Двадцать восьмая глава

На холодном бетонном полу неподвижно лежал бледный Дроздов. Его тело покрывал липкий холодный пот, губы посинели, грудная клетка не шевелилась. Казалось, он и правда перестал дышать. Глаза были закрыты, а лицо все в крови. Рядом, опустившись на колени, мужчина в поношенной медицинской куртке - местный медик, дрожащими руками нащупывал пульс, проверял зрачки, с тревогой прислушивался к редким и слабым признакам жизни.

Вокруг царила суматоха. Даня метался из стороны в сторону, снова и снова окликая Никиту, тряся его за плечи, пытаясь привести друга в сознание.

Настя сделала неуверенный шаг вперёд, и застыла на месте ахнув, машинально прикрывая рот дрожащей рукой. Она не могла поверить в то, что видела. В нескольких метрах от Никиты стоял Турбо. Он молча разминал шею, разматывая бинты с окровавленных рук. Валера оглядел помещение, полное людей,и в этих глазах не было ни тени раскаяния, ни страха, ни даже сожаления. Лишь холодная, ледяная отстранённость. Вдруг он застыл, его взгляд встретился с Настиным. Она смотрела прямо на него, с болью и немым вопросом. За её плечом стояла Катя. Девушка виновато опустила глаза в пол, понимая, что Насте не следовало быть здесь. Что всё это слишком. Слишком грязно. Слишком страшно.

Люди вокруг замолкали. Воздух в зале становился плотным, будто напитанным страхом. За спиной послышались шёпоты:

- Он его... убил?

- Почему он не встаёт? Что с ним?

Медик поднёс к носу Дроздова ватку с нашатырным спиртом, подождал, вновь наклонился. Затем покачал головой - никакой реакции. Он снова проверил пульс, напряжённо считая в уме удары. Настя метнулась было к нему, но вдруг её резко остановила крепкая рука, Турбо схватил её за талию, не давая пройти.

- Не надо, Настя, - произнёс он хрипло, сдержанно, глядя ей в глаза с каким-то странным, ледяным спокойствием. Пальцы сжали её руку и повели прочь, через толпу. - Пошли.

Катя послушно шла следом, бросая короткие взгляды на подругу. Настя вырывалась, её глаза были полны ужаса.

- Что с ним? - прошептала она, почти беззвучно, - Ты его убил?

Турбо резко остановился, схватил её лицо в окровавленные ладони. Настя вздрогнула, на его руках была кровь. Чужая. Свежая.

- Нет. Он жив.

- Тогда почему не приходит в себя? - спросила она, моргая, будто боясь расплакаться.

Валера не ответил сразу. Лишь слегка сжал её руку.

Из зала донёсся голос медика:

- Давление падает! Я не справляюсь один! Срочно нужна скорая!

Настя резко дёрнулась, пытаясь вырваться, но Турбо удержал её, прижав к себе.

- А если он... - начала Морозова, но осеклась.

Зал начал стремительно пустеть. Одни не хотели оставаться свидетелями, другие - не могли вынести происходящего, третьи просто боялись, что их тоже затянет в это. Люди расходились молча, не поднимая глаз.

- Быстро домой, - с нажимом процедил Турбо, бросая на Катю гневный взгляд. Та, съёжившись, кивнула и первой шагнула к выходу.

Валера накинул на плечи кофту, его губа рассечена, на скуле наливался синяк. Он на мгновение задержал взгляд на Насте, стоящей посреди зала, будто потерянная, не понимающая, куда деться и за что хвататься.

- Стрекоза, он жив, - тихо сказал Валера, его голос был хриплым, но спокойным.

- Очнулся! - донёсся вскрик из глубины зала, полузадушенный, но полный облегчения.

Настя выдохнула, как будто только сейчас вспомнила, что может дышать. Плечи опустились, слёзы подступили к глазам, но она сдержалась.

- Пойдём, - сказал Турбо, открывая перед ней двери, мягко толкнув вперёд.

Настя шла домой молча. Ни одного слова. Только тяжёлое дыхание, приглушённый стук её шагов и косые взгляды, которые она бросала на Валеру. На лице ни эмоции, ни искры, ни тени сожаления. Брови сведены, челюсть напряжена. Она видела в нём своего отца, и от этого ей становилось плохо. Казалось, такой Турбо отталкивает, но в то же время чем-то цепляет.

Рядом шла Катя, волоча ноги, не отрывая взгляда от асфальта.

Когда дверь квартиры распахнулась, навстречу им вышла Дана. Она сразу оценивающе оглядела Валеру с головы до ног.

- Что случилось? - обеспокоенно спросила Диана, но Настя, не сказав ни слова, прошла мимо и скрылась в своей комнате.

Валера вошёл следом . В комнате было полутемно, только у окна горел огонёк. Настя стояла подпирая подоконник, в руке тлела сигарета. Пепел медленно осыпался, струйка дыма лениво тянулась к открытому окну.

