Патрули и шёпоты дементоров
Третий курс для Астры стал временем хрупкого равновесия между внутренним льдом и внешним теплом. Дементоры, стражники Азкабана, стали частью пейзажа Хогвартса. Их присутствие висело над школой леденящим саваном, высасывая радость и пробуждая самые мрачные воспоминания. Для Астры каждый патруль у ворот был пыткой. Она не просто чувствовала холод и отчаяние — в их ауре звучали отголоски чужих, но кровно близких кошмаров: скрежет металлических дверей, шёпот безумия в каменных стенах, горечь несправедливости, горше которой нет. Это был духовный яд, против которого зелья Снейпа были бессильны.
Фред и Джордж, видя её бледность и внезапную замкнутость после каждого столкновения с стражами, объявили дементорам личную войну. Их оружием стал смех. Они завалили коридоры и двор школы всевозможными «противодементорскими» изделиями: «Воздушные шары-хохотуны», лопавшиеся с оглушительным гиканьем; «Конфеты-противотуманки», испускавшие клубы розового дыма с запахом жареного маршмеллоу; «Носочные бомбочки», заставлявшие ноги плясать джигу против воли владельца. Эффект был, мягко говоря, сомнительным с точки зрения магической защиты, но он разряжал атмосферу всеобщего ужаса. А главное, Астра знала, что за каждой этой дурацкой штуковиной стоит их попытка защитить её.
Однажды октябрьским вечером, возвращаясь с дополнительного занятия по окклюменции к Дамблдору, Астра столкнулась с дементором лицом к лицу. Он плыл по пустому коридору, втягивая в себя последние остатки вечернего покоя. Холод обрушился на неё, как волна. В ушах зазвучали не её собственные, а чужие крики — мужские, хриплые от ярости и боли: «Я не предавал! Лили, Джеймс, простите!» Сердце Астры сжалось. Она не знала этого голоса, но её кровь отозвалась на него ледяной дрожью. Поднять палочку для заклинания Патронуса она не успела — силы покидали её.