Глава 21. Эшли.

Подъехав к особняку Фальконе, я сразу почувствовала: что‑то не так. Слишком тихо. Ни охраны у ворот, ни машин у входа — лишь мёртвая тишина, от которой по спине пробежал холодок.

Сидя в машине, я вглядывалась в очертания здания. Что‑то здесь было неправильно. Пальцы сами потянулись к бардачку — вытащила пистолет, сунула за пояс, прикрыла длинной плотной блузкой. Сердце билось ровно, но в висках стучало: «Будь начеку».

Вышла, хлопнув дверью. Каменная дорожка под ногами казалась слишком громкой в этой гнетущей тишине. Распахнула двери — и меня поглотила та же безмолвная пустота. Ни шагов, ни голосов. Только эхо моих шагов, будто особняк затаил дыхание перед бурей.

Я шла к главной зале, стараясь ступать бесшумно. Спокойствие держалось до тех пор, пока я не замерла перед массивными дверьми. За ними — Карло Фальконе. Закрыла глаза, сделала глубокий вдох, выдох. Пора.

Зал за дверьми оказался просторным, залитым холодным светом из высоких окон. В центре — огромный овальный стол, над ним — громоздкая люстра со настоящими свечами. Во главе стола сидел он — Карло Фальконе.

Я видела его только на фото в досье, но реальность оказалась куда прозаичнее. Мужчина лет пятидесяти, в безупречном светлом костюме, с лысиной и грузной фигурой. Он напоминал не мафиозного дона, а скорее барона, ожидающего подношений.

«Не удивлюсь, если так оно и есть», — мелькнуло в голове.

Быстрый взгляд по залу — и я поняла: мы не одни. У окна, во всю стену, стояли пятеро охранников. Вооружены. Но их пистолеты были направлены не на меня — на Джеймса.

Его тёмно‑синие глаза встретились с моими. В них — ярость. То ли из‑за моего появления, то ли из‑за предательства, то ли из‑за всего этого безумия разом.

— Приятно познакомиться с вами лично, Эшли Грегори, — голос Фальконе разрезал тишину.

Я повернулась к нему, сохраняя хладнокровие:

— Довольно жаль, что при таких обстоятельствах.

— Да, к сожалению, — он сложил руки в замок, подпёр подбородок. — Но предателей нужно искоренять.

— О ком вы? — я приподняла бровь, хотя внутри всё сжалось.

— Полно, леди, не делайте вид, что не понимаете. — Его улыбка была кривой, как лезвие ножа.

— Простите, Карло, но я действительно не понимаю, о чём идёт речь, — я выдержала взгляд.

— Что ж, тогда придётся немного подтолкнуть вас к пониманию.

Фальконе махнул рукой. Пять щелчков — охранники сняли предохранители. Воздух сгустился, будто перед грозой.

Я не дрогнула, лишь перевела взгляд на Джеймса — с нарочитым безразличием.