Встречные пути
Воздух после «Кабаньей головы» был хрустально-холодным и резал лёгкие, вытрезвляя лучше любого зелья. Они шли обратно в замок уже не бегом, а медленно, почти прогулочным шагом, наслаждаясь редким чувством опустошённого спокойствия. Снег хрустел под ногами, звёзды были невероятно яркими в чёрном небе.
Они шли той же дорогой, что и пару часов назад, но теперь это была просто дорога, а не путь бегства. И так же, как и тогда, они вышли на главную улицу, где тускло светились витрины закрывающихся магазинов. И так же, как и тогда, возле «Уизли-пранк» стоял он.
Фред.
Он выносил на улицу ящик с каким-то хламом — обрывками пергамента, пустыми склянками. Он был один. Увидев их, он замер, ящик в руках. Его лицо в свете фонаря было резко очерченным, усталым. И на этот раз в его глазах не было растерянности. Было что-то другое. Напряжённое ожидание. Как будто он ждал, что они подойдут. Или что она что-то скажет.
Астра почувствовала, как всё внутри сжимается в ледяной, твёрдый шар. Но это уже не была паника. Это была решимость. Она не замедлила шаг. Наоборот, взяла Гермиону под руку крепче и пошла прямо, смотря перед собой, как будто он был частью пейзажа — столбом, скамейкой, чем угодно.
— Смотри, опять наш «герой», — громко, нарочито обыденно сказала она Гермионе, так, чтобы он наверняка услышал. — Работает, бедняга. Ни минуты покоя. Все дела, все дела. Письма, видимо, самому себе пишет. Очень занятно.
Гермиона, ещё храбрая от самогона, фыркнула и поддержала её, тоже повышая голос:
— Все они такие. Обещают горы, а на деле… даже строчку не могут написать. Козлы, одним словом.
— Абсолютно, — кивнула Астра, уже поравнявшись с ним. Она даже не повернула головы в его сторону. — Особенно те, что думают, будто магазин важнее людей. Ну да ладно. Не о чём говорить.
Они прошли мимо. Астра чувствовала его взгляд на своей спине. Он был тяжёлым, горячим. Но она не обернулась. Не могла. Не хотела.
— Он смотрит, — прошептала Гермиона ей на ухо, уже отойдя на приличное расстояние.
— И пусть смотрит, — громко ответила Астра, бросая слова на ветер, точно зная, что он их услышит. — Хай смотрит. На что? На спину? Пожалуйста. Мне всё равно. На что ещё могут смотреть мужчины, кроме как на собственную значимость? На чужие чувства? На обещания? Да вы шутите, Гермиона!