"Ты, как я вижу, привык быть чмом"

Никто не надеется, что Вегиммия сможет стать стабильным государством сроком хотя бы на 50 лет. В последние года, с бесконтрольным развитием вооружения и биотехнологий, всё больше людей уверены в том, что это последние года Вегиммии как единого государства, ведь вместе с этим, рано или поздно, население уничтожит друг друга. Кто-то не против этому поспособствовать...
Даже после самой темной ночи всегда наступает рассвет. Но, для кого-то эта самая ночь просто несколько часов темноты на улице, а для кого-то несколько дней, недель, месяцев и годов мрака, а надежда на этот самый рассвет вовсе нет. В такую эпоху вступила вся страна и движение Чарлистов, переживших этой ночью одно из самых больших потрясений в истории военного формирования - смерть Кольта и раскол движения на Вальтеристов.
Зима была уже не за горами и до нее оставались считанные недели, но из-за географически - климатических изменений в ходе первого удара, климатическая зима наступила куда позже. До гибели бога почти по всей Европе выпадал снег уже в октябре, но после, холода начались только на последних неделях и этой ночью выпал первый снег. Он был небольшой, слабый, лишь немного покрыл землю и облака не полностью затянули небо, давая восходящему солнцу осветить местность. Ночью, во время засады Вальтеристов и дальнейшей перестрелки с ними никто не обращал внимание, что происходит под ногами, а если бы узнал, упал бы и схватился за голову. Вся земля была залита лужами уже свернувшейся кровью и ошметками человеческого мяса, одежды и оторванных конечностей. Ещё во время ночной перестрелки, Чарлистам, видящие только пелену пара, казалось, что поле боя небыло настолько жестоким и это была небольшая стрельба. Но, реальность оказалась иначе. На земле, разбросанные по большой  территории лежали трупы. Большинство из них погибло от кровотечения, кого-то убило попавшей в голову пулей, а кого-то разорвало ручной артиллерией. Они лежали, покрытые небольшим слоем снега, все обескровленные, бледные и замёрзшие. Когда-то, эти тела что-то значили, а сейчас это просто мешки с мясом, брошенные и дожидаясь своей участи быть съеденными дикими животными. Впрочем, это уже происходило и бывшее поле боя облюбовали вороны и мелкие хищники по типу ласок, начавшие выедать глаза и языки мертвых тел. Они не полностью бессполезны и они, хотябы, накормят животным и этот замкнутый круг будет длится вечность, вплоть до скончания веков.
Снега, как уже было сказано, выпало совсем немного, но он продолжал падать и покрывал лёгким слоем трупы солдат. Лес закончился уже как несколько километров и она, Виктория, вышла на равнину и шла в неизвестном направлении, оставляя за собой следы от солдатских ботинок и небольшие, редкие капли крови. Был бы здесь егерь с плохим зрением, он бы подумал, что это идёт раненный зверь, а не человек. Виктория была ранена, хоть и не смертельно, но боль, риск инфекции и ослабевание сохранялась и замедлял её очень сильно. В обычном состоянии, она бы обычным шагом прошла эти 7-8 километров максимум за два часа, а сейчас она шагала, сильно хромая и чуть ли не падая, поэтому, это расстояние ей пришлось преодолеть только к рассвету.
Абсолютно никаких намёков на цивилизацию. Ни деревни, ни города и даже жалкого хутора и дома охотника она не нашла и их небыло в радиусе 5 километров. Мысли Виктории давно превратились в кашу из случайных мыслей, но перед этим истощением, её раздирали вопросы, сомнения и чувство вины. "Удалось ли убить Кольта? Не поймали ли Диего? Не перебили ли вообще Вальтеристов и удалось ли им уйти?" Раздавались вопросы в её голове, так и не найдя ответа. Больше всего её мучали мысли на счёт Диего, она считала, что поступила с ним слишком необдуманно и действовала чисто в своих интересах, не задумываясь о его мнение, хотя он был такой же опытный солдат, знающий не намного меньше, чем она. А в каком-то смысле, он был умнее уже мёртвого Жана.