- Стрекоза... - тихо произнёс он, подходя ближе и кладя руки ей на плечи.

- Тебе его не жаль? - вдруг перебила она, не оборачиваясь.

- Нет, - спокойно ответил Турбо и коснулся губами её плеча, там, где тонкая ткань майки не скрывала кожу.

Настя медленно отстранилась, разворачиваясь к нему лицом. В её взгляде было всё: и боль, и страх, и злость, и любовь. Сигарета тлела между пальцев, оставляя на полу тонкую дорожку пепла.

- Зачем? Зачем ты туда ходишь, Валер? - её голос дрожал, но в нём звучала сила. - Ты мог его убить. Ты хоть понимаешь это? Что ты делаешь? Для чего?

Он выдохнул, и в этом выдохе были сотни недосказанных мыслей.

- Мне это нужно, - наконец произнёс он. - Этот бой... это моя сцена. Как у тебя балет, пуанты, репетиции, сцена, так у меня бинты, кровь, ринг. Это мой путь, Настя. Я живу этим.

Морозова опустила взгляд, но только на секунду. Она тяжело дышала, впитывая в себя каждое его слово, будто пытаясь понять чужую для неё правду.

- Почему ты мне врал? Почему не говорил, чем занимаешься?

- Потому что боялся, - резко ответил он, - Боялся, что ты испугаешься меня, отвернёшься. Что увидишь во мне монстра. Я не хотел, чтобы ты ночами не спала, переживала.

Настя подошла ближе, медленно, будто не была уверена, хочет ли этого. Её рука легла на его лицо, осторожно коснулась скулы, где уже темнел свежий синяк.

- Ты для меня никогда не будешь монстром... - прошептала она. - Но я не уверена, что хочу таких отношений, не уверена, что хочу видеть тебя таким.

Он закрыл глаза, словно её слова были сильнее любого удара.

- Я же возвращаюсь, - прошептал он. - Всегда к тебе.

Настя не обратила внимания, как сигарета обжигает пальцы. Только стояла, близко, чувствуя, как его дыхание смешивается с её.

- А если в следующий раз не вернёшься?

- Тогда... - он обнял её, прижимая к себе так, будто хотел спрятать в себе, уберечь, - тогда ты просто будешь знать, что я умер, как хотел. Не на диване от старости. А на ринге. С честью.

- Ты идиот, - прошептала она, уткнувшись лбом ему в грудь.

- Да, - слабо улыбнулся Валера, целуя её в макушку. - Но твой.

Настя прижалась ближе, зарываясь носом в его грудь. Тепло его тела казалось почти нереальным. Но внутри у неё что-то ёкнуло. Лёгкая тревога. Как будто она делала что-то не так... или не вовремя.

Занавеска снова трепетнула, ветер скользнул в комнату.

- Идём завтра на дискотеку? - вдруг спросил Турбо. Голос его прозвучал просто, почти без эмоций, но в интонации было что-то, словно он нарочно отвлекал - её, себя, обоих.

Настя подняла голову, удивлённо прищурилась.

- Ты ходишь на дискотеки?

Он усмехнулся. Лицо немного смягчилось.

- Катьке пообещал. Хоть и злюсь на неё... но слово дал. А она умеет - знает, куда надавить, чтобы добиться своего.

Настя хихикнула, уже тише, почти про себя.
Её светлые волосы мягко скользнули по его подбородку, и она кивнула, ничего не говоря.

***

Музыку было слышно ещё с угла, через открытые окна Дома культуры вырывались звуки популярного хита «Ласковый май» вперемешку с иностранными новинками, записанными на магнитофоны с плёнки в ужасном качестве.

У входа толпились подростки и ребята постарше, кто в джинсовых куртках, кто в клетчатых рубашках нараспашку, с подкатанными рукавами. Парни курили на улице, а девушки хихикали переглядываясь. Лавочки вдоль дорожки были заняты: кто-то из влюблённых держался за руки, стесняясь поцелуев, кто-то ссорился - слишком много было выпито дешёвого алкоголя из бутылок, обёрнутых в газету.

Ещё днём здесь шли репетиции хора, танцев, кружки лепки и шахматные баталии. А вечером ДК превращался в другой мир с мигающей цветомузыкой, скрипучими колонками и обстановкой, в которой скромная молодёжная дискотека вполне могла перерасти в серьёзные разборки между районами.

Пока Петровна - строгая и всем надоевшая контролёрша, дежурившая на всех мероприятиях, отвлеклась на шумных пацанов у раздевалки, несколько «бывалых» успели пронести бутылку самогона, хитро спрятанную в кармане. Её быстро разливали в туалете, притворяясь, что просто умываются.

