попытка забыть{ᛒᛈᚢᛟᛖᚺᛋᛠⰓ} прошлое.

Пельмени давно остыли, а они всё сидели на полу комнаты - Крэу на продавленном ковре, прислонившись спиной к кровати, Эндрю напротив, поджав ноги по-турецки. Между ними стояла пустая тарелка и две кружки с чаем, который успел сделаться тёплым и горьковатым.

- И как ты предлагаешь это делать? - спросил Крэу, глядя на свои руки. - «Начать вспоминать» - звучит так, будто я просто не хотел до сих пор.

Эндрю пожал плечами. Без обычной своей насмешливости он выглядел моложе и, наверное, более настоящим.

- Я не психолог, Крэу. И не нейрохирург. Я просто... - он запнулся, подбирая слово, - друг, который заметил, что ты теряешь куски себя. И который не хочет смотреть на это сложа руки.

- Друг, - повторил Крэу, пробуя слово на вкус. Оно не обманывало, но и не объясняло всего. - Ты ночуешь у меня. Ты покупаешь пельмени, потому что знаешь, что я забуду поужинать. Ты смотришь на меня так, будто я могу исчезнуть, если ты моргнёшь. Это больше, чем просто «друг».

Эндрю опустил взгляд. В тусклом свете настольной лампы его рыжие волосы отливали медью.

- Может быть. Но сейчас важно не это, - тихо сказал он. - Давай попробуем так. Я буду задавать тебе вопросы о вчерашнем дне. А ты будешь отвечать не торопясь. Не дави на себя. Просто... что всплывает первым.

Крэу кивнул, хотя внутри всё сжалось. Перспектива снова наткнуться на пустоту пугала.

- Вчера утром. Что ты делал до того, как я тебе написал?

- Я... проснулся. Потом... - Крэу замер. Картинка не складывалась. Он помнил пробуждение, потолок, трещины. А дальше - темнота. - Не помню. Словно кто-то вырезал кусок плёнки.

- Хорошо. Не застревай. А после того, как я написал? Ты ответил «ок. во сколько?». Мы встретились у библиотеки. Что потом?

- Мы пошли на пару, - медленно произнёс Крэу, и вдруг образы посыпались, как монетки из прохудившегося кошелька. - Профессор говорил про источниковедение. Ты сидел через два ряда. Ты поднял руку и спросил про... про ложные свидетельства. Потом мы ходили в столовую, ты взял себе рисовый суп. Я - кофе. Мы вышли на крыльцо, и я спросил про аварию.

Он перевёл дыхание. Впервые за долгое время детали не ускользали, а складывались в чёткую линию.

- Это хорошо, - сказал Эндрю, и в голосе его прозвучало облегчение. - Ты помнишь больше, чем думаешь. А теперь скажи: что было потом? После того как мы расстались до вечера?

Крэу нахмурился. Снова провал. Он помнил, как зашёл в комнату, как посмотрел на пустой стол, как открыл шкаф. А между этим - ничего.

- Я... вернулся сюда. Кажется, лёг. Или просто сидел. Не знаю.