Виктория опустила глаза - её ноги плелись самостоятельно, она не контролировала их, будто это был отдельный организм и тогда, мысли и рассудок снова вернулись к ней и она смогла осознавать, о чём вообще думает: "— Куда это я иду? Я же даже не знаю, что это за место. Почему я не могу остановиться. Стойте, ноги, емаё!". Она сделала попытку остановить бесконтрольно, запутавшихся в самих себе ноги, обхватив голень руками. Но стоило ей схватиться за конечность, девушка тут же отпрянула руки и резкая боль пронзила её ногу, от чего она как и хотела, остановилась, упала на землю и прикусив рукав от боли, застонав от резкой и сильной боли, которая прошла достаточно быстро. Когда она прошла, Виктория пришла в себя и наконец, смогла осмотреть свою рану, ведь до этого небыло времени. Приподняв штанину, она с облегчением выдохнула. Это было небольшое пулевое ранение по касательной, срезавшее верхние слои кожи и немного мышечной ткани, не застряв и просто выйдя на вылет - повезло. Тогда, Ян буквально наступал ей на пятки и его второй залп из ручной артиллерии попал бы в её, если она не начала бежать зигзагами. Таким же чудом, осколки от разорвавшихся снарядов не задели её, но пули всё таки достали её и она получила ранение в ногу. Она не умрет от кровотечения, но в рану может попасть инфекция, загноится и со всеми вытекающими.
Виктория похлопала себя по карманам, с целью найти хоть что-то, чем можно было обработать рану или перевязать, но так ничего не нашла и во второй раз ей пришлось рвать на себе одежду, чтобы сделать импровизирую повязку(первый раз был когда Диего прикусил себе язык). Срезав небольшой кусок ткани с воротника своей солдатской черной шинели, через боль, прикусив губу, перевязала больную рану и снова встала на ноги.
На этот раз, она была в полном сознании и ноги не тянули её куда-то сами по себе. Но, от этого стало не очень легче, ведь куда идти дальше она всё также не понимала и не знала. Борис, ещё в Бохне перед отъездом сообщил ей, что после покушения они найдут её в течение нескольких часов, но их всё нет и нет, что нагоняет на достаточно мрачные мысли. А может, оно и к лучшему? Ведь Вальтеристы вполне могли погибнуть и ей больше не придётся быть с ними и выполнять их получения, которых она ненавидит с ног до головы и может вернуться обратно в армию. Это было бы неплохим решением проблемы, но Виктория была не одна и она разделяла эта судьбу со своим теперь, можно сказать, единственным близким другом Диего в этом кругу из врагов и предателей. Просто так оставить она его не могла и ей нужен был точный и четкий ответ, что с ним: погиб при перестрелке с Чарлистами, либо ему удалось выжить как и всем остальным и он ищет её. Если верен второй вариант, то она может быть уверена, что её найдут, ведь Диего, так же как и она не оставил бы её в беде одну и настоял на поисках. Это дало ей надежду просто жить дальше и продолжить путь в неизвестном направлении и будто в качестве знака, что она выбрала правильный выбор, тучи почти полностью разошлись и свет восходящего солнца осветил ей дорогу.
Но у этого была и обратная, не очень приятная сторона. Свет солнца осветил всю равнину и объекты, лежащие на земле на были "подсвечены" и не заметить их было очень тяжело. Один из таких объектов находился около в сотни метрах от Виктории. Он просто лежал, как мешок картошки и не шевелился, при этом понять, что это было не предоставлялось возможным из-за сильной тени. Выбора, что делать у Вики особо не было и она начала подходить к этому объекту. Перевязав рану, она перестала ныть немного и этого было достаточно, чтобы скорость солдата стала больше и она доковыляла до этого объекта. Это был труп солдата. Он был одет в ту же форму, что и она, значит, это либо Чарлист, либо Вальтерист. Но что он делал в нескольких километрах от места сражения и как ему удалось обогнать Викторию и пролежать здесь достаточно времени, чтобы вороны уже начали кружить над ним и самые смелые принялись выклевывать глаза, радостно, как дети с игрушкой держа глазные яблоки в своих клювах и улетая в гнездо. Что стало причиной смерти она не хотела знать и просто долго смотреть на замёрзший, обклеванный труп она не хотела также смотреть. Труп на таком расстоянии от места перестрелки ей ничего бы не дал, но у неё появилась надежда на спасение - вблизи трупа были видны следы от колёс повозок и копыт лошадей. Пазл сложился и стало ясно, что солдата либо выбросили умирать на снег, либо сбросили уже мёртвое тело. Он был выброшен совсем недавно, возможно, 1 - 2 часа назад из-за следов, которые не успели скрыться под слоем падающего снега.