Валера держал Настю за руку, не отпуская ни на шаг. Его взгляд был цепким, он не просто смотрел, он сканировал. Кто где стоит, кто с кем, кто вдруг смотрит слишком внимательно. Это был его способ защищать - не словами, а постоянной готовностью к действию.

Увидев своих парней из Универсама, с кем делил улицу, вечеринки и драки, Валера резко потеплел. Пожал руки, подмигнул. И тут же приобнял Настю за плечи, показательно, чтобы даже самый пьяный и наглый понял - она не одна. Настя - его.

Дана держалась рядом, будто боялась, что шаг в сторону и она пропадёт. Вокруг сплошная враждебная энергия, голоса, взгляды, чужие лица. Не каждый вечер ты оказываешься на дискотеке, где вперемешку тусуются свои, чужие, полузнакомые и те, с кем лучше вообще не пересекаться. На Дану косились, особенно парни с соседнего района - любопытно, с прищуром.

Катя, наоборот, уже влилась в толпу. На ней было приталенное платье - по моде, чуть выше колена. Танцевала с двумя парнями, смеялась, закручивалась, явно наслаждаясь вниманием. Скромной её не назовёшь.

Настя прижалась щекой к плечу Валеры. Табак впитался в его футболку, и она морщилась, но не отдалялась. Её взгляд пробежался по залу, мелькали знакомые и незнакомые лица, мигающие огоньки цветомузыки били по глазам.

Рядом звучал разговор Вовы с Валерой, обсуждали, кажется, какой-то конфликт возле магазина. Настя слушала не вникая, просто расслабляясь.

И тут в дверях появился Андрей.

Выглядел он как всегда: руки в карманах, на лице привычная, слабая улыбка. Но как только его глаза наткнулись на Настю в объятиях Валеры, всё на лице изменилось. Мимолётная улыбка исчезла, плечи напряглись, и он быстро отвернулся, словно не хотел признавать, что видел.

В этот момент Катя схватила Дану за руку и закружила её, как в старом фильме, девчонки смеялись, забывая обо всём на свете.

Настя тихо поднялась на носочки и, прикасаясь губами к уху Валеры, прошептала:

- Я пойду потанцую...

Он даже не обернулся, только повернул голову чуть в сторону:

- Только не отходи далеко, ладно?

Настя кивнула, провела рукой по его спине и направилась к подругам, оставляя за собой аромат духов, смешанный с дымом.

На танцполе не было ни глянца, ни ярких огней. Только тусклая цветомузыка - самодельный ящик с лампочками, мигающими в такт музыке. Пыль кружилась в воздухе, подсвеченная разноцветными лучами. Пол скрипел под ногами, а колонки то хрипели, то трещали, выстреливая битом.

Настя влилась в круг, где уже отплясывали Катя с Даной. В колонках играло Мираж " Музыка нас связала", зал взорвался: кто-то подпрыгивал, кто-то просто качал головой, кто-то пел фальшиво, но с душой.

Настя подняла руки вверх, закружилась, волосы взлетели - лёгкие, как шёлк. Её лицо на секунду засияло, как в детстве, когда она в первый раз вышла на сцену в белом трико.

Валера не сводил с неё глаз. Стоял, опершись на стену, рядом с Вовой и Зимой. Он не умел танцевать, и никогда не хотел. Танец был не для него. Но сейчас он смотрел на Настю и понимал, что ради этой девушки он бы и станцевал. Или хотя бы сделал вид.

Парни, что скучали у стены, начали переглядываться, кто-то кивнул в сторону выхода. Валера заметил движение краем глаза, бросил короткий взгляд в зал, где светловолосая смеялась с подругами под весёлую песню "Комбинации", и не привлекая к себе внимания, направился к выходу.

На улице пахло сигаретами. Вахит первым щёлкнул зажигалкой и закурил, прикрыв пламя ладонью, передавая её остальным.

Валера, закурив, откинул голову назад, глядя в небо. Звёзд почти не было. Он слабо улыбнулся сам себе, первая дискотека с Настей. Почти по-подростковому глупо, но приятно. На секунду он представил, как они вдвоём танцуют, как она смотрит только на него.

- Турбо, ты слышишь? - позвал Зима.

Валера встряхнул головой, возвращаясь в реальность.

- А?

- Кощей пришёл. - Вахит скосил взгляд в сторону.

Туркин обернулся. Кощей - старший по району, авторитет, в пиджаку нараспашку, уверенно направлялся к ним. Зажал руку Вове, потом кивнул Зиме, и наконец, задержав взгляд, подошёл к Турбо. Его глаза прищурились, брови сдвинулись.

- Поговорить нужно, - сухо сказал он и кивнул в сторону.

Турбо бросил окурок, расправил плечи. Они отошли подальше от света.

- Мне сегодня птичка на хвосте принесла.. - начал Кощей. В голосе спокойная, холодная злость. - Что ты покалечил домбытовского?

