11. Сделка с дьяволом

Кэтрин проснулась от того, что кто-то тихо скребся в дверь.

Сначала она подумала, что это ветер — в башне всегда гуляли сквозняки, и старые доски стонали, как живые. Но звук повторился: настойчивый, осторожный, почти неслышный. Кто-то возился с щелью под дверью.

Она села на кровати, потирая затекшую шею. Спала она плохо — кошмары не отпускали, а когда удавалось провалиться в беспамятство, его нарушали то крики мальчишек внизу, то собственные всхлипы, от которых она просыпалась с мокрыми щеками.

Сквозь щель просунулся краешек сложенного в несколько раз листка. Грубая, серая бумага — такие были в лагере у Потерянных, они использовали их для писем, которых никто никогда не отправлял. Как только листок оказался по ту сторону двери, пальцы, просунувшие его, исчезли. Быстрые шаги затихли внизу по лестнице.

Кэтрин не шевельнулась. Она смотрела на бумажку, лежащую на полу, на самом пороге, и не решалась подойти. Вдруг это ловушка? Вдруг Пэн решил проверить, как далеко зайдет ее любопытство? Он был способен на такое. Он был способен на все.

Но любопытство пересилило.

Она встала, подошла к двери, наклонилась и подняла листок. Развернула его дрожащими пальцами. Почерк был незнакомым — не мальчишеским, не Питера. Женским. Аккуратным, с легким наклоном вправо, с изящными завитками на буквах.

Кэтрин начала читать.

"Кэтрин.

Если ты читаешь это — значит, я смогла передать письмо. Магия здесь работает плохо, и я не могу говорить с тобой иначе. Слушай внимательно, потому что времени мало.

Мы привязались к тебе. Я не знаю, как это объяснить — может быть, потому что я вижу в тебе себя, какой была когда-то. Запутанной. Злой. Верящей, что мир состоит из одних врагов. Ты другая. Ты сильнее, чем я была. И это дает мне надежду.

У нас есть план. Мы нашли способ убить Пэна. Не победить, не заточить, не изгнать — убить. Навсегда. Но для этого он должен оказаться в Сторибруке. Там, где его магия не так сильна. Там, где мы сможем ударить.

Ты должна уговорить его прилететь. Придумай причину — навестить отца, посмотреть на мир за пределами Нетландии, что угодно. Он самолюбив. Ему будет лестно, что ты хочешь показать ему свой дом.

Когда он окажется в Сторибруке — мы сделаем остальное.

Держись. Мы скоро увидимся.

Реджина".

Кэтрин перечитала письмо три раза. Первый раз — не веря своим глазам. Второй — сдерживая слезы, которые наворачивались на глаза от слов "мы привязались к тебе". Третий — улыбаясь. Впервые за долгое время — искренне, тепло, почти счастливо.