Что-то или кто-то будто увидел, как Виктория загорелась надеждой и сзади, в её сторону, на лошадях и повозках скакали солдаты(она не услышала топот и шум голосов из-за, как оказалось, оглушения и психологического шока). Она заметила их не сразу, а только тогда, когда строй подбежал к ней и несколько солдат, скрывавших лица,  спешились с лошадей и попытались позвать её, но она никак реагировала и просто смотрела на следы от колёс. Солдатам пришлось подойти к ней и повернуть Викторию в себе. Повернув её, они спросили: "— Ты свой, или Чарлист? Покажи воинский документ". Виктория вышла из очередного "выпада из реальности" и запаниковала, сразу не поняв, что происходит, но она быстро поняла, что от неё требует, расстегнула несколько пуговиц шинели и достала из внутреннего кармана небольшую книжку, обтянутой дешёвой кожей и протянула солдату.
— Смотрите, пожалуйста.
Солдат не успел открыть воинский документ, как из строя, спереди, раздался радостный мужской голос:
— Погодите, парни, вы чего? Это же свои! Вероника! Мы ей и Николаю поручили застрелить этого подонка и сработало же! Давайте, мужики, не дурите, встречаем героя.
Это был Борис. Увидев, что это оказалась Вероника (Виктория), он снял с себя капюшон, скрывавший лицо и спешился с самого переднего коня, облаченного в на вид очень тяжёлую ткань, похоже, крайне плотную ткань, специально созданной, чтобы останавливать пули(проще говоря лошадиный бронежилет). Солдаты, держа её воинский документ, переглянулись и освободили дорогу Борису к Виктории.
— Признаюсь, я тебя не знаю как человека и видел тебя пару раз от силы, но твой вклад сложно описать словами.
Он внимательно осмотрел Вику, с ног до головы, вспоминая её образ в прошлых встречах с ней. Да, у него небыло сомнений на счёт того, что это точно она, но на автомате, он попросил у солдат передать ему документ и сверился - это точно она. Виктория молча смотрела на него и только тогда вспомнила, что видела его ранее, ещё в лагере, когда он представится солдатом, который эвакуирует из лагеря генералов и императора, а в итоге взял их в плен. Она впала в оцепенение, снова переживая события погрома в лагере: смерть Жана, других солдат, мирняка и открытие по ним огня из ручной артиллерии.
— Вероника? Вы с нами? Ау-у-у.
Она вышла из состояния оцепенения, когда перед ее глазами начала маячить рука Бориса.
— Ах, да, простите, задумалась. Мне казалось, что вас перебили, либо меня бросили, прямо как этого...
Она указала взглядом на окоченевший труп, которому уже полностью выкололи глаза птицы.
— Хм, простите, Вероника, но нас раскрыли и состоялась перестрелка, в ходе которой мы понесли большие потери, поэтому мы встретились с вами только сейчас. Мы не бросали своих на смерть - нам пришлось бросить уже мёртвых, ибо перспектива умереть всему движению от болячки, подхваченной с тел не хочется. Печально, что не удалось их похоронить, но, так от них будет польза для окружающей среды, так что не всё так уж и плохо. Хотя нет, плохо - Вальтера схватили Чарлисты и забрали с собой. Он не сопротивлялся, но мы уверены, что это план нашего императора.
От слов "Вальтер" Викторию перетрясло и по телу пробежалась мурашки, ведь именно по его мине произошло всё, что произошло.
— Ладно, я понимаю, тяжёлые времена настали для нас всех.