- Правда, - не отводя взгляда, сказал Турбо.

- И с Морозовой вчера шлялся?

Валера нахмурился.

- К чему ведёшь?

- Я вроде чётко говорил, что с этой дочуркой Булата лучше не водиться. Или ты решил, что можешь идти против меня?

Он достал сигарету, закурил с коротким щелчком зажигалки.

- Причём здесь она? Булат вообще... не сегодня так завтра... - начал Турбо, но осёкся. Голос дрогнул. Он это почувствовал, и Кощей тоже.

Тот прищурился, глядя сквозь дым, как будто видел парня насквозь.

- А ты слышал, что про неё говорят? Как на сцену вышла? Чем в Питере занималась, с кем крутила?

- Врёшь ты всё. - Турбо отшатнулся. Голос стал грубым, хриплым. - Чушь всё это. Не было у неё никого.

- А ты проверь. - Кощей хлопнул по плечу, не сильно, но так, что Турбо ощутил в этом вес. - Нет дыма без огня. Сцена, говоришь?.. Через постель вся, эта сцена. А ты у нас вроде гордый. Не по тебе это.

Он затоптал сигарету, глядя в сторону клуба.

- И разве не она с домбытовским пареньком мутила в прошлом году? - сказал он, словно невзначай. - Я своё сказал. Пацаны узнают - сам понимаешь, что будет. Не обижайся, предупреждаю.

Турбо молчал. Лицо его было каменным, но в глазах металось что-то - сомнение, злость или страх.

Кощей сделал шаг назад, уже почти отвернулся, но всё же бросил напоследок:

- Не забывай. Мы здесь не чувства мерим, мы держим правила. А правила, знаешь ли, не резиновые.

Затем он заметив Тоню. Широко улыбнувшись, подхватил её под руку и повёл в клуб, бросив последний взгляд на Турбо.

Валера остался стоять, сжимая кулаки. Костяшки побелели. Щёки горели от злости и унижения. Он не знал, что именно бесило больше - Кощей или собственные сомнения. Но долго стоять не стал, вдохнул поглубже и пошёл обратно.

Внутри звучала медленная музыка. Люди сбивались в пары, кто-то танцевал едва шевелясь в такт, кто-то уже по-пьяному крепко обнимал первого встречного. Катю быстро заметили и почти сразу закружили в танце. Претендентов хватало, но она, кокетливо оглянувшись, выбрала того, кто показался ей самым достойным.

Зима неторопливо подошёл к Диане. Она чуть отстранилась, как будто не ожидала, потом улыбнулась краешком губ и, немного поломавшись, всё же позволила взять себя за руку.

А Настя так и стояла у стены, прислонившись спиной к прохладному бетону. Глаза беспокойно бегали по залу - она искала Валеру.

И вдруг - тень. Рука.

- Потанцуем? - Васильев стоял перед ней, чуть наклонившись. Голос - мягкий, сдержанный, почти неуверенный.

Настя обернулась. Улыбнулась тепло, не из симпатии, а из вежливости. Уже хотела было покачать головой...

- Она танцует только со мной, - послышался позади злой голос Турбо.

Он положил ладонь на её талию и повёл, не спрашивая. Пальто лишь молча кивнул и отступил в сторону. Настя, помахав парню рукой, обвила Турбо за шею, почувствовав напряжение.

Валера внутри сражался сам с собой. Сомнения терзали. Он ненавидел себя за это. За то, что не мог просто верить. Что не мог быть спокойным, уверенным. И всё же стоило лишь взглянуть в её глаза, как всё таяло.

Мелодия стихла. Люди начали расходиться. Кощей стоял у стены, молча наблюдая. Турбо чувствовал на себе его взгляд - холодный, презирающий, будто прожигающий насквозь.

- Пойдём домой? - тихо спросила Настя. Словно почувствовала всё.

Валера не ответил, просто кивнул и обнял её за плечи. Они вышли.

На улице было уже прохладно. Ночь обволакивала улицу своим туманом. Где-то вдалеке хрипел магнитофон, доигрывая последнюю сторону кассеты. Настя поёжилась, и он тут же снял с себя кофту, накинув ей на плечи. Светловолосая тихо выдохнула, прижав ткань к себе.

У самого подъезда она остановилась.

- Может... Ты останешься? - голос был едва слышен, неуверенный.

Он посмотрел ей в глаза. Несколько секунд тишины. Ни мыслей, ни слов. И всё же кивнул.

Да, может, это ошибка. Может, он делает что-то не так. Но сейчас, в эту секунду, в этом дворе среди облупленных стен и запаха сырости - это было единственно правильное решение.

__________________________________

ТГК: bellaadonna! - всех жду ❤️

Дорогие читатели, не забывайте ставить ⭐ - это очень мотивирует! 🤍