живее любого юнца. Освальд вспомнил теплые вечера, проведенные в его компании, вспомнил вкус виски и бренди, подаваемых мексиканцем, игру пианиста в том славном салуне, и все хохмы с остротами, изрекаемые стариканом... Смерть всегда кажется невероятно далекой. И даже когда ты сталкиваешься с ней уже не в первый раз, она все равно дарит тебе внезапный удар под дых и выбивает из колеи, оставляя опустошенным. И вот еще одна смерть, которая скорее кажется сном, а не реальностью. Однако все происходит взаправду, все происходит по-настоящему. И затхлое дыхание смерти, следующей по пятам Освальда, было таким же реальным, как и холодный револьвер в его кобуре.

Нужно было взять себя в руки. Сосредоточиться. Расставить приоритеты и придумать план. Сейчас о вербовке Арчибальда можно было и не думать, обстановка неподходящая.

— Килгор, — облизнув пересохшие губы, начал Уоррен, — мне очень неловко тебя об этом просить, но, пожалуйста, в этой гостинице обращайся ко мне как к Генри Римини.

«Может, зря я раскрываюсь перед ним? — подумал англичанин. — Ах, ладно. Была не была.»

— Придумал себе псевдоним? — его губы тронула унылая улыбка.

— Да. И для Эрнеста тоже.

— Я — мистер Джейк Уайт, — подал голос Роббинс.

— Уайт, — с усмешкой повторил Арчибальд.

— А для Элизабет...

— Ты про ту девочку? — перебил его кучер и округлил глаза. — И она с тобой увязалась? Бедная...

— Ситуация сложнее, чем кажется на первый взгляд, — пояснил Освальд, не желая вдаваться в подробности. — А Бет — Агата Римини.

— Хорошо, Уоррен, — прохрипел Арчибальд. — Понятно. И можно я уже пойду?

— Да, — машинально ответил Освальд.

Вспомнив, что обещал Бет принести завтрак, он поспешно ретировался, не дожидаясь, пока старик выйдет из номера.