— И в них мы не намерены оставаться. Ваши навыки диверсионной атаки пригодятся нам ещё не раз, а в взаимодействие со всеми остальными, мы победим в этой войне и выгоним Орду с Великой Вегиммии. Вы пригодитесь потом, а сейчас, Вероника, садитесь в повозку, если есть ранения - скажите, вам окажут помощь, среди нас есть медики и медицинские препараты.
Борис вернул Вике документы и сделал шаг назад, дав ей дорогу к повозку. Викторию поразила вежливость Бориса. Она считала, что он будет на голову отбитым придурком, но оказалось, что он очень вежливый. Тогда, впрочем, она и поняла, как ему удалось собрать вокруг себя настолько много людей. Была поражена, но также поняла то, что с помощью своей вежливости и харизмы он может манипулировать, убедив её отказаться от ненависти к Вальтеру и желания вернуться в армию.
— Ого, это так вежливо, по джентльменски прямо, Борька.
— А чего не быть вежливым? Мы же союзники, тем более, вы выполнили такую операцию и, конечно же, вы дама. У нас их немного и большую часть из них уже того... Застрелили во время перестрелки.
Вероника молча прошла к повозкам, ловя на себе взгляды Вальтеристов. Они её, наверное, не подозревали, но ей казалось, что это именно так. Уже поднимаясь на повозку, она вспомнила о самом важном:
— Простите, а где Дие...- Николай? Меня поставили с ним на диверсию, но он стрелял в Кольта среди толпы... Где он?
— Кем он вам приходился?
Раздался низкий мужской голос сзади.
— Да так, знакомый... Служили вместе и вступили к Вальтеристам вместе.
— Понятно. Застрелили. Ещё во время перестрелки. Тело не смогли забрать, как и многих других тогда. Сочувствую.
Все звуки вокруг затихли для неё на мгновение и она не могла поверить, что его застрелили. Она стояла, держась руками за бортики повозки и больше не сделала и шага. Но, мысли и логика не покинули её в тот момент и она поняла, что Вальтеристы могут что-то заподозрить, если поддаться истерике, убиваясь по "знакомому" и села в повозку со стеклянным взглядом. Сзади раздалось несколько голосов: "Ранений нет? Не попали в тебя?" И другие фразы, касающиеся боевых ранения. Молча задрав штанину, медики начали осмотр и не переставая охали, удивлялись, как ей удалось не словить пулю в саму голень, а лишь пройдя мимо. "Выжить после этой мракобесии был ниже, чем шанс заставить Чарли перейти на нашу сторону. Повезло тебе, Ника, знай, это знак" - процитировал Борис, также заметив её рану.
Пока Вика находилась в подавленном состоянии и наблюдала, как ей обрабатывают рану очень холодной водкой и делают перевязку, в повозку подсело напротив её два человека, среди них одним оказался Борис: "— Если не против, то как на счёт того, чтобы обсудить со мной и Алексеем твой дальнейший план действий? Исполнять его придётся только через несколько дней, это так, чтобы вы знали, что вас ждёт". "Алексей?" Пронеслась мысль в голове Виктории. Она знала, что он есть среди Вальтеристов и надеялась не попадаться ему на глаза, но не получилось и он сидел напротив него. На её голове был одет шлем, скрывая лицо и она не спешила поднимать его. "— Вероника, поднимите глаза. С вами разговариваю я" потребовал Борис и она медленно, будто смотря на своего палача перед казнью, подняла голову и её взгляд пересёкся с взглядом Алексея. Судя по его резко изменившемуся лицу, он также не ожидал её увидеть. Вика ожидала, что её раскроют, но нет. Алексей только испуганно смотрел на неё, но ничего не говорил. Посчитал ли он то, что Вика поменяла сторону реально или прекрасно знал её цели, но терять такую силу не мог и поэтому ничего не сказал - неизвестно, но для Виктории его молчание было только на руку. Он же и заговорил с ней первым:
— Здравствуй, Вероника.
— Здравствуйте, Алексей. Я слышала про вас много, очень много.
— А кто не слышал? Все знают обо мне и не знать было бы странно...(О его существовании знает вся Вегиммия, но информация, что он француз, знают только некоторые Вальтеристы и Чарлисты. Вика этого не знает)
— Ну, раз знаешь, представляться не буду. Я и все движение Вальтеристов очень рады, что тебе и уже мёртвому Николаю удалось убить Кольта. Его пытались убрать ещё до начала войны руководство, но даже им не удалось, а тебе получилось, что много говорит о твоих военных навыках.
— Да, военные навыки. Я многое умею, а диверсии и тайно резать глотки - это моя специализация, с которой справляюсь всегда.
— Раз уж сама это понимаешь, то давай приступим к тому, что тебе нужно будет сделать ради нас, Вальтеристов и Вальтера. Борис, продолжайте.
— Отлично. Слушайте, Виктория. Навыки внедрения - то, что вас определяет и этим надо пользоваться. Чарлисты не полностью убиты и не будут убиты, даже если весь личный состав грохнуть, а лидеров оставить. Тебе необходимо проникнуть в тыл этих ушлепков и заразить настолько много, насколько вы сможете и в приоритете - Рим, Ян и Рудольф, а Вальтера и Чарли надо вернуть к нам. Желательно, чтобы они были заражены абсолютно все.
— Погодите, погодите. Заразить?
— Да, заразить. Понимаете, тайные убийства внутри их рано или поздно выведут на вас. А если ты заразишь их чёрной плотью, то никто этого не заметит и когда мы распылим химическое оружие, то их не спасут даже противогазы. Вобщем, мы передадим тебе небольшой объем дикого семени черной плоти и твоя задача - добавить её в еду, жидкости и через абсолютно всё остальное, что может попасть внутрь их массово. Проникнешь к ним в ходе столкновения, в котором они понесут большие потери и ты сможешь сделать это безопасно. Ближайшая такая возможность, вероятно, произойдет через несколько дней, когда мы пойдем на город и скорее всего, они тоже. За документы не волнуйся, Ника, подделаем и выдадим.
Борис замолчал, а Алексей ничего не говорил, что означало конец их плана касаемо Вики. Ещё несколько секунд она молча сидела, смотрела на них и переваривала всё то, что они сказали. План - самоубийство и провернуть его будет очень сложно, но ей уже нечего терять и если она выполнит, то она приблизится к тому, чтобы сбежать и снова примкнуть к армии. Был бы здесь Диего, вероятно, она бы пыталась оспорить, но она потеряла всякую волю к жизни и её ответ, после резкой боли от воздействия спирта на рану и напомнив ей, что надо дать ответ, был короток: "— Я абсолютно согласна с вашим планом и выполню его в строгом соответствии. Я убью там каждого, можете мне довериться".
На горизонте уже маячили красные черепицы домов, колокольни и ратуша города - Чарвоны(для читателей: этого города не существует и он является выдуманным, как и Марно, находится Юго западнее в 150 км от Кракова). Но заходящее солнце растелилось прямо над городом и смотреть долго на его было физически больно и поворачивая голову, были видны лишь очертания зданий. Впрочем, всем было не до того, чтобы любоваться городом в свете заката и весь "Kaisertrüpp"(дальше кайзертроуп) - название военного отряда Чарлистов, двигающихся во время похода по населенным пунктам во главе всего руководства движения без линии фронта, а как было до начала окопных войн, готовилась к операции по оккупации города Чарвоны. Армия и правительство Вегиммии все также, никак не реагировала и операция, по идеи, должна была пройти как и обычно, просто зайти в город и по случаю, провести небольшую перестрелку с военной полицией. Так почему сейчас, весь кайзертроуп стоял на ушах и уже на подходе к городу менял план операции с корнем? Разведывательные войска Чарлистов смогли узнать, что Вальтеристы, мало того что выжили после перестрелки, восстановили силы и надвигаются на этот же город прямо сейчас с другой стороны, обещая начать первые крупные боевые действия, после операции в Кракове. Подобного действия от них не ожидал никто, ведь по ожиданиям, если они смогли оправиться после перестрелки, то направились бы в совсем другой город, либо по деревням, но не в Чарвоны. Совпадение планов или среди них шпионы - неизвестно, но это точно не Вальтер, ведь с него не спускали глаз всё это время.
— Мг... А может, да ну этот город? Оставим его на растерзание Вальтеристам, как думаешь, Янчик?
— Да хрень идея. Мы же днями ранее организовали агитационную компанию в городе и население, верное нам надеется нам. Бросив их, мы просто убьём свою репутацию, а терять её в условиях внутреннего раскола очень не желательно. Тем более, в городе наши агит - люди остались, их то точно не можем бросить. Поэтому, Харнер, либо предлагай идеи по плану получше, либо...
— Какие тут идеи могут быть? Мы даже не знаем, с какой стороны они зайдут в город! Сколько у них солдат, лошадей, есть ли артиллерия, не зная этого мы вообще не можем составить новый план.
— Да к Гиммлеру это всё!
Ян ударил кулаком по столу так сильно, что доски потрескались и на них обернулись все остальные. Чарли, всё это время стоящая рядом, захотела поправить съехавшую карту, но Ян показал жестом, что ненадо. Положив локти на стол, он схватился за голову и растрепал свои волосы:
— Как помер Кольт, так всё на перекосяк пошло. Зачем ты нас покинул то, а? Солдаты! Не видно, с какой стороны идут Вальтеристы?
— Нет, командующий Ян! Низкая видимость и местность не позволяет увидеть его. Мы можем отправить разведчиков!
— Ненадо, всё равно времени нет. Зачем же идут за нами по пятам?
Рим, стояла рядом и также не понимала, что делать. Одновременно с ними план разрабатывали несколько офицеров и они также, не имели предположений. Как было сказано, Чарли стояла рядом и она взяла карту города, посмотрела на неё, затем на сам город вдали и сделала свое предложение:
— Ну, если представить, что они преследуют нас и мы - их цель, то в чём именно заключается это? Я не уверена, но скорее всего, они хотят поймать Вальтера. И меня тоже. Я-я, не стратег и не полевой тактик, но думаю, что нам надо самим проникнуть к ним в тыл и уничтожить неожиданной атакой. Может, замаскироваться под гражданских, рабочих, да кого угодно и когда будем в их окружении, либо рядом с Алексеем и Борисом, то всё, начать. Вальтера можно для этого задействовать, но рискованно, я тоже могу участвовать и польза в этом тоже будет, знаете...  Я хоть всю жизнь при церкви Гиммлера жила, но там военному делу нас обучали, так что стрелять я умею и если они узнают, что я среди обычных солдат, то будут действовать более осторожно. Уменьшим потери среди гражданских и среди своих!
— Мг, Чарли, Чарли. План был бы хорошим, но во первых - Алексей сдох, мы его превратили в фарш и не понимаю, к чему ты его вообще привела. А во вторых, дорогая, мы не можем жертвовать тобой. Неизвестно, поменяли ли они мнение на счёт тебя, или нет, да и случайно убить тебя вполне могут. Засранцем этим, Вальтером, жертвовать тоже не можем... Его в крайнем случае применять.
Вальтер был рядом, он сидел(уже не связанный) у одного из 4 орудий, направленного на город, а рядом был Рудольф и слышал диалог Чарли с Яном:
— Почему меня в крайнем случае то применять? Можно же просто меня использовать и всё, вся проблема решена! Ни потерь, ни рисков.
— Разве это не ты клялся, что хочешь вернуть всё, как было, пиздюк мелкий? Ты хочешь повторить Краков, когда все заключённые сдохли в страшных муках из-за тебя, а? Тебя только в крайнем случае, потому что твоя метаморфоза нанесёт урон и гражданскому населению, этого допускать нельзя. Да и нет нам уверенности доверять, что ты не сбежишь к Вальтеристам и не убьешь нас
— Если бы я хотел вас убить, я бы это сделал ещё давно! Почему вы и Рим мне не доверяете? Многие верят мне, как минимум, Руд, София и часть солдат... Что надо сделать, чтобы вы мне поверили?
— Даже если все, даже вот эта трёхглазая будут тебе доверять, то пока я не буду, то ты хрен что сможешь... А София, вероятно, просто твоя подружка и у тебя на побегушках, поэтому тебе верит, а с Рудольфом ты дружишь уже хрен знает сколько! Сиди и молчи, дитё.
Вальтер для своей речи встал с места, но когда его поставили на место, обратно сел, оперевшись спиной об пушку. Не действовала бы клятва Гиммлера на Рудольфе, то он был бы другого мнения, но сейчас, Ян идёт на перекор желанию Чарли:
— Да ладно тебе, Вальтер, сейчас я этого самовлюбленного ублюдка заставлю убедиться в том, что план Чарли хорош, он же действительно хорош... Был бы тут Кольт, он бы его разработал сам сразу, узнав, что Вальтеристы идут нам на встречу!
Бисмарк встал с места и поправляя трубки, ведущие от ранца к ручной артиллерии, начал подходить к Яну. Он сам не замечает, пока другие прекрасно заметили, что он, как и многие другие изменился. От прошлого, безразличного Рудольфа мало что осталось и оно сменилось на странную форму жестокости и упертости. Его шаги по слою снегу было тяжело не услышать, но Ян был настолько занят размышлением над составлением нового плана, что не услышал и не заметил, как он подошёл сзади и заметил его только боковым зрением. "— Что тебе надо?" Хотел он спросить, не поворачиваясь, как по его затылку прилетел не слабый удар головой Рудольфа, от которого Ян пошатнулся, но быстро пришёл в чувства. Действия Рудольфа не могли не остаться без построенного внимания и все солдаты, окружавшие их, схватились за винтовки и были готовы направить их на Бисмарка и выстрелить, только получив команду.
— Ты что творишь, больной?!
— Тебе предложили хорошую идею для плана, это лучше, чем просто сидеть тут и ничего не делать!
— Риски слишком большие! Мы не можем так рисковать сразу двумя важными людьми, ишак!
Терпеть удары от подчинённого - это точно не по натуре Яна и не поворачиваясь, вмазал Рудольфу
в лицо локтём, попав прямо в нос. Пока он был не в состоянии ответить, Ян развернулся и нанес ещё несколько ударов по лицу, один из которых пришёлся прямо по шлему. Резкая и острая боль пронзила руку и он схватился за неё, прекратив избиение Рудольфа. Но он не остановился бы на достигнутом и хотел избить его здоровой рукой, но уже один из солдатов и Харнер начали оттягивать поляка и усадили его на место.
— Это не меня оттащили, это я сжалился над тобой, зная, какие у тебя связи с Чарли! Если бы не она, я тебя бы расстрелял или на губу отправил.
— Так а что непонятного в плане Чарли, командующий?! Это лучшая и единственная идея, которую предложили. За этот час ни одной идеи небыло, тем более, её можно доработать и будет вообще идеально!
— Рудольф, ты несносный идиот!
Ян посмотрел на Чарли, стоящую рядом, как на виновника всего этого. Он понимал, что такое поведение Бисмарка - результат многовековой клятвы инквизиции и в этом винить никого нельзя, но и сидеть, терпеть это тоже нельзя, ведь из-за этого может случиться много чего плохого.
— Ян, ну, ты тоже перегибаешь палку, может, хоть немного стоит прислушаться к Чарли и Рудольфу? У нас же реально нет плана и это единственный, да и он действительно хорош... Ты сам же знаешь, я не случайная прохожая, а почти с тобой на уровне по званию, так что, хе хе, если тебе говорю даже я, что стоит подумать над ним, то это что-то значит... Всем же свойственно ошибаться!
— Я не исключаю, что план хороший, сколько раз это говорить уже, трёхглазая? Риски слишком большие...
— Риски риски...
Весь кайзертроуп замолчал, молча проклиная Пилсудского за его упертость. Возможно, Чарли что-то знала, либо была слишком уверена в лучшем результате их плана, не теряла надежд на принятия его Яном:
— Рисков нет. Вальтер точно может постоять за себя и я - смотри ты, Ян! Никого не оскорбляю, но я буду получше, наверное, некоторых солдат.
Чарли вежливо попросила у рядом стоящего солдата с вышивкой его имени "Николай" винтовку и он молча передал её ей. Все подумали (кроме Рудольфа) думали, что она куда-то выстрелит как обычный солдат, но нет. Только сделав вид, что собирается прицеливаться, она резко повернулась спиной к дереву, закинула винтовку на плечо и выстрелила - пуля попала и убила сидящего на ветке ворона. Попала и убила, не целясь! На такое способны не все, а от Чарли такого точно никто не ожидал и Ян был сильно удивлён:
— Ничего себе... Вас там при церкви боевыми стимуляторами пичкали, что они уже вместо крови текут у тебя? Ладно, убедила - рисков нет, но Вальтер ещё может что-то гнусное вытворить.
"— Не могу! Сколько раз повторять, я с вами!" Раздался его голос, но никто не отреагировал на него.
— Как ты же не хочешь принимать мой план, Ян! В том, что его придумала я не значит, что он плохой... Сейчас, наверное, прозвучит не очень, но когда был жив Кольт, то и твои планы принимались.
— Я же говорю, слишком много подводных камней тут, Чарли. Ай, ладно! Всем офицерам! Поднимите руку те, кто считают, что этот план нужно исполнять.
Весь офицерский состав поднял руку, Рим в том числе.
— А теперь поднимете руку солдаты.
Большая часть солдат, в том числе Вальтер и элита Чарлистов(София и несколько других) подняли руку. Большая часть кайзертроупа была за план Чарли и Ян, наконец-то, понял, что был не прав. Хоть и понял свою неправоту, но небольшие сомнения сохранялись и у него были свои идеи и видения доработки плана.
— Ладно, раз уж весь офицерский состав и большая часть солдат, в том числе элита поддерживают план Чарли, так тому и быть. Но только послушайте мои дополнения, иначе даже с твоими навыками, Чарли, очень рискованно... Рим, подойди к ней.
— А? Зачем?
— Я сказал подойти. Это приказ, как и все остальные. Не убью же... Даже если собирался это сделать, ты должна была подчиниться и зарядить мне винтовку.
— Пха, грубиян...
Рим подошла к Чарли, как и просил Ян. Пилсудский начал осматривать их двоих и сравнивать их между собой: Рим более крупная во всех планах, её волосы от волос Чарли отличаются только размерами, такие же объёмные и такого же черного цвета с небольшим, красным отливом по кончикам прядей. "— Так, а теперь, Чарли, одень плащ палатку" попросил Ян. У неё не оказалось плащ палатки с собой и солдат с похожей комплекцией тела передал ей свою. Одев, она догнала по размерам и формам тела Харнер и если смотреть из далека или со спины, их не отличить.
— Ян, и к чему ты всё это устроил? Да и так пристально пялишься. Не насмотрелся до этого, а?
— Да вот если бы не это, то хрен бы что у нас получилось. Отлично. Чарли, дорогая, верни ему плащ палатку и найди свою. У меня есть небольшие доработки твоего плана, слушайте...
Немного ранее было сказано, что дело движется к зиме и темнеть начинает рано. Некогда красный закат, озаряющий и слепящий любого, кто смотрит на город с его стороны, заканчивался и дело двигалось к ночи. Хоть ещё не была ночь и до полной темноты оставалось приличное время, Луна уже виднелась на вечернем небе и добавляла контраста в картину города. В отличие от Марно, где некогда приходилась сражаться Чарлистам, Чарвоны город куда больше и ночью он не спит, здесь начинается ночная жизнь. Рабочие с местной кожевной фабрики возвращаются с работы и так как сегодня пятница, почти все пошли гулять по немногочисленным, местным заведениям. После прихода отречения Крюгера от престола Вегиммии и начало правления ныне мёртвого монарха, обычная полиция была почти полностью расформирована, она сохранилась только в некоторых городах. Там, где новости доходят в последнюю очередь. Вместо нее, была сформирована народная гвардия, выполняющая почти те же самые функции, но в основном, роль полиции теперь выполняет военная полиция (работа нужная, но попасть в военную полицию очень тяжело, что вызвало кризис охранительного органа страны).
Военные полицаи, ожидаемо, такие же люди, как и обычные рабочие заводов, часовые, конюхи и другие и на выходных число активного персонала, патрулирующего улицы значительно сокращается, а если быть точнее - его почти нет.