Глава 3 01:23

Земля дрогнула.

В городе Припять, за два километра от станции, люди в своих квартирах проснулись от глухого удара. Кто-то подумал, что это землетрясение. Кто-то — что взорвалось что-то на стройке. Редкие прохожие на улицах остановились и повернули головы в сторону станции.

То, что они увидели, не укладывалось в сознании.

Над четвёртым блоком взметнулся столб пламени. Ночь превратилась в день на несколько секунд. Вверх полетели куски бетона, арматуры, графитовые блоки. Огненные искры сыпались во все стороны, как из гигантского фейерверка.

— Мамочки... — прошептала женщина, стоявшая на балконе девятого этажа.

Она видела, как над станцией раскрылось огненное облако. Оно было ослепительно-синим, почти красивым. Как северное сияние, только страшнее.

Взрыв снёс крышу реактора. Тысячетонная плита, закрывавшая активную зону, отлетела в сторону, как крышка от кастрюли. Внутри, в жерле, горел графит. Горел ядерный огонь.

Из разлома бил столб света — ионизированный воздух светился фиолетовым. Это было видно за десятки километров.

На станции начался пожар. Горело машинное отделение, горела кровля. Огненные языки лизали стены, вырывались из окон.

Первыми к месту катастрофы бросились работники станции. Они выбегали из здания, кашляя, закрывая лица руками. Кто-то был в шоке, кто-то пытался помочь раненым.

— Витя! Витя, ты где?! — кричал молодой парень, разгребая обломки.

— Здесь я... помоги...

Из-под завала показалась рука. Кисть была обожжена до кости.

В оперативном журнале осталась последняя запись, сделанная дрожащей рукой: «01:23 — Начало разрушения реактора. Принять меры...»

Фраза оборвалась.

Тем временем над станцией поднимался чёрный столб дыма. Он рос, ширился, закрывал звёзды. Ветер дул в сторону города. В сторону Припяти. В сторону людей, которые спали и не знали, что над их домами уже плывёт смерть.

Радиация. Невидимая. Без запаха. Без вкуса. Она уже вырывалась наружу, смешивалась с воздухом, оседала на землю. Графит, обломки топлива, радиоактивная пыль — всё это разлеталось по округе.

В ту секунду мир раскололся на «до» и «после».

Люди ещё не понимали, что произошло. Они думали: пожар, ну пожар, потушим. Они думали: авария, ну бывает, завтра починят.

Они не знали, что их дома, их вещи, их улицы уже никогда не станут прежними. Что в их лёгкие, на их кожу уже ложится невидимый яд, который останется с ними на всю жизнь. Короткую жизнь.

А огонь всё горел. И небо над реактором светилось багровым заревом, которое было видно за сотни километров.