Глава 6. Чужие руки

Матвей

Первые три дня после того, как она поселилась у меня, я сам отвозил её в клинику.

Она садилась на заднее сиденье — всегда на заднее, никогда рядом со мной. Смотрела в окно. Иногда отвечала на вопросы односложно, но без холода. Просто устало.

— Ты сегодня в сером, — сказал я утром четвёртого дня. — Идёт тебе.

— Спасибо, — ответила она. Почти улыбнулась.

Она вышла из машины. Я смотрел ей вслед. Через минуту пришло сообщение: «Ты тоже сегодня хорошо выглядишь. Даже в этом пиджаке».

Я усмехнулся. Она писала мне редко, но метко. Я не отвечал — боялся, что не смогу остановиться. Но каждое её сообщение сохранял.

---

Вернувшись домой, я позвонил Ире — медсестре из её клиники. Она была моим человеком.

— Как там? — спросил я.

— Всё спокойно, Матвей Аркадьевич. Принимает пациентов. Но Ветров сегодня заходил. Звал кофе пить. Она отказалась.

— Ветров — это психиатр?

— Да. Он давно на неё смотрит. Но она не обращает внимания.

— Следи. Если подойдёт ближе — скажешь мне.

— Хорошо.

Я положил трубку. В груди закипело.

---

Вечером она вернулась домой. Я ждал в прихожей.

Она скинула пальто, повесила сама. Увидела меня и на секунду замерла.

— Ты чего такой? — спросила она.

Я подошёл, взял её за талию, притянул к себе, прижал к груди. Она не сопротивлялась. Положила ладони мне на спину.

— Скучал, — сказал я в её макушку.

— Я была на работе шесть часов.

— Шесть часов без тебя — это шесть лет.

Она тихо рассмеялась. Я отстранился, сел перед ней на корточки, взял её руки в свои.

— У тебя всё в порядке? — спросил я.

— Да. А что?

— Ничего. Просто хочу убедиться.

Она посмотрела на меня сверху вниз — я на корточках, она надо мной. Потом наклонилась и поцеловала меня в лоб.

— Всё хорошо, Матвей. Иди готовь ужин.

Я усмехнулся, встал и пошёл на кухню.

---

За ужином я спросил:

— Кто такой Ветров?

Она подняла глаза.

— Ты уже знаешь. Ира тебе сказала.

— Сказала. Я хочу услышать от тебя.

— Коллега. Психиатр. Работает в соседнем кабинете.

— Он тебя приглашал на кофе.

— Приглашал. Я отказалась.

— Почему?

Она положила вилку, посмотрела на меня.

— Потому что у меня есть ты. Даже если я пока не называю тебя своим мужчиной — я не ищу других.

Я встал, обошёл стол, сел перед ней на корточки, взял её за подбородок, поднял её лицо.

— Ты моя, Мелисса, — сказал я тихо. — С того дня, как ты вошла в мою камеру. И я хочу, чтобы ты это знала.

Она посмотрела на меня долгим взглядом.

— Я знаю, — сказала она. — Но не дави. Я сама скажу, когда буду готова.

Я кивнул. Встал, поцеловал её в лоб и вернулся на своё место